Он устремил полный решимости взор на Эйми, и в ту же секунду обоих снова накрыла волна общих воспоминаний!

Однако спустя мгновение, откашлявшись, Джиллиан разрушила действие колдовских чар. Присев на уголок кровати, она обратилась к Эйми:

– Вижу, тебе пришлось примерить вещички из гардероба Моры.

Выпустив из объятий племянника, Эйми кисло улыбнулась, взглянув на светло-голубой халат, однозначно не подходящий ей по размеру.

– Да уж, но папа обещал сегодня привезти кое-что из моих вещей: несколько платьев, книг и личных принадлежностей. Буду очень этому рада, не могу чувствовать себя комфортно в чужих вещах.

– Что ж… – обернувшись, Джиллиан поманила пальцем Родди, – мальчики принесли тебе кое-что, и, может, это отчасти решит твою проблему.

Расплывшись в улыбке, Родди подошел поближе к кровати. Ройс, до этой поры молча наблюдавший за происходящим, только теперь заметил, что мальчик прятал в складках одежды какой-то ерзающий клубочек.

– Тетя, мы принесли тебе подарок, – объявил он, прежде чем выложить ей на колени что-то мохнатое черно-белого цвета.

– Ваш котенок! – вскрикнула Эйми. Она взяла котенка и прижала его к себе. – Вижу, после вчерашнего приключения он чувствует себя как ни в чем не бывало.

– Его зовут мистер Писалка, – сообщил Родди, забираясь на кровать и усаживаясь возле брата.

– Почему мистер Писалка?

Наклонившись к ней поближе, Родди ответил ей громким шепотом, так чтобы все могли слышать:

– Потому что сегодня утром он забрался в лучшие папины туфли и написал в них.

Вырвавшийся у Эйми смех заворожил Ройса звучавшими в ее мелодичном голосе нотками неподдельной радости.

– И вы решили, что котенку будет лучше, если папы не будет поблизости, так? – обратилась Эйми к мальчикам, потрепав их по головам. – Прекрасный поступок, милые, но я не уверена, что тетушка Мора будет рада котенку в своем доме.

– Мы спросили у нее разрешения, – заверила Джиллиан Эйми. – Мальчикам очень хотелось, чтобы у тебя была веселая компания, пока ты поправляешься.

– Ты спасла ему жизнь, тетя Ми, – в один голос серьезным тоном заявили близнецы.

– Думаю, вы слишком переоцениваете мою роль. На самом деле он сам себя спас. Я лишь сглупила, забравшись на дерево…

– Так вы за ним туда полезли? – вмешался Ройс – Если бы вы не сделали этого, то, возможно, бедняжка мистер Писалка никогда бы не отважился спуститься с дерева. Может, он и сейчас продолжал бы там сидеть.

Поднявшись из кресла, Ройс подошел к кровати Эйми и погладил котенка. Мордочкой тот все еше прижимался к подбородку Эйми, и, поглаживая его, ласковым движением виконт невольно коснулся шеки Эйми. Один раз, второй…

– Знаете, – сказал он низким и бархатным голосом, – в некоторых странах считается, что если ты спас чью-то жизнь, то она принадлежит тебе.

Ошеломленная, Эйми хранила молчание. Она просто смотрела на него, очевидно, плененная чарами его голоса, подобно тому, как сам лорд Стоунхерст был заворожен нежностью ее кожи.

Джиллиан пришлось откашляться, чтобы напомнить о своем присутствии. Ройс поспешил отойти от кровати, вновь задаваясь вопросом, что на него нашло. Каждый раз, оказываясь рядом с Эйми, он с трудом помнил о данном себе обещании держаться от нее подальше. На то были свои причины, и он не мог себе позволить касаться ее, обнимать, целовать…

Он должен уйти, и медлить нельзя.

– Что ж, думаю, мне пора идти, – угрюмо произнес он, направляясь к двери. – Меня ждет адвокат. Если позволите, леди? – С этими словами он поклонился и скрылся за дверью, довольный тем, что удалось исчезнуть.

Стоунхерст так быстро распрощался, что можно было подумать, будто сам Цербер преследовал его.

Глава 9

– Это все, миледи?

Лишь услышав робкий вопрос, Эйми оторвалась от созерцания собственного облика в зеркале туалетного столика и заметила горничную, стоявшую рядом.

– Да, Ханна, благодарю, – тихо произнесла она, мило улыбнувшись в ответ. – Можете идти.

Горничная сделала реверанс и поспешила выйти из комнаты, даже не пожелав спокойной ночи.

«Судя по всему, бедняжка Ханна еще не пришла в себя после первой встречи со мной», – с грустью подумала Эйми, продолжая заплетать косы, глядя в зеркало. Хотя Эйми и пыталась загладить вину за свое неприветливое обращение, горничная по-прежнему старалась вести себя крайне осторожно. Было очевидно, что винить ее за это нельзя – оправдания такому поведению не было. Прежде ни при каких обстоятельствах Эйми не позволяла себе вымещать собственную злость и недовольство на окружающих. Теперь же она ругала себя за то, что допустила подобное.

Чувство вины с новой силой охватило ее. Эйми резко рванула длинную прядь волос и сморщилась от боли. И хотя шишка на голове все еше была болезненной, повязка действительно способствовала заживлению. Буквально вчера доктор Мерриман сообщил, что Эйми идет на поправку.

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату
×