284—305 гг. — правление Диоклециана.

306—337 гг. — император Константин.

313 г. — Миланский эдикт.

323 г. — начало единоличного правления Константина.

330 г. — перенесение столицы в Константинополь.

Доминат и его социальная опора

Диоклециан окончательно подавил социально-политические смуты III в. В этом отношении он являлся завершителем дела, начатого Аврелианом. Но преодоление политического кризиса означало некоторое изменение формы государства, что также было начато Аврелианом. Подобно тому, как подавление революционного движения II—I вв. до н. э. потребовало концентрации власти в форме принципата, так разгром движении III в. был связан с дальнейшим усилением монархического начала. Это и была сис­тема домината, установившаяся при Диоклециане: рабовладельческая во­енно-бюрократическая монархия восточного типа, практически лишенная всяких республиканских форм и пережитков. Доминат явился дальнейшим развитием диктатуры имперских рабовладельцев, подвергшихся, однако, к IV в. некоторому перерождению.

В течение III в. римское хозяйство сделало большой шаг в сторону на­турализации. Ремесленно- торговые слои городского населения сильно по­страдали во время гражданских войн, так как города были главным объек­том нападения и солдат, и варваров, и восстававших колонов и рабов. Эти же города подвергались экзекуциям императорских войск. Торговые свя­зи между провинциями оказались разорванными. Торговля с Востоком по­лучила тяжелый удар. Пиратство сделало почти невозможными торговые сношения на Средиземном море. Этот упадок торговли и ремесел привел к дальнейшей аграризации всей экономической жизни империи. Правда, сельское хозяйство также пострадало в результате событий III в., но оно пострадало относительно меньше и его легче было восстановить.

Естественно, что развитие аграрных отношений шло в том направле­нии, которое наметилось уже гораздо раньше, в направлении усиления колоната, с одной стороны, и крупного землевладения — с другой. Кризис III в. в огромной степени ускорил все эти процессы. В обстановке кризиса стали быстро исчезать остатки мелкого свободного землевладения и сво­бодной аренды. Правда, во время крестьянских восстаний в Галлии, Испа­нии, Египте и в других местах крупное землевладение получило тяжелый удар. Но эти восстания в конце концов были подавлены, после чего про­должалась дальнейшая концентрация земли в руках крупных собственни­ков и дальнейшее закабаление мелких производителей. Хотя количество рабов в конце III в. несколько возросло благодаря военным успехам Авре­лиана и Проба, эксплуатировались они в виде колонов.

Таким образом, класс рабовладельцев стал превращаться в класс круп­ных землевладельцев полурабовладельческого-полукрепостнического[511]типа. Большинство этих землевладельцев конца III в. были выходцами из армии. Много среди них насчитывалось и варваров. Это была военно-бю­рократическая знать, экономически опиравшаяся на свои крупные помес­тья и эксплуатировавшая массу зависимого от нее несвободного люда — колонов и рабов. Она-то и явилась главной социальной опорой домината.

Сами императоры конца III — начала IV в. были крупнейшими земле­владельцами, которые обладали огромными поместьями, раскинутыми во всех концах империи. Десятки тысяч колонов и рабов жили на император­ских землях, доставляя продукты на содержание двора с его бесчисленной челядью. Таким образом, императоры, кроме социальной опоры в лице им­перской землевладельческой знати, имели еще весьма солидную непосред­ственную базу в виде своих колоссальных земельных владений (сальтусов).

Организация власти и восстановление империи

После победы над Карином Диоклециан не переехал в Рим, а сделал своей столицей Никомедию, где был провозглашен императором. Такое пренебрежение к Вечному городу вызывалось несколькими причинами.

Во-первых, Восток был свободен от республиканско-сенаторских тради­ций, еще довольно сильных в Италии. На Востоке в течение тысячелетий население воспитывалось в духе самодержавной, деспотической монархии, а такую монархию Диоклециан как раз и хотел создать. Во-вторых, Никомедия лежала в непосредственной близости к наиболее угрожаемым час­тям империи — дунайской границе, Сирии. Из Никомедии легче было на­блюдать за Понтом и проливами, обладание которыми являлось важней­шей предпосылкой римского господства на Востоке. В-третьих, Восток был экономически сильнее Запада. Несмотря на персидские набеги, на ог­ромные опустошения, причиненные Балканскому полуострову и Малой Азии варварскими вторжениями, на Востоке в гораздо большей степени, чем на Западе, сохранились ремесла и торговля. Такие факты, как расцвет Пальмиры в III в., доказывают, что производительные силы Востока еще не были окончательно подорваны. Наконец, Восток был культурнее Запада.

В Никомедии, которую Диоклециан украсил великолепными, хотя и грубоватыми постройками (вкусы римлян к этому времени сильно варваризировались), он окружил себя пышным придворным церемониалом. Во время аудиенций и придворных торжеств император появлялся в шелко­вой, затканной золотом одежде, в обуви, украшенной драгоценными кам­нями; на голове его была надета диадема, т. е. белая, унизанная жемчугом, повязка. Доступ к императору был чрезвычайно труден. Евнухи, дежур­ные офицеры, придворные чиновники различных рангов, стража наполня­ла «священный дворец». Те, которым выпадало счастье лицезреть особу им­ператора, должны были падать ниц. Официальным титулом Диоклециана стал dominus («владыка, господин»), особа его начала обоготворяться.

Весь этот придворный ритуал преследовал двоякую цель: с одной сто­роны, окружить особу императора ореолом сверхчеловеческого величия, вырыть пропасть между ним и простыми смертными, с другой стороны, застраховать императора от покушений, столь частых в III в.

Впрочем, несмотря на эту мишуру, Диоклециан всю жизнь оставался неутомимым воином и практическим политиком. В первые годы его прав­ления внешнее и внутреннее положение империи продолжало оставаться напряженным. В 285—287 гг. он успешно воевал на Дунае, в 287 г. пред­принял поход против персов и водворил на престоле в Армении римского ставленника Тиридата, в 290 г. очистил Сирию от арабов.

Защиту Запада Диоклециан поручил своему другу Марку Аврелию Ва­лерию Максимиану. Еще в 285 г. он назначил его цезарем, а в следующем году возвел в сан августа. Таким образом империя получила двух импера­торов. Все распоряжения издавались от имени их обоих. Своей столицей Максимиан избрал Милан. Опытный и способный полководец, он уже к 286 г. нанес багаудам ряд тяжелых поражений, временно подавивших дви­жение. Вслед за этим ему пришлось воевать со старыми врагами Рима, франками и аламаннами. Много варваров при этом было принято в каче­стве военных поселенцев в Северную Галлию. В это время против Максимиана восстал начальник флота Караузий, охранявший галльское побере­жье. В союзе с франками и саксами он захватил Британию и объявил себя императором. В его руках находился ряд крупных гаваней в Галлии. Максимиану долго не удавалось справиться с Караузием, и пришлось признать его соправителем.

К 293 г. стало очевидным, что и двум императорам трудно справляться с внешними и внутренними затруднениями. Поэтому было решено, что каждый из них назначит себе по помощнику (цезарю). В один и тот же день, 1 марта 293 г., эти назначения были проведены. Диоклециан в Никомедии назначил своим цезарем Гая Галерия Валерия Максимиана. Галерий был сыном простого пастуха, хотя и распускал слухи, что его мать забеременела им от какого-то божества в образе змея. Максимиан избрал себе цезарем человека знатного рода — Гая Флавия Валерия Констанция Хлора. Для придания прочности всей системе цезари были усыновлены каждый своим августом и женились на их дочерях: Галерий — на Валерии, дочери

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату