– Не-а, – твёрдо отозвался волосатик, – Там дверцу заклинило… Втроём надо…
Я моргнул, рассматривая брата по разуму. Хоббит нетерпеливо засопел. В карих глазках Бинка явно поблескивал гипергенератор за четыреста тысяч. Ни о чём другом он и думать сейчас не мог.
Рискнуть что ли? Хрен с ним, с гипердвижком. А вот без бластера на этой загадочной планете не обойтись…
– Можно, правда, стать вегетарианцами… – озвучил я свои сомнения.
– Ну уж нет! – возмутился Васька, – Так и вовсе одичаем!
И привёл в доказательство исторические примеры. По Лубенчикову выходило, что все вегетарианцы были полными отморозками. И все – плохо кончили.
Я отнюдь не разделял его уверенности:
– …Может даже хорошо, что этот заяц дал тебе в глаз! Может он вообще был несъедобный?!
Васька аж подпрыгнул:
– Ты сам-то на чьей стороне?!
Пришлось уверять, что к нему я отношусь с гораздо большей симпатией.
Дальше спорить было бесполезно. Решение созрело и одобрено коллективом. Скрепя сердце, я кивнул:
– Идём к кораблю!
Мы прихватили наши железяки и зашагали к лесной опушке.
Пели птички. На разные голоса. Красиво, волнующе… И я вдруг подумал, что если вытащить из трусов резинку – можно сделать вполне пристойную рогатку. Кстати, перочинный ножик у меня имеется…
Тьфу-ты… Надо держать себя в руках.
В животе урчало. Чёртов пирог с трумлями – словно и не было его. Лишь разжёг аппетит!
– Самое трудное – снова отыскать горловину прохода, – сказал я вслух.
– Найдём! – уверенно хмыкнул Бинк. Волосатик лучился оптимизмом. Четыреста тысяч маячили перед ним и никакое искривлённое пространство не могло затуманить это чудесное видение.
Мы вышли из леса. Пересекли открытое место. Где-то здесь была исходная точка путешествия…
Лубенчиков замер, как вкопанный.
– Ты чего?
– Смотрите!
Мы с Бинком прищурились на ярком солнце. И тоже разглядели.
Троим робинзонам больше не грозило гордое одиночество.
Со стороны реки в нашем направлении двигался целый отряд. Уже можно различить отдельные фигуры. Две руки, две ноги… Всё вполне человекообразное… А рядом брело стадо каких-то домашних животных.
Я напряг зрение. Нет, слишком далеко…
В руках гостей что-то блеснуло. Орудия из металла? Значит, цивилизация достаточно развитая.
Но вслух обрадоваться за местных я не успел. До меня дошло:
– Ребята, а ведь нам пора сматываться!
Мы нервно переглянулись. Бинк оскалил клык. Потом мы, не сговариваясь, развернулись на 180 градусов и со всех ног кинулись к лесу.
Стая «домашних животных» с лаем бросилась в погоню.
Всё ближе и ближе… А лес – так далеко…
Больше я не смотрел назад. Незачем оглядываться, когда ставишь рекорд в беге.
В считанные секунды мы достигли опушки. Проломили кусты, даже не сбавив темпа. Помчались между соснами, распугивая птичек и иную мелкую живность.
Не знаю, сколько это длилось. Мы бежали, пока хватало дыхалки. Потом Бинк выдавил:
– Привал!
Мы с Васькой не возражали. Почти свалились на траву.
Я давно потерял обрезок трубы. Лубенчиков свою выкинул ещё раньше. И только Бинк не расстался с бесполезным бластером. Надеялся починить?
Я прислушался. Но единственное, что смог разобрать – бешеные удары собственного сердца.
Будем надеяться, погоня отстала. Из оружия у нас сейчас только ножи: хороший – у волосатика и перочинный – у меня.
– Пить охота, – хрипло выдохнул Васька, облизывая пересохшие губы.
– Это можно, – кивнул Бинк и достал из карманчика жилета круглую зелёную пластинку. Стукнул пальцами и пластинка превратилась в объёмистый стакан:
– Держи!
Лубенчиков взял. Продолжения в виде фляги с водой не последовало. Он нахмурился:
– Ну…?
– Обожди.
Васька непонимающе заглянул в пустую ёмкость. И глаза у него округлились. Он показал мне: стакан наполнялся жидкостью!
Бинк равнодушно объяснил:
– Влага из воздуха конденсируется на активированную поверхность… А вы, оказывается, совсем дикие, ребята?
Лубенчиков глотнул, передал мне.
– Ещё неизвестно, кто из нас цивилизованнее… Много тебе помог твой бластер? Теперь будешь им вместо дубинки отмахиваться?
Волосатик презрительно сморщился.
Я выпил и отдал ему стакан:
– Хватит спорить. Иначе рискуем продолжить дискуссию где-нибудь в местном каземате. Тут у них явно разгар средневековья…
– Да, – кивнул Лубенчиков, – Иначе б они нагрянули на вертолётах. Хоть с этим повезло…
– Как сказать. Собаки точно взяли след. Даже если мы оторвались, рано или поздно…
– Бинк, – насупился Васька, – Ты тут хвастался своей техникой. Есть у тебя средство против собак? Что-нибудь отбивающее запах?
– Ага, – буркнул волосатик, – В космосе я только и делаю, что сбиваю псов со следа…
– Хреново, – подытожил я, – Если мы срочно не найдём какого-нибудь ручейка или болота…
Я поднялся с травы.
– Не спеши. Отдохнём чуток, – вздохнул Васька.
– Конечно. Как раз и местные подоспеют… Торжественная встреча, пиво, шашлык…
– Хорошо бы, – мечтательно вздохнул Лубенчиков.
– Да. Если только шашлык делают не из тебя…
– Любишь ты гадости говорить!
Следующий час мы шли молча. Берегли дыхание.
– А может они не такие агрессивные? – утирая пот, волосатик первым нарушил молчание.
– Хочешь проверить? – ухмыльнулся Васька. Бинк не ответил. Только поправил на плече ремень лазерника и зашагал ещё проворнее.
А лес не кончался. Никаких водоёмов. Даже луж.
Я подумал, что если так будет продолжаться, общения с местными нам точно не избежать.
Спустя минуту из-за ближайших кустов открылась панорама болота.
– Километров на десять, – вздохнул Васька.
– Нам повезло, – кивнул я.
– Да уж, – мрачно буркнул Лубенчиков.
Заросли высокого тростника, похожего на камыш, тянулись едва ли не до горизонта. Среди них – островки твёрдой земли. И извилистыми каналами – открытая вода.
– Бинк, доставай нож – нам нужны три шеста. Длинных, выше нашего роста…
Волосатик не стал возражать. Он подыскивал и срезал стволы молоденьких деревьев, а я перочинным ножом очищал их от веток.
