— Действительно, интересно. Только ведь для этого надо, чтобы мозги были устроены соответствующим образом. Не каждый ведь может придумывать запутанные криминальные сюжеты.

— Ошибаетесь, — почему-то обрадовался Валерий. — Это лишь вначале кажется, что вам такое не под силу. Но когда вы включите свой интеллект… Я тоже сомневался вначале, а потом решился. И не пожалел.

— Но ведь это же большое напряжение всех умственных способностей. Как же тут можно расслабиться? Мне почему-то это не кажется отдыхом.

— В том-то весь и фокус! Напряженно размышляя, выстраивая логические цепочки, прокручивая в уме всякие хитрые ходы-выходы, вы на время полностью выпадает из нашей суетной реальности. Причем, заметьте, без всяких дополнительных стимуляторов типа алкоголя или, не приведи господи, наркотиков.

— А как можно попасть в этот клуб? Он, вы говорите, закрытый.

— Если хотите, я могу похлопотать. Один из соучредителей — мой давний приятель. Вам действительно интересно?

— Скорее — любопытно. Но я не уверен, найдется ли у меня время…

— Вы попробуйте. В конце концов, туда можно и просто так приезжать — выпить, отдохнуть, с приятными людьми пообщаться, в бильярд сыграть. Ну, вы же знаете, что такое клуб!

— Только по фильмам, — улыбнулся Марьянов. Против воли он был заинтригован и все же

некоторое время сомневался, стоит ли связываться с клубом убийств, пусть и виртуальных. Потом решил, что это безумно интересно, и согласился.

И вот теперь он сидел в глубоком кресле, посасывая сигару и вытянув ноги, и размышлял о том, чем ему грозит новое увлечение. Его размышления прервал резкий удар гонга. Затем суровый голос, раздавшийся из скрытых в стенах динамиков, провозгласил:

— Господа, заседание начинается, прошу вас занять свои места в зале предварительных слушаний!

* * *

— Родион Алексеевич на переговорах. Попробуйте позвонить через час, — сказала Карина нехорошим ровным голосом.

Таким голосом она пугала назойливых абонентов. Те наверняка представляли ее мегерой с раздвоенным языком.

— Хорошо, — ответил ее собеседник. — Через час так через час. Но я обязательно сегодня должен с ним поговорить. Это важно, очень!

— Я поняла, — терпеливо повторила она в десятый уже раз. — Я обязательно ему передам.

Шеф в этот день, как назло, действительно проводил несколько важных встреч подряд, причем вне офиса. Обещал приехать не позже пяти, но было уже почти семь. А этот мужчина изводил Карину звонками с раннего утра, желая получить аудиенцию у Марьянова. Первый звонок раздался ровно в девять.

— Представьтесь, пожалуйста, — попросила Карина, когда вкрадчивый мужской голос попросил соединить его с Родионом Марьяновым.

— Юрий Панюшкин. Но он меня не знает.

— По какому вопросу?

— По личному. И очень срочному.

Затем послышался странный звук — мужчина то ли всхлипнул, то ли хохотнул. «Какой голос неприятный», — подумала Карина.

В течение дня он позвонил раз пятнадцать, поэтому она ждала Марьянова с жадным нетерпением. Шеф должен был либо поговорить с этим занудой, либо дать команду незнакомца отшить. Уже наступил вечер, самое время было собираться домой, но в приемной толпились сотрудники, ожидавшие начальника для решения оперативных вопросов.

— А что, Родион так и не звонил, не уточнял, когда приедет? — В приемную в очередной раз заглянул расстроенный Аркадий Конокрад, для наглядности потрясая пачкой неподписанных документов.

— Так и не звонил, — развела руками Карина. — Не уточнял.

— Он меня без ножа режет! — завел глаза к потолку Аркадий и, махнув рукой, пошел прочь.

Карина лишь сочувственно поглядела ему вслед — дни, когда Марьянов назначал череду вот таких встреч на выезде, становились тяжелым испытанием для коллектива. Было слишком много вопросов, которые генеральный директор решал лично или требовал, чтобы их с ним согласовывали. И когда он надолго отлучался из офиса, некоторые дела попросту останавливались.

Дизайнер Стасик Кондрашов, уже больше часа караулящий Марьянова, грустно поинтересовался:

— А вдруг шеф после встречи не приедет?

— Куда же это он денется? — грозно вопросил креативный директор Гриша Березин, рассекавший приемную из угла в угол, как американский авианосец волны Персидского залива.

— В гольф поедет играть или в теннис. Он к своей спортивной форме относится серьезно.

— Да нет, он точно приедет, — успокоила их Карина. — Обещал. Сказал — у меня в офисе много дел. А в гольф он играл вчера. Даже велел мне в гольф-клуб звонить, если что.

— Да? Очень странно, — вмешалась в разговор секретарша Скворцова Алена. — Сегодня Триллер звонил, чтобы договориться о встрече с Игорем Леонидовичем. Так он мне, между прочим, рассказал, что вчера вечером Марьянов к нему на дачу приезжал. Весь вечер сидел, слушал его лекцию про яды. Триллер был страшно горд, что Родиону Алексеевичу понравилось. Говорит мне — ваш начальник такой интересный собеседник. А какой интерес к живой природе проявляет!

Карина тотчас вспыхнула, как порох:

— Какой все-таки хвастун этот Триллер! Хвастун и выдумщик. Готов все, что угодно, выдумать, лишь бы к себе внимание привлечь.

— Но не настолько, чтобы выдумать Марьянова у себя дома, — заметил Березин. — Да ладно, это уже вчерашний день. А вот если Родион сегодня не появится, у нас сгорят все договоренности по телевизионной рекламе.

Тут дверь распахнулась, и раздался всеобщий вздох облегчения — в приемную по-хозяйски вошел генеральный директор. Внимательно оглядел собравшихся, понимающе улыбнулся и произнес:

— Не волнуйтесь, все помню, всех приму. Гриша, заходи сразу. Стас, погоди немного, нам надо обсудить с тобой этот дизайн. Карина, позвоните Конокраду, пусть приходит минут через десять. Кто у нас еще?

— Звонарев хотел поговорить относительно новых клиентов. Он провел предварительные переговоры.

— Это терпит. Пусть завтра утром ко мне приходит. Вы были на переговорах?

— Была.

— Тогда придете вместе со Звонаревым. Еще что-то?

— Целый день звонил Юрий Панюшкин. Говорит, вы его не знаете, но он по личному вопросу. Еще будет звонить. Что ему сказать?

Карина очень наделась, что Марьянов пошлет надоедливого Панюшкина к чертовой бабушке, но этого не случилось.

— Панюшкин? Правда не знаю. А что за вопрос? Может, денег хочет просить на какой-нибудь эпохальный проект типа строительства ветряных мельниц для коренных народов Крайнего Севера?

— Не знаю, он утверждает, что это очень важный вопрос, который касается лично вас.

— Ну хорошо, соедините меня с ним, когда он снова позвонит.

Постепенно народ рассосался, и Карина осталась в приемной одна — ожидать, когда шеф завершит трудовой день.

«Что это еще за ерунда с Триллером? — вдруг подумала она. — Я прекрасно помню, как Савелий Львович зазывал Марьянова к себе, и тот ясно дал понять ему, что не собирается ехать в гости за новыми познаниями о ядах. Неужели наш любвеобильный хиромант так беззастенчиво врет? Или же врет Марьянов? Зачем он мне сказал, что будет в гольф-клубе? А если бы я позвонила? Или Родиону мало было конфуза с предыдущим звонком? Но даже если он поехал к Триллеру, зачем это скрывать? Ничего не понимаю».

Тут раздался мелодичный звонок городского телефона. На линии снова был неутомимый Панюшкин. Она соединила его с Марьяновым и с облегчением выдохнула. Пусть теперь шеф сам разбирается, больше не придется слышать этот неприятный голос.

* * *

— Да, слушаю, Марьянов. Очень приятно. И что же вы, Юрий, хотите? Ну,

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ОБРАНЕ

2

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату