— Петь, пошли в магазин, — предложил он. — Все равно по телику ничего интересного. Пошли все вместе. А этот племянничек пусть пока спит.

— Можно, — охотно согласился Петька, которому тоже надоел телевизор.

— Я не пойду, — отказался Федя.

— Да ладно, — пристал Саша, — пошли. Чего ты будешь здесь перед ящиком сидеть? Вместе-то веселее.

Вместе обычно действительно веселее, но сейчас Федя почувствовал, что очень устал от общения. Ведь дома, в Москве, он каждый день оставался наедине с самим собой — и закрываясь по вечерам в своей комнате, и по дороге в школу (прохожие не в счет), и когда из школы приходил, а родители были еще на работе. Последние же дни он все время проводил в компании. И устал. Может быть, с непривычки, но ему очень захотелось остаться одному, только так, чтобы не обидеть своих товарищей. Сашка же не унимался.

— Сань, я ногу вчера натер, — пришлось наполовину соврать Феде в ответ на его приставания. — Еле доперся сюда. Я лучше здесь посижу.

Ложь была половинчатой, потому что ногу он и вправду натер, только не так, чтобы ему трудно было идти. Просто вскочил мозольный пузырь на большом пальце, а боли он вообще пока не чувствовал.

— Чо ты привязался? — поддержал друга Петька. — Оставь его, пусть ногу лечит. Пошли в магазин.

Петька пересчитал деньги, Саша захватил свою совсем похудевшую сумку — кроссворды-то он по пути почти все распродал, — и они наконец ушли. Оставшись в одиночестве, Федя облегченно вздохнул. Спящего в соседней комнате Мишаню можно было в расчет не принимать.

Еще немного поиграв пультом управления, Федя выключил телевизор — смотреть действительно было нечего. Он перебрался со стула на диван и развалился там в вольной позе, закинув одну ногу на диванную спинку. Почти как дома.

В Москве в его комнате тоже был диван, и он тоже проводил немало времени, закинув ногу на диванные подушки, которые у его дивана заменяли спинку. В такой позе очень хорошо мечталось и неплохо думалось. В начале весны, лежа таким образом, Федя мечтал об одной фее и пытался помочь ей избавиться от одолевавшего ее компьютерного шантажиста. Ему тогда все удалось. Почти все. Шантаж он раскрыл, но они так и не стали с Олей Толоконцевой — а именно эта одноклассница являлась Феде в образе феи — близкими друзьями, хотя и сидят порой за одной партой.

В те не такие уж давние дни Федя вообразил себя сыщиком и пытался действовать по методу Пуаро- Дюпена-Мегрэ-Чудинцева, который сам и выдумал. Какой ерундой теперь все это кажется… Впрочем, почему ерундой, если результата он все-таки добился? Не вернуться ли ему и сейчас к этому методу? Уж больно много странного и неясного он подметил сегодня за утренним чаем и яичницей в поведении Бориса Вениаминовича. Да еще нестыковка с Академией наук и археологом на горе Митридат. Похоже, что ни о каком Борисе Вениаминовиче никто ни здесь, ни в Киеве и слыхом не слыхивал. А он: «Надо побывать на главной базе». Где она у него, эта база? Петьке-то он вроде бы говорил, что на горе Митридат. Да еще эта странная машина, которая будто бы должна была подобрать их с Сашей, но пропала неизвестно куда. Эх, жаль, Петька не вовремя влез, кто его просил, весь эксперимент испортил. А ведь Федя так здорово начал его, сказав, что они приехали на этой пропавшей машине. Вот как бы Витаминыч вывернулся тогда, если машины на самом деле вообще не было? Сейчас Федя бы уже точно знал, врет Борис Вениаминович или нет. Теперь гадай — эксперимент провалился. Все Петька испортил, все Федины карты, болван, раскрыл.

Федя задумался, какие еще шаги он может сейчас предпринять, чтобы прояснить непонятную для него ситуацию, но так ничего толкового и не придумал. «Не тот диван, — решил он, — не родной». Что ж, наверное, придется ему cледовать пока методу Пуаро — следить за ходом событий, оставаясь всегда начеку и внимательно подмечая все странности и несоответствия.

— Ты хоть знаешь, где тут магазин? — спросил Саша, когда они с Петькой, благополучно миновав брехливого Дружка, вышли за калитку.

— Что мы, магазина, что ль, не найдем? — усмехнулся Петька.

— Ну ищи. — Саша добровольно отдал всю инициативу в Петькины руки. — Тебе поручили, ты и ищи.

Петька невозмутимо двинулся куда-то по улочке, очевидно, что наугад. Саша последовал за ним. Они дошли до конца квартала, потом повернули направо, потом налево, потом опять направо. Но нигде никакого магазина не заметили. Зато пройдя еще около полусотни шагов, неожиданно оказались на знакомом Саше месте.

— Да это ж автобусная остановка! — объявил он. — Мы вчера сюда с Федором приехали.

Петька остановился, почесывая в затылке и озираясь по сторонам. Куда теперь идти, он не знал. Саша тоже глянул вдоль улицы, но ничего похожего на магазин поблизости не приметил. Он уже было повернул голову, чтобы поискать магазин в другой стороне, но вдруг заметил кое-что такое, что мгновенно приковало его внимание.

По тротуару, в теньке развесистых акаций, спиной к ним не спеша уходил человек в потертых джинсах, линялой-перелинялой майке и старой пограничной панаме. На его могучем плече висел неестественно маленький по сравнению с его фигурой, почти детский рюкзачок.

— Туда, — махнул рукой Петька, указывая в противоположный конец улицы.

— Погоди, — остановил его Саша, — знаешь, кто это?

— Первый раз вижу, — беззаботно отозвался Петька, глянув на указанную Сашей спину.

— А я второй. — Саша удержал Петьку за локоть, когда тот собрался уже двинуться в избранном им направлении. — Это тот археолог с горы Митридат. Помнишь, мы с Сашкой тебе о нем рассказывали? Еще Витаминыч нас о нем за столом расспрашивал.

Петька, сощурившись от яркого солнца, внимательнее вгляделся в спину удаляющегося человека.

— Как ты думаешь, зачем он сюда приехал? — спросил Саша.

— Может, живет здесь, — неуверенно пожал плечами Петька.

— Не знаю, — засомневался Саша, — мне на горе показалось, что он не местный. То есть вообще не из Крыма.

— А откуда?

— Откуда-нибудь из России. Может быть, из Москвы или Петербурга.

— Почему?

— Не знаю почему. Так показалось, похож.

Тем временем человек уже почти достиг конца улицы. Еще десяток шагов — и он повернет либо к морю, либо еще куда-нибудь.

— Пошли за ним, проследим, куда он пойдет, — предложил Саша. — Вдруг он пронюхал о том, что мы клад искать собираемся, вот и приехал.

— Так вы что, все-таки говорили ему? — возмутился Петька.

— Ничего мы ему не говорили, кроме того, куда собираемся и кого разыскиваем. Вдруг он сам догадался? Рожа у него уж больно бандитская, как у Бармалея. Пошли, — Саша дернул Петьку за рукав, — а то упустим.

Ни слова не говоря, Петька быстро пошагал за человеком в пограничной панаме.

— Только так, чтобы он меня не заметил, — догнал его Саша. — Может, он меня тоже запомнил.

— Это можешь не сомневаться, — усмехнулся Петька.

Они пошли так, что Петька оказался ближе к проезжей части, а Саша немножко за ним и совсем в тени, почти прижимаясь к стенам домов. Неожиданно человек в панаме сошел с тротуара, быстро пересек улицу и скрылся между домами.

Сходя с тротуара, человек повернулся к ребятам в профиль, и Саша даже издали узнал его густую темную бороду. Если у него и были до этого какие-то сомнения насчет личности преследуемого, то теперь он был совершенно уверен, что перед ним тот самый бородач-археолог с горы Митридат.

— Быстро! Побежали! — скомандовал Петька, и они бросились вперед.

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату
×