этого не пропусти. Все требуют. Скажи насчет этого, скажи насчет того. Сто пятьдесят миллионов человек - и я один. Одни говорят - пусти мигрантов. Другие говорят - выгони мигрантов. Одни говорят - иди на третий срок. Другие говорят - не иди на третий срок. Одни говорят - Кудрин дурак. Другие говорят - Кудрин гений. Одни говорят - приватизация. Другие говорят - национализация. А решения принимать - мне. И какое бы решение я не принял, меня будут за него ругать. Сделаю приватизацию - будут ругать те, кто за национализацию. Сделаю национализацию - будут ругать те, кто за приватизацию. Кому фашизм, кому антифашизм. Кому призыв, кому отмену призыва… все, что бы я ни сделал - все говно. А ведь так хочется просто приехать после работы домой… посмотреть телик… спать лечь… и ни о чем не думать. Ни о чем не думать. Пойти на рыбалку. Жить простой жизнью. Как эти вот люди.
Владимир Владимирович™ смотрел в окно своего президентского лимузина. Под темным небом и редкими желтыми листьями стояли люди.
Люди молчали.
Среда, 11 октября 2006 г. 00:44:34
Однажды Владимир Владимирович™ Путин стоял перед своим президентским зеркалом и тренировал речь.
– Омерзительоне преступление, - говорил Владимир Владимирович™, следя за выражением своего президентского лица, - Для действующих властей вообще и для чеченских властей в частности убийство Политковской нанесло гораздо больший ущерб, чем ее публикации.
Владимир Владимирович™ закончил фразу и поморщился.
– Для действующих властей вообще, - сказал Владимир Владимирович™, - И для всех остальных в частности убийство Чубайса нанесло бы гораздо больший ущерб, чем его деятельность.
Владимир Владимирович™ закончил фразу и улыбнулся.
– Для действующих властей вообще, - снова сказал Владимир Владимирович™, - И для недействующих властей в частности убийство Абрамовича нанесло бы гораздо больший ущерб, чем его бизнес.
Владимир Владимирович™ закончил фразу и сморгнул.
– Для действующих властей вообще, - снова сказал Владимир Владимирович™, - И для всего народа в частности убийство Путина нанесло бы гораздо больший ущерб, чем его президентство.
Владимир Владимирович™ закончил фразу и снова сморгнул.
Однажды Владимир Владимирович™ Путин сидел в своем кремлевском кабинете и смотрел президентское телевидение. Показывали интервью государственного секретаря Соединенных Штатов Америки Кондолизы Райз каналу ABC.
– Не существует ни одного доказательства причастности российских властей к убийству журналистки Анны Политковской, - говорила Кондолиза Райз.
– То есть как это - ни одного? - недоуменно бормотал Владимир Владимирович™.
Пятница, 13 октября 2006 г. 11:50:10
Однажды Владимир Владимирович™ Путин стоял в маленькой немецкой забегаловке и пил кофе. За соседним столиком стояли три высоких немца пролетарской наружности.
– Ахтунг, брателлос, - говорил один из немцев, - По ходу левый какой-то мужик, не из наших.
– Натюрлих, - отвечал другое немец, - Араб какой-то. Наверняка международный террорист.
– Террорист? - удивился третий немец, глядя на Владимира Владимировича™, - Даст ист фантастиш…
Владимиру Владимировичу™ стало не по себе.
Однажды Владимир Владимирович™ Путин сидел в своем кремлевском кабинете и читал об обвинениях, предъявленных президенту Израиля Моше Кацаву.
– Преступления включают, - читал Владимир Владимирович™, - Изнасилования, сексуальные домогательства с применением силы, половые акты, совершенные без согласия потерпевшей стороны… без согласия… это как?… прочие правонарушения, подпадающие под закон о предотвращении сексуальных домогательств.
Владимир Владимирович™ вздохнул и перевернул страницу.
– Злоупотребление служебным положением, - читал Владимир Владимирович™, - Мошенничество. Несанкционированное прослушивание. Давление на следствие… живут же люди!
Владимир Владимирович™ вздохнул еще раз, пододвинул к себе лист гербовой бумаги, достал из кармана свой президентский “Паркер” и размашисто написал: “Указ”.
– Не признаются исполняющими служебные обязанности президенты, - писал Владимир Владимирович™, - В отношении которых служебной проверкой органами дознания и предварительного следствия, судом установлено, что совершенные ими деяния признаны общественно опасными. Вот так вот.
И Владимир Владимирович™ поставил снизу свою аккуратную президентскую подпись.
Пятница, 20 октября 2006 г. 11:51:24
Однажды Владимир Владимирович™ Путин сидел в своем кремлевском кабинете и читал в различных периодических изданиях колонки журналиста Валерия Валерьевича Панюшкина о том, что Валерий Валерьевич Панюшкин больше не будет писать колонок.
– Как же я вам всем завидую, - бормотал Владимир Владимирович™, - Как же я всем вам, черт возьми, завидую…
Владимир Владимирович™ вздохнул и пододвинул к себе толстую стопку документов.
Однажды Владимир Владимирович™ Путин сидел в кремлевской столовой и кушал борщ. Вдруг к столу Владимира Владимировича™ подошел незнакомый мужчина. На голове у мужчины была ермолка, на которой было написано “Я грузин”.
– Ты че это, брателло, - улыбнулся таинственный незнакомец, - Борщ ешь?
– А че такого-то? - смутился Владимир Владимирович™.
– Льешь воду на мельницу украинского национализма? - подмигнул мужчина, - Смотри, папарацци заметят - хлопот не оберешься.
– А че есть-то тогда? - пробормотал Владимир Владимирович™, с опаской озираясь по сторонам, - Харчо, что ли?
– Почему харчо? - снова улыбнулся незнакомец в ермолке, - Не надо харчо. Ты суп ешь. Теперь все в России будут есть суп. Это наша новая национальная идея - суп.
– Суп? - переспросил Владимир Владимирович™, - Какой суп?
– Неважно, какой, - ответил мужчина, подзывая официанта, - Главное - чтобы суп. Любезнейший, сделайте пожалуйста господину президенту суп один раз.
