– Давай устроим бой подушками?
– Давай.
– И-эх!
– Ух!
– Ой-ой! Питер, поставь стул на место и возьми подушку!
Иногда мне кажется, что во мне пропадает учитель.
– На необитаемый остров вам разрешено взять с собой всего один компакт-диск, что вы возьмете?
– «Тин мэшин» Дэвида Боуи, – немедленно ответил Ру.
– Правда? Ты готов слушать его с утра до ночи?
– Слушать? Я думал взять его на необитаемый остров и там закопать.
– Мне нравится ход твоих мыслей – давай дружить.
Трейси фыркнула в чашку с кофе:
– Знаете, что меня неизменно удивляет?
– Универсальный клей?
– Говорящие часы?
– Нет…
– Растворимый чай?
– Зубная паста с полосками?
– Да нет же. Меня постоянно удивляет, что два очевидных ничтожества изо дня в день сидят и поливают дерьмом талантливых знаменитостей.
– «Талантливый» в данном случае определение спорное, – перебил Ру. – Мы ведь говорили о Дэвиде Боуи.
– Какая разница, о ком шла речь. У вас ни для кого доброго слова не найдется.
– У меня… – Ру не дали договорить.
– Я не имела в виду порноактрис. Думаю, все согласятся, что они проходят по отдельной категории. Но если кто-либо достиг популярности и успеха, вы как пить дать возненавидите этого человека.
– Так уж у англичан заведено.
– Точно, – поддакнул я. – Более того, это наш долг. От каждого – по способностям, каждому – по потребностям. Одним – богатство, слава и право называть Энтони Хопкинса Тони, другим – прозябание и право судить о первых.
– Судить и вскрывать их ущербность, – дополнил Ру.
– Именно. Нам навсегда закрыт вход в их мир, вдобавок у нас абсолютно нет никакого авторитета, то есть на нашей стороне уникальная непредвзятость, с которой мы объявляем этих людей фальшивками, эгоистами, выскочками или просто дебилами.
– Взять хотя бы ту актрису в «Плохих девчонках»… Ох, забыл, как ее зовут. – Ру прикрыл глаза и забарабанил пальцами по голове, напрягая память.
– Да там какую ни возьми, – подхватил я, – все одинаковые.
– Цыц. Тебя только что сделали менеджером, Пэл. Это все равно как если бы актера, снимавшегося в рекламе супа, пригласили на роль в фильме Спилберга.
– Трейси, разницу между мукзэпоем в Университете Северо-Восточной Англии и Николасом Кейджем трудно сразу заметить, но все же она существует. Могу поспорить, что у Кейджа есть специальный человек, который отвечает вместо него по телефону всяким психам.
В то утро мне позвонили. Я сидел в офисе и составлял какую-то цифирь о пользовании компьютерами в студенческом контингенте, что являлось частью процесса мониторинга (мне сказали, что цифирь важна для планирования, поэтому я старался выдумать данные поубедительнее), как вдруг раздалась тройная трель внешнего вызова.
– Здравствуйте, Университет Северо-Восточной Англии, Пэл Далтон у телефона.
Наступила пауза. Даже не пауза – скорее лишняя секунда перед ответом, но она сбила обычный ритм скороговорки, которой сыплют люди, знающие, ради чего звонят.
– Где TCP?
– Прошу прощения, но он ушел из университета.
– Когда он возвращаться обратно? Какой время?
– Нет, я имею в виду, что он здесь больше не работает. Я – новый мукзэпой. Может быть, я чем-то могу помочь?
– Ты вместо TCP?
– Совершенно верно.
– Понятно. Меня зовут Чанг Хо Ям.
