берег (в Праве-грандо), где был расположен кратковременный лагерь для полков назначенных к занятию Кордона и где по слухам ожидали высадки португальских войск. Сей лагерь состоял не более как из 6-ти тысяч человек, включая в то число и музыкантов. Милиция 3-го Корпуса заняла караулы в столице.
Император ежедневно посещал лагерь, проезжая мимо нас на Богатой барже; делал смотры, ученья и угощал обедом, а в последний день (17-го числа) в нарочно устроенной палатке обедал вместе с супругою, дочерью и всеми Офицерами. На другой день сего военного пира часть войск перевезена в Столицу.
22 Июня Г. Кельхен, стараясь сделать пребывание наше сколь можно приятным, пригласил нас в свою плантацию, отстоящую от города верст на 20-ть, где чистый сельский домик, вкусный завтрак и ласковый прием заботливой прекрасной хозяйки (супруга его) доставили нам большее удовольствие. Около 2-х часов по полудни поблагодарив за внимание и гостеприимство, мы расстались с прелестною хозяйкою и в сопровождении Г. Кельхена отправились к водопаду в 7-ми верстах от загородного дома по узкой и неровной дороге, проложенной между древесною чащей; после 2-х часов утомительного пути мы наконец остановились у не большого кофейного дома в расстоянии 30 сажен от водопада. Оставив лошадей, пошли пешком, и вскоре шум от ниспадающих текущих вод и прохладительная влага воздуха, уверили нас о приближении к величественному водопаду, который по среди долины, окруженной с трех сторон высокими горами, низвергаясь с 55 саженной высоты, по двум уступам, образовал в подошве род бассейна. Выкупавшись в оном мы расположились отдыхать в ближайшей, природою образованной под огромным утесом пещере, где составленные из камней стол и скамейка сохраняют память о путешественниках вырезавших на них свои имена, иссеченные же в стене два изображения вспоминают об укрывавшемся здесь Архиепископе во время осады Рио-Жайнеро французами, которые оставили продолжение оной по договору сделанному с Вице-Роем, обязавшимся заплатить за таковое снисхождение значительную сумму денег. Приятность беседы, разнообразие природы и величественный вид водопада неприметно задержали нас до самого заката солнца; узнав свою ошибку, мы должны были ехать назад с крайнею осторожностью, при освещении факелов, и в 10 часов вечера уже прибыли в город.
Выше сказано, что в бытность нашу на острове Св. Екатерины служители наши поправились, так что при выходе в море не было уже ни одного больного. Не продолжительный в Рио-Жанейро переход с запасом свежего продовольствия, при хорошей погоде, казался нам приятною прогулкою, ибо в сие время ни сильные ветры, ни дожди, ни жары нас не беспокоили. По приходе же на здешний рейд производилась людям говядина и зелень, а вместо сухарей на каждого человека по 2 Ѕ фунта белого хлеба и по два апельсина, к коим они привыкли на упомянутом острове, где довольствовались разными плодами без всякого ограничения и с великою пользою, но не взирая на таковое изобилие, вскоре по прибытии в столицу Бразилии служители наши подверглись различным болезням, из коих главнейшими и опаснейшими были поносы.
Первоначальное появление поноса служило поводом к предосторожности. Воду, ежедневно привозимую из фонтана, вместо лимонного сока удобряли портвейном, употребление апельсинов и рома прекратили, все огородные овощи заменяла капуста, которую не иначе употребляли для варения щей как обварив горячею водою и старые твердые листья, отделив от хороших. Таким образом первые порывы болезни при искусстве лекаря были побеждены; но в продолжении времени не смотря на все предосторожности поступали другие больные, между которыми оказались Кузнец Яковлев и Фома Иванов. Сии два служителя имели особую от прочих болезнь, кровавый понос и непрестанную рвоту, которые с такою жестокостью обнаружились особенно в Яковлеве, что ни крепкое сложение, ни консилиумы многих Докторов [38] не могли спасти от смерти столь нужного и усердного мастерового человека. Иванов же был так сказать исторгнут из челюстей смерти. Сие вероятно, произошло от того, что последний открылся о своей болезни в первый день; а напротив Кузнец, по обыкновенному наших матросов отвращению от лазарета, особливо у берега, где развлекает их всякая иностранная безделица, и как сам он сознавался, по нежеланию остановить своей работы, три дни боролся с припадком и не соблюл воздержания в пище, чем во влек себя в такое состояние, которое ускорило смерть его.
Во время ясной погоды мы поверили здесь хронометр № 991, который несколько увеличив свое суточное отставание, имел оного 24° 49 и был 19 Июня позади среднего времени здешнего меридиана О 5° 34 57 ' № 920, исправленный здешним мастером и мною полученный от него при самом отправлении нашем отсюда, не был употребляем в вычислениях, как потому что я не успел его поверить, так и потому, что в последствии суточная разность его с № 991 не соответствовала показанной мастером.
ГЛАВА XI. Окончание плавания
27-го Июня в 7 часов утра при тихом NO ветре, мы снялись с якоря и пошли из Рио-Жанейрского залива, но около полудни противное течение и штиль остановили нас, не дав еще пройти крепости С. Круц. На другой день с восхождением солнца при NNW ветре вступили под паруса и взяли курс на S Ѕ O; французский корвет и два Английские купеческие корабля сопутствовали нам; погода была самая прекрасная, солнечные лучи ярко отражались от тихо колеблющегося моря; легкий ветерок резвился на поверхности вод и мы неприметно удаляясь от берегов нового света» поздравили друг друга с окончательным плаванием. По объявлении моем намерения идти прямо в Кронштат не останавливаясь на пути, увеличилась общая радость; служители собравшись по нескольку человек вместе, воспоминали об отсутствующих своих приятелях, о 2-х годичном странствовании и готовили длинные рассказы для друзей, словом, минуты сии были приятнейшим временем для каждого; но за таковою радостью неожиданно последовало печальное происшествие. Матрос Афанасий Аратский, оправлявший кормовой флаг упал за борт, руль был тотчас положен на борт, шлюпка и поплавок сброшены на воду, но несчастный с первого падения не показывался более на поверхности моря, и ко всеобщему прискорбию сделался жертвою Нептуна.
По выходе из залива мы имели курс OSO, а после ONO, стараясь плыть далее от берегов, и на третий день уменьшив долготу на З Ѕ ° шли на NtO; но через 6-ть часов тихий ветер переменился в крепкий, продолжавшийся 5-ть суток между N и NO, и удалил нас до 33 Ѕ ° долготы западной, где в широте S 22° 15 задул So пассат, прошли экватор в долготе W 27° 5 и пользовались сим постоянным ветром до 10° северной широты. Здесь ветер перейдя чрез S не долго дул из NW четверти и установившийся NO пассат сопровождал нас до широты 24° 15 (5-го Августа). На сем переходе по частым Астрономическим наблюдениям ежедневно Открывалось, что течением сносило нас к 2 Z и SW, иногда даже на 20 миль в супки.
Переход наш чрез полосу жаркого пояса был столь же счастлив, как и в первые три раза; продолжительных штилей, ужасных громов с молнией обыкновенно здесь встречающихся, мы не имели и термометр в полдень не показывал более 26°. Со вступлением же в широту 24° тихие ветры между NNW и ONO и частые продолжительные штили преградили нам путь; 17-го Августа находясь в широте 32° долготе 35° 30 при тихом ветре от ZW я несколько склонил курс к северным Азорским островам, как для поверки счисления так и для приобретения свежих съестных припасов, недостаток коих после не удачного плавания мог бы действовать на здоровье служителей. Почему вопреки намерению моему ни где не останавливаться, принужден был дать экипажу кратковременное отдохновение на острове Фаяле, куда мы прибыли 26-го числа, т. е. после 60-ти дневного плавания; а 27-го около полудни положили якорь на 24 саженной глубине(грунт черный мелкий песок), имея малую градскую кирку на NW 27° З0 , SO оконечность Фаяла на SW 65°, его же NO на NO 27° и вершину острова Пика на SO 45°.
При входе на рейд нас встретили Вице Консул Карри де Камара и Адъютант Губернатора, с обыкновенными учтивостями. По учинении с крепостью взаимных салютов, я отправясь на берег, поспешил распорядиться относительно снабжения Шлюпа свежею водою и другими потребностями. Что касается до заготовления воды, я предпочел спуску баркаса, наем лодок, которые взяв с Шлюпа порожние бочки, на другой же день доставили нам все нужное количество. Здесь наливают воду из колодца находящегося в довольном расстоянии от берега катая бочки по изломанной мостовой, и потому я не советую в сем случае употреблять большего числа оных, ибо и у нас из 20-ти пять были изломаны. Вода при всем том что стекает с гор, вкусом солоновата. Прочие вещи были нам доставлены от Консула на третий день, и мы готовы уже. были вступить под паруса; но расчет в платеже остановил нас еще на сутки. Поутру 30-го Августа, в торжественный для Россиян праздник Тезоименитства Государя Императора Александра Павловича, на занимаемых Консулом градских домах подняты Национальные флаги, а Губернатор чрез своего Адъютанта, поздравил нас с столь радостным днем, и извиняясь местными законами, запрещающими ему съезжать с берега, объявил живейшее удовольствие участвовать в нашем празднестве, я приказал расцветиться флагами и палить из всех орудий, чему и крепость последовала.
Остров Фаял, получивший название свое от мелкого дерева фаял, представляется мореплавателям в виде плодоносного и тщательно возделанного огорода, нет места которое бы не приносило щедрой дани трудолюбию. Главные произведения острова состоят в кукурузе и картофеле, которые два раза в год дают плоды, в пшенице и несколько винограда, из коего выделываемое вино, по неимению надлежащей доброты, частью перегоняют в водку, а частью расходится на острове, апельсинов и лимонов весьма много вывозят в Европу и Северную Америку; огородные овощи, домашний скот и птицы изобильно за самую сходную цену снабжают суда, заходящие на остров Фаял. Плодородный сей остров, сверх избыточного продовольствия для 22,000 природных жителей и 17,000 Острова Пика, отправляет в Португалию разные съестные припасы. Военные силы оного состояли только из 150 человек регулярного войска и 800 милиции, с моря защищен 4-мя укреплениями, имеющими до 40 орудий разного калибра. Главное поселение составляет город Горто (Horto;), называемый сим именем, как заключить можно, но своему местоположению, ибо простираясь по отлогости горы, окруженной плодоносными нивами, и изобилуя садами, представляет вид обширного вертограда. Главные здания оного 2 приходские церкви, 2 женских и З мужских монастыря, дома выстроены также как и во всех других местах лежащих близь поворотных кругов; неправильные и худо вымощенные улицы удерживают от дальних прогулок по городу и отклоняют любопытство в окрестности оного, богатые живописными картинами пленяющими взор и воображения путешественника, после нескольких часов прогулки пользующегося отдохновением у гостеприимных жителей, на коих благодетельная природа щедрою рукою рассыпала дары свои. На всем острове нет ни хищных зверей, ни ядовитых гадов, ни вредных насекомых.
Обыватели города Горто большею настию из иностранного купечества, Консулы всех наций имеют в сем городе постоянное пребывание, и токмо летом переезжают на Пико, где занимаясь разведением винограда [39], наслаждаются благорастворенным и здоровым воздухом в загородных своих домах.
Сей остров более Фаяла; отлогость горы возвышающейся по средине оного, от самого края моря усеяна до двух третей высоты виноградником, в чаще коего выказываются приятные жилища владельцев и мирные хижины трудолюбивых поселян.
Фаяльский рейд, почитаемый лучшим пристанищем в Архипелаге Азорских островов, открыт от 5 и 80 ветров, которые часто здесь, особенно в зимние месяцы, свирепствуя и производя большее волнение, весьма затрудняют стояние на якоре. Многие несчастные случаи научили мореходцев, посещающих сей остров, быть осторожнее и класть якорь около линии двух мысов [40] составляющих бухту, по которой расположен город, или пройдя несколько оную, где глубина до 20 и 22 сажен, грунт везде мелкий черный песок. Корабли же долженствующие простоять здесь известное время, подходят ближе к берегу и против средины города швартовятся на четырех якорях.
Между островами Фаял и Пико не большей камень, на коем глубина 4-ре сажени, краткое время и поспешность к отправлению не позволили мне осмотреть оный с точностью. По рассказам жителей не опасен; сильное волнение при Z и ZO ветрах означает место сего камня, которое гораздо лучше обходить, особенно судам сидящим более 18 футов. Мне случилось лавировать по здешнему рейду; но при всем желании я не мог видеть упомянутого камня повествования же рыбаков или местных лоцманов весьма различны.
Продолжительные туманы воспрепятствовали мне поверить хронометры по соответствующим высотам. Как оные по прибытии на рейд показали незначительную разность в долготе, то я и оставил прежнее их отставание (24° 49 )' определив по наблюдениям иго Сентября, что Хронометр № 991 был позади среднего времени здешнего меридиана (W 28° 41 36 ') I-ча. 34 -ми 45' 47. Широта места по полуденным наблюдениям найдена N 38° 31 12', течение моря замечено от NO (прилив) 1 Ѕ, а от SW (отлив) и узел в час.
1-го Сентября пользуясь приливом при крепком WZW ветре, в 2 часа по полудни снялись с якоря и пошли к NO, вдоль зеленого берега Фаяла, украшенного благолепием природы. Грозный Пик, теряясь в облаках, величественным своим видом поражал наши взоры, любуясь быстрым ходом Шлюпа и белою пеною воды окружающей оный, мысленно переносились мы в любезное отечество; но по мере удаления от сих островов ветер постепенно стихал, потом вдруг переменился и заставил нас лавировать до следующего полдня. Тихий ZW сопутствовал нам до полуночи 6-го числа и перейдя в восточную сторону горизонта, дул крепкий порывами до 14-го так что принудил нас спустить брам-стеньги и все рифы.
18 Числа в расстоянии на 100 миль от мыса Лизарда, начали встречаться с нами многие нагруженные разными товарами купеческие суда, которые обгоняя друг друга представляли днем приятное зрелище, а к ночи побуждали нас умножить число часовых на шкафутах. 20-го около 4-х часов по полудни, находясь в 14 милях глазомерного расстояния от острова Вайта, определили себя по пеленгу Нидельского маяка и взяли курс OSO Ѕ O, а в половине другого дня проходили Дувр, где бдительные Англичане встречали на быстроходящих люггерах и гичках, предлагали нам услуги и оканчивали свои приветствия желанием быть нашими Лоцманами на Северном море и проводниками до Галопера; но как ветер нам благоприятствовал и я не
