Танец с драконами

Винтерфелл, если замок удастся взять. Когда-то, в далёком прошлом, род Карстарков отделился от родового дерева Старков, к тому же лорд Арнольф был первым знаменосцем Эддарда Старка, присягнувшим Станнису.

Из того что знала Аша, Карстарки верили в тех же самых старых богов севера, которым поклонялись Вуллы, Норри, Флинты и другие горные кланы. Она задумалась, не для того ли король повелел лорду Арнольфу присутствовать при сожжении, чтобы тот самолично убедился в могуществе красного бога.

При виде Станниса двое прикованных к столбам мужчин взмолились о милосердии. Король выслушал их молча, сжав челюсти, а потом сказал Годри Фаррингу:

– Можете начинать.

Убийца Великанов вознёс руки.

– Владыка Света, услышь нас!

– Владыка Света, защити нас, – пели люди королевы, – ведь ночь темна и полна ужасов.

Сир Годри поднял голову к чернеющему небу.

– Благодарим тебя за солнце, что согревает нас. Умоляем вернуть его нам, о, Владыка, чтобы оно осветило путь к твоим врагам.

Снежинки таяли у него на лице.

– Благодарим тебя за звёзды, что присматривают за нами по ночам. Умоляем снять пелену, что скрывает их, чтобы мы могли вновь возрадоваться их сиянию.

– Владыка Света, защити нас, – молили люди королевы, – и разгони эту беспощадную тьму.

Вперёд вышел сир Корлисс Пенни и взмахнул над головой зажатым в руках факелом, раздувая пламя. Один из пленников начал скулить.

– Рглор, – пел сир Годри, – мы преподносим тебе четырёх грешников. С чистым и радостным сердцем предаём их твоему очистительному пламени, чтобы выжечь тьму из их душ. Пусть их грешная плоть обгорит и почернеет, чтобы их души восстали и вознеслись к свету свободными и непорочными. Прими их кровь, о, Владыка, и растопи ледяные цепи, что сковывают твоих слуг. Внемли страданиям и даруй силу нашим мечам, чтобы мы могли пролить кровь твоих врагов. Прими жертву и укажи нам путь к Винтерфеллу, чтобы мы могли одолеть нечестивцев.

– Владыка Света, прими жертву, – отозвалась сотня голосов.

Сир Корлисс зажёг факелом первый костёр, а затем швырнул его к подножию второго.

Взвились ввысь струйки дыма. Пленники закашлялись. Заплясали первые язычки огня, застенчивые, как девы, порхающие и вьющиеся вокруг брёвен и ног узников. Через миг столбы поглотило пламя.

– Он был мёртв! – взвыл плакса, когда огонь лизнул его ноги. – Мы нашли его мёртвым… пожалуйста… мы хотели есть…

Пламя добралось до его мошонки. Когда загорелись волосы вокруг его члена, мольба перешла в долгий неописуемый визг.

Аша Грейджой почувствовала привкус желчи во рту. На Железных Островах она видела, как жрецы её народа резали глотки рабам и отдавали их тела морю во славу Утонувшего Бога. Это было жестоко, но происходившее сейчас оказалось куда хуже.

«Закрой глаза, – говорила она себе. – Заткни уши. Отвернись. Тебе не обязательно на это смотреть». Люди королевы пели гимны во славу красного Рглора, но Аша не могла разобрать слов из-за воплей. Жар от костра обжигал ей лицо, но она всё равно дрожала. Воздух наполнился дымом и смрадом горящей плоти. Одно из тел всё ещё билось в раскалённых цепях, удерживавших его на столбе.

Через какое-то время крики прекратились.

Король Станнис без единого слова зашагал прочь, назад в уединение своей сторожевой башни. «Обратно к своему сигнальному огню, – поняла Аша, – искать ответы в пламени». Арнольф Карстарк поковылял было за ним, но сир Ричард Хорп взял старика за руку и повёл к общинному дому. Зрители стали расходиться, каждый к своему костру и тому скудному ужину, который удалось раздобыть.

Клейтон Саггс незаметно пристроился к Аше.

– Железной щёлке понравилось представление?

От его дыхания несло луком и элем. «А глазки-то у него поросячьи», – подумала Аша. Отлично подходят человеку с крылатой свиньёй на щите и плаще. Саггс подошёл к ней так близко, что она могла сосчитать угри у него на носу, и сказал:

– Когда на столбе закорчишься ты, народу соберётся куда больше.

Он был прав. Волки её не любили. Железнорожденная, она была в ответе за преступления своего народа: за Ров Кейлин, за Темнолесье, за Торрхенов Удел, за столетия набегов на Каменный Берег, за всё, что Теон натворил в Винтерфелле.

– Отпустите меня, сир.

Каждый раз, когда Саггс заговаривал с ней, она тосковала по своим топорам. Аша владела боевым танцем не хуже любого островитянина, каждый из десяти её пальцев мог бы это подтвердить. «Если б только я могла станцевать с этим». Лицам некоторых мужчин очень шла борода, лицу Клейтона Саггса подошёл бы топор между глаз. Но топора у неё не было, и она сделала то, что ей оставалось – попыталась вывернуться. Сир Клейтон только усилил хватку, затянутые в перчатку пальцы впились ей в руку, словно стальные когти.

– Миледи попросила вас, её отпустить, – произнесла Али Мормонт. – Вам лучше послушать её, сир. Леди Ашу не сожгут.

– Сожгут, – ответил Саггс. – Мы слишком долго терпели среди нас эту демонопоклонницу.

И всё же он отпустил руку Аши. С Медведицей без нужды не ссорятся.

В этот момент появился Джастин Масси.

– У короля иные планы на свой трофей, – сказал он с лёгкой улыбкой.

Его щёки раскраснелись от холода.

– У короля? Или у тебя? – презрительно фыркнул Саггс. – Можешь планировать, что твоей душе угодно, Масси. Её всё равно предадут огню. Её и её королевскую кровь. Красная Женщина всегда говорит, что королевская кровь обладает особой силой. Например, чтобы умилостивить нашего Владыку.

– Пусть Рглор удовольствуется теми четырьмя, что мы только что ему послали.

– Четыре низкородных мужлана. Нищенское подношение. Отбросы вроде них не остановят снег. А она может.

В разговор вступила Медведица.

– А если ты сожжёшь её, а снег не перестанет идти, что тогда? Кого ты спалишь следующим? Меня?

Аша не могла больше держать язык за зубами.

– А почему не сира Клейтона? Может, Рглору понравится один из его людей. Верующий, который станет петь ему гимны, пока пламя будет лизать его хрен.

Сир Джастин захохотал. Саггсу было не так весело.

– Хихикай на здоровье, Масси. Посмотрим, кто будет смеяться, если снегопад не прекратится.

Он окинул взглядом мертвецов на столбах и отошёл к сиру Годри и людям королевы.

– Мой защитник, – обратилась Аша к Джастину Масси. Тот заслуживал этих слов, каковы бы ни были его мотивы. – Благодарю вас за спасение, сир.

– Это не прибавит тебе друзей среди людей королевы, – сказала Медведица. – Ты перестал верить в красного Рглора?

– Я потерял веру в нечто большее, чем он, – ответил Масси, его дыхание курилось белой дымкой. – Но в ужин я всё ещё верю. Присоединитесь ко мне, миледи?

Али Мормонт тряхнула головой.

– Нет аппетита.

– У меня тоже. Но вам всё же стоит впихнуть в себя немного конины, иначе потом будете жалеть. Когда мы вышли из Темнолесья, у нас было восемь сотен лошадей. Прошлой ночью насчитали всего шестьдесят четыре.

Это её не удивило. Почти все могучие боевые кони пали, включая того, что принадлежал Масси.