– Я смотрю, здесь половина Космофлота собралась!
– Ага. Лучшая половина. Выпьешь с нами?
– С удовольствием, – Бинк ближе подвинул стул, – За что пьём?
– За чистые трассы!
Ему налили полный стакан. Хоббит поднял его и уточнил:
– И крепкого анабиоза всем врагам!
– Крепкого! – кивнули за столом.
Они выпили, закусили. Бинк поговорил о ценах на редкоземельные элементы. И аккуратно перевёл разговор в нужное русло:
– Не знаете, кто-нибудь берёт пассажиров? Мы очень торопимся…
– Торопитесь? – краснолицый детина внимательно глянул сквозь лукавый прищур.
– Ваше здоровье! – поднял я бокал. Нам уже принесли заказ – жаркое и две бутылки чего малоградусного.
– Да, мы спешим… – кивнул Бинк, – И готовы оплатить срочность!
Космоходцы дружно заржали. Так, что несколько стаканов опрокинулось.
– Они спешат… – повторил краснолицый, утирая слёзы, – Ребята, откуда вы взялись? Из лесу вышли?
– Вроде того, – нахмурился Бинк.
– Вы что, и правда, не знаете? – удивился мужик в пилотской форме.
– А что мы должны знать? – буркнул Васька.
Краснолицый покачал головой:
– Они думают мы просто так здесь паримся! В этой дыре!
– Ну… Может вам нравится здешний воздух.
– Точно, – кивнул толстяк в жилетке на голое тело, – Воздух! А ещё – 3-я мекланская экскадра на орбите!
– Ух-ты! – округлил глаза Васька, – Серьёзно, что ли?
– Нет, шутка, – криво ухмыльнулся толстяк.
– И давно? – севшим голосом поинтересовался хоббит.
– Да уже с утра! Зависли, как мухи над дерьмом. Всех впускают и никого не выпускают!
– То есть планета блокирована?
– А я о чём толкую? Пара линкоров и туча рейдеров. Понавесили, гады, на орбите «капканов». Тут воробей не пролетит. Не то, что корабль.
– Но ведь это… это – нарушение суверенитета! – встрепенулась Илга.
Космоходцы заулыбались.
– А что правительство Ретана?
– Правительство… – презрительно скривился толстяк, – Да молчит оно в тряпочку! Небось ещё и радуется, что может угодить мекланским друзьям! Хоть как-то поучаствовать в антитеррористической операции…
Мы с Бинком переглянулись.
Замечательный повод – борьба с терроризмом. Можно хоть целую планету стереть в порошок.
Да, Фотон не соврал. Очень серьёзные люди…
– А изрядный мы устроили переполох, – шепнул Васька, – Даже гордость охватывает! Целая эскадра!..
Бинк потянулся к бутылке и сделал огромный глоток. По-моему, он не разделял васькиной гордости.
Прозрачная жидкость булькнула, исчезая внутри хоббита.
Он крякнул и вилкой подцепил с тарелки толстяка какой-то овощ.
Вдумчиво захрустел.
Космоходцы смотрели на Бинка с сочувствием. А он окинул их тусклым взглядом и пробормотал без особой надежды:
– Эй, вы, герои? Неужели… ик!.. не найдётся… ик!.. смелой команды и быстрого корабля?
– Что, очень надо? – вздохнул краснолицый.
– Очень! – за Бинка ответил я.
– Сейчас вам никто не поможет. Разве, что, если к утру эти гады разблокируют планету…
– Фигушки, – усмехнулся Бинк и опять потянулся к бутылке, – Никуда они не денутся…
Хоббит ударил кулаком по столу и заорал на весь зал:
– Да здравствуют крутые мекланские парни! А вы – в штаны наложили!
Из-за других столиков изумлённо уставились в нашу сторону.
– Чего таращитесь, слабаки? Пейте своё пойло! Это единственное, на что вы годны!
– Успокойся, дружище, – хлопнул его по плечу толстяк, – Трусов здесь нет. Но и самоубийц – тоже. Ты видно забыл, на чём мы летаем… Грузовые «корыта» маневрировать не умеют.
– Стоп! – вдруг вмешался мужик в пилотской форме, – Есть тут один кораблик! Довольно юркий, хоть и неказистый. И шкипер – не дурак.
– Это ты про Митча? – прищурился краснолицый.
– А что? Говорят, он такие комбинации проворачивал… Может и рискнёт.
– Сомневаюсь. Он – конечно, ловкий малый. Но на идиота не похож.
– Сами вы… – резко начал Бинк. Я крепко его встряхнул. И быстро уточнил:
– Где этого шкипера найти?
– Кажется, сейчас в номерах… В «люксе».
– Да, – кивнул толстяк, – В 35-м или в 36-м… Только имейте в виду, он – тот ещё тип. Со странностями. Говорят, угрохать «клиента» – для него, что чихнуть!
– Нифига, – успокоил Васька, – Мы – тоже с прибабахом!
Торопливо закончили ужин и лестницей поднялись на третий этаж.
Длинный коридор. Направо и налево – двери. Из обыкновенного лакированного дерева. Кое-где лак потрескался… Вглядываемся в цифры на табличках… Где-то там, за одной из них – последняя наша надежда…
– Здесь! – рявкнул Бинк. И попытался открыть дверь ногой. Мы с Васькой едва успели его удержать.
Кое-как пригладили на хоббите взлохмаченную шевелюру. Сами отряхнулись и заправились. Надо ж иметь благообразный вид…
– Годится! – шёпотом одобрила Илга. И вежливо постучала в дверь с чуть перекошенной цифрой «35».
– Войдите! – отозвался женский голос, – Принесли две бутылки игристого?
– Ага, – кивнул Васька, – Только они сыграли по дороге…
В большой комнате – обстановка с претензией на грубоватую роскошь. Цветастые ковры на полу. На стене – здоровенная шкура какого-то саблезубого монстра. Причудливые люстры свисают с потолка.
– Симпатично, – сказал Лубенчиков и без церемоний плюхнулся в кресло.
Из ванной выглянула изящная женская головка. Глаза у неё округлились. И через мгновенье девушка возникла целиком – в коротком полупрозрачном халатике… наброшенном на голое тело.
Блин… Что-то многовато сегодня сильных впечатлений.
– Вы кто такие?
– Мы? – задумчиво переспросил Васька.
– Сейчас узнаешь, детка… – пробурчал Бинк и попытался шагнуть вперёд. К счастью, я поймал его за воротник.
– Нам нужен Митч, – за всех ответила Илга.
– Он не говорил, что кого-то ждёт.
– А мы сами пришли, – пожал я плечами, – Хотим сделать ему одно предложение…
– От которого невозможно отказаться! – внушительно кивнул Васька. И онемел. Потому, что в дальних дверях возникла ещё одна девица:
– Митч сейчас занят! Приходите позже…
