немедленно двинулся в Ремут. Через два дня пути на нас напали из засады; кажется, это произошло около Валорета. Ральсон и вся охрана были убиты сразу. На следующий день умер от ран Колин. Дерри, боюсь, никогда не сможет пользоваться левой рукой, но, по крайней мере, он жив.
Ян нахмурился, поглаживая бороду с притворно-озабоченным видом.
— Да, это ужасно, Морган, это ужасно! Так сколько, вы говорите, было нападающих?
— Я ничего не говорил, — спокойно ответил Морган. Он смерил Яна подозрительным взглядом, пытаясь понять, почему тот задал вдруг подобный вопрос. — Кажется, там было человек десять или двенадцать, как ты думаешь, Дерри?
— Мы уложили восьмерых, милорд, — быстро сообщил Дерри, — еще несколько человек в панике отступили.
— Гм, — фыркнул Эван, — девять гвиннедцев уложили всего восьмерых негодяев? Я всегда думал о вас лучше, господа!
— Я тоже, — добавил Ян, небрежно комкая полу парчового камзола, отделанного золотистым шелком. — Конечно, я не так разбираюсь в этих вопросах, как лорд Эван, но мне кажется, вы слабо поработали. Хотя никто из нас при сем не присутствовал…
Говоря это, он пожал плечами, а своему голосу придал оттенок многозначительности.
— Это верно, — сказал Брэн Корис, подозрительно прищурившись, — мы при том не присутствовали, и можем ли быть уверены, что все происходило именно так, как вы рассказали? Почему вы, Морган, не воспользовались вашим драгоценным могуществом Дерини, чтобы спасти их? Или вы не хотели этого?
Морган окаменел и бросил на Брэна свирепый взгляд. Кашу, которую неосторожно заварил этот болван, предстояло расхлебывать ему. А ведь именно сейчас он не мог рисковать жизнью в открытом поединке. Проклятье! Второй раз за этот день он должен избегать доброй схватки!
— Я не слышал вашего замечания, — твердо произнес Морган. — Я сюда явился, исполняя приказ короля. — Он обернулся налево. — Кевин, ты не знаешь, где сейчас Келсон?
— Я ему передам, что ты здесь, — ответил Кевин, ускользая за пределы досягаемости Брэна, прежде чем рассерженный лорд успел его остановить. Яркий плед, небрежно наброшенный на плечи, развевался за ним, пока он быстро пересекал зал.
Брэн схватился за рукоятку меча и свирепо поглядел на Моргана.
— Мягко стелете, Морган, но семь жизней только за ваше присутствие здесь — не слишком ли дорогая цена?
Он вытянул было из ножен меч, но Эван схватил его за руку и заставил вернуть клинок обратно.
— Перестань, Брэн, — проворчал он. — А вы, Аларик, лучше бы вы не приезжали. Откровенно говоря, королева даже не хочет пускать к вам Келсона. Я не думаю, что вы сможете увидеться с мальчиком, пока не побеседуете с ее величеством.
— Я сам хорошо осведомлен о том, как королева относится к моей особе, Эван, — мягко возразил Морган, — и, поскольку совесть моя чиста, меня не заботит, что именно она думает. Я обещал кое-что отцу мальчика и собираюсь выполнить обещание, — он рассеянно оглянулся, — во всяком случае, я уверен, что Брион одобрил бы мое присутствие на сегодняшнем заседании Совета. Вы ведь для этого все здесь собрались, джентльмены?
Лорды-советники украдкой переглянулись, гадая, кто выдал их планы Моргану.
Морган увидел, как на другом конце зала принц Нигель обменялся несколькими фразами с выходящим Кевином и затем направился в их сторону.
— Поймите, Морган, — говорил в этот момент Роджер, — никто из нас ничего не имеет против вас лично. Но королева — она сама не своя после смерти Бриона.
— Я тоже, Роджер, — бесстрастно ответил Морган, но глаза его сверкнули.
Нигель ловко проскользнул между Роджером и Эваном и взял Моргана за руку:
— Аларик, я рад вас видеть! И вас, лорд Дерри, кажется?
Дерри признательно поклонился — ему польстило, что герцог королевства узнал его, к тому же он был благодарен Нигелю за то, что тот разрядил обстановку. Остальные тоже поклонились.
— Я вот о чем хочу спросить, — продолжал Нигель, исполняя роль радушного хозяина, — не хотите ли вы, Дерри, посидеть вместо Аларика на его месте в Совете, поскольку, я полагаю, у него есть для меня важные сведения и нам нужно переговорить.
— С удовольствием, ваше высочество.
— Отлично, — сказал Нигель, увлекая их обоих в ту же сторону, куда только что ушел Кевин, — извините, джентльмены!
Когда Нигель и Морган вышли из зала и направились в сторону королевских апартаментов, Ян мысленно поблагодарил Нигеля за нечаянную помощь. Именно это в конце концов пригодится. Даже если Морган успеет переговорить с Келсоном, а остановить его сейчас невозможно, все же лорда Дерини еще ждут кое-какие неожиданности.
И об его оруженосце, этом лорде Дерри, тоже стоит серьезно подумать. А Брэн Корис — вот уж сюрприз так сюрприз, теперь влияние Моргана в Совете уменьшилось еще на один голос, и, как ни странно, обеспечено это своевременной гибелью Ральсона. Правда, Брэн Корис тоже, кажется, не совсем тот, кто нужен. Интересно знать, какая муха его укусила? Раньше Брэн был таким осторожным, никогда ни во что не вмешивался.
Морган, покидая зал, не переставал удивляться тому, как сильно изменился за последние два месяца младший брат Бриона. Он выглядел в два раза старше своих лет, хотя ему, герцогу королевства, едва за тридцать, он был всего на несколько лет старше Моргана.
Нет, он не превратился в дряхлого старика: в волосах не было седых прядей, Нигель не сутулился, не дрожал по-старчески. «Старость у него в глазах», — понял Морган, когда они шагали по мраморному коридору. Нигель всегда был более сдержанным, более уравновешенным, чем брат, но теперь в нем появилось что-то новое: этот взгляд ловца (а может быть, дичи?), взгляд, которого Морган раньше не видел. А возможно, Нигель просто сам не свой после смерти Бриона.
Едва они отошли настолько, что привратники не могли их ни видеть, ни слышать, герцог убрал притворную улыбку и встревоженно посмотрел на Моргана.
— Мы должны спешить, — шепнул он; его шаги гулким эхом отдавались на всем протяжении коридора. — Джеанна готова созвать Совет и выдвинуть против вас обвинения. Вдобавок не припомню, чтобы я когда-либо видел лордов-советников в таком скверном расположении духа. Похоже, они поверили слухам, расползшимся вокруг смерти Бриона.
— Да, конечно поверили, — сказал Морган, — они действительно думают, будто я как-то убил Бриона прямо из Кардосы. Даже чистокровный Дерини на это не способен, — он фыркнул, — а еще некоторые по наивности считают, что он умер от «сердечного приступа».
Они дошли до пересечения двух коридоров, и Нигель, повернув направо, устремился в сторону дворцового сада.
— Да, оба предположения обсуждались — что верно, то верно. Но у Келсона своя версия, и я с ней, пожалуй, согласен — в этом виновата Карисса.
— Возможно, он прав, — проронил Морган, не сбавляя шага. — Кстати, о Совете — вы думаете, вам удастся с ними столковаться?
Нигель нахмурился.
— Откровенно говоря, нет. Во всяком случае, если и удастся, то ненадолго.
Они прошли пост охраны, и Нигель рассеянно ответил на бодрое приветствие стражников.
— Видите ли, — продолжал он, — дело обстояло бы иначе, будь Келсон уже совершеннолетним. В этом случае он как король мог бы просто запретить Совету принимать во внимание какие бы то ни было надуманные, бездоказательные обвинения против вас. Но он пока не король и не может этого. До его совершеннолетия, сколь бы ни был ничтожен срок, Регентский Совет обладает воистину королевской властью, ограничить которую принц не в силах. Совет сам решает, какой вопрос достоин обсуждения, и простого большинства голосов достаточно, чтобы вас осудить. Добьются ли они успеха — это во многом будет зависеть от умения Келсона манипулировать голосами советников.