группа приближается. Вы сразу выйдете и пойдёте на них. Понятно? — он посмотрел на нас, но вместо нашего ответа тихо пискнул старый коммуникатор торговца. Он не стал его доставать. Он знал что там и, молча, кивнул нам. Это значило, что пора делать дело. Работать.
Когда мы вышли из деревни, вооруженные и морщащиеся от яркого света, Монах, идущий первым из нас, резко остановился и, повернувшись к нам, заговорил:
— Я и Физик идём по дороге. Вы — он указал на Серого со Словарём — идите по краю дороги, но так, чтобы вас не было видно. Выключите ПДА… — его прервал Словарь, воскликнув:
— Уже!
Монах злобно на него посмотрел, но ничего не сказал. Потом он молча указал им, чтобы шли, а сам убрал оружие за спину. Я поступил также, и мы медленно зашагали по дороге. Кстати дорога казалась новой, но из неё в некоторых местах росла трава и вырывались корни многочисленных деревьев, растущих у обочины. Когда мы отошли от деревни шагов на пятнадцать и справа я заметил какую-то машину, — марку её я не знал, а с виду похожа на грузовой автомобиль — вдалеке показались четыре фигуры, быстрым темпом идущие к нам. Я посмотрел на Монаха. Он продолжал идти и, видимо, уже заметив их, показал мне на АТП — группу старых разрушенных зданий, которые раньше служили жителям местной дочернобыльской катастрофы.
Он повернул, и я пошёл за ним следом, изредка поглядывая за спину. Там я заметил группу кабанов. Точно таких же, каких я видел в сборнике статей про мутантов на ПДА. Я присмотрелся к ним и понял, что там пять особей. Они ходили туда-сюда по дороге сзади нас и не решались подойти. Я хотел сперва выпустить по ним несколько одиночных патронов, но потом решил, что это испортит всю операцию. Хотя разве они подумают, что мы по ним стреляем? Ведь мы же их защитить должны были. Не мне это решать.
Я кивнул этой мысли и заметил, что Монах остановился. Он встал и стал ждать гостей. Те как раз уже были в Зоне видимости, и я смог различать их. Сам Демидов, предатель, шёл в центре. Справа от него был военный с автоматом Калашникова, а слева двое учёных не вооружённые, как и сам Демидов. Что-то слишком просто. В этот момент я и увидел пятерых солдат, идущих сзади в двадцати метрах от учёных. Это слегка меняло планы. Ведь мы рассчитывали только на двоих военных, а тут их больше. Монах цокнул языком и сказал:
— Чёрт… их семеро плюс снайпер… сложно будет.
Я не ответил. Я долго искал взглядом ещё одного бойца, о котором говорил Монах, но так его и не нашёл. Странно. Где он мог его увидеть? Тут-то мне и попалась фигурка в камуфляже на холме, неподалёку от АТП. На моё удивление это был не боец, а снайпер. Вот удача! Мы знаем где он! Но не это было самым весёлым. Развеселило меня то, что, бродящие сзади кабаны, злобно хрюкнув, помчались на нас с огромной скоростью. Монах резко вскинул МП и полоснул по ним очередью. От того, что я был рядом, меня ненадолго оглушило, но это не помешало мне достать свой пистолет-пулемёт. Я прицелился в большого жирного взъерошенного кабана, несущегося на меня, и нажал на курок. Оружие задёргалось, выпуская пули, но мне удалось его удержать. Когда десять патронов вылетело, кабан на ходу издал странный чмокающий звук и, упав мордой в грязь, продолжал бежать. Как я понял, он умер, но инстинкт продолжал тащить его дальше. Я немного отошёл в сторону, и он промчался мимо меня. Вытерев рукавом пот со лба, я заметил, что остальные кабаны скрылись в кустах и спокойно повернулся к Монаху, уже поджидавшему гостей.
Учёные были уже возле нас, а военный недоверчиво поглядывал в кусты, где скрылись мутанты. Когда они были уже в двух шагах, Монах резко выстрелил по военному. Тот от неожиданности и ранений повалился на землю, а Монах продолжал стрелять. Патроны у него закончились. А моё оружие продолжало метать свинец. Я со всей силы врезал прикладом Демидову, который был без шлема. Он упал на землю лицом в асфальт, а я стал подбирать его. Монах, зарядив новый магазин, уже стрелял по учёным, которые в шоке заметались по дороге. Один из них спрыгнул в небольшой котлован возле дороги и попал в старую разросшуюся жарку. Огромный столб огня сжёг его и серьёзно ранил его напарника, который не успел отпрыгнуть от огня. Когда аномалия утихла, Монах контрольным добил учёного и мы вспомнили о военных. Те как раз стояли рядом и, нацелившись на нас, были готовы стрелять. Спасли нас неугомонные кабаны. Они вылетели из кустов и стали бодать военных, как горные козлы. Те хоть и были удивлены, отпор дать всё-таки смогли. Один из них, который умело орудовал дробовиком, сразу же стал стрелять в упор. Остальные разбежались. Этого времени нам хватило, чтобы рвануть к АТП.
Я бежал изо всех сил, но выдохся почти сразу же. Всё же Демидов тяжёлый. Я врезал ему левой рукой, от чего он злобно ухнул. Видимо, предатель потихоньку приходил в себя. Это было бы плохо. Если он начнёт мне мешать, то военные меня догонят. Кстати. Стрельба утихла. Я обернулся и увидел, как двое выживших кабанов вперемешку с военными бежали за нами, злобно рыча или злобно матерясь.
Когда мы были уже в нескольких шагах от первого здания, — старого изрешечённого пулями строения — из ближайшего прохода выскочил Серый и стал нас прикрывать, стреляя одиночными. По звуку я смог определить, что одного военного он всё-таки ранил, а остальные сумели скрыться или разбежаться. Кабаны же в полном шоке от происходящего вокруг убежали влево на небольшой холм. Монах у порога остановился и согнулся — он выдохся. Что же тогда говорить обо мне? Я забежал в здание и свалил Демидова на пол. Тот, так как уже очнулся, попытался бежать, но стоящий за углом дома Словарь, резко ударил его по лбу прикладом дробовика. Предатель отскочил, но ударился спиной о косяк стены. Он согнулся от боли, а Словарь, вытащив из своего подсумка верёвку, принялся связывать ему руки. Монах тоже зашёл внутрь и стал перезаряжать оружие. Старая обойма полетела на пол, хотя вроде она не была ещё закончена. Какая разница? Он зарядил ПП и повернулся к нам, спрашивая:
— Готовы? Сейчас будет жарко, — он сплюнул на пол и посмотрел в проход. Я не видел что там. Я стоял, прислонившись к стене, и молча смотря на Демидова. Тот улыбался. Он смотрел мне в глаза, и я читал в его мелких бегающих глазках два чувства — страх и ярость. Он боялся нас и хотел убить, но знал, что сам не сможет. Слабак. Я подошёл к нему вплотную и присел на колени. Я посмотрел в его лицо и спросил:
— Ты помнишь меня?
— Да. Ты мёртв, — выдавил он из себя с яркой улыбкой.
— Ты меня убил. Теперь я убью тебя, — на этот раз пришло время улыбаться мне. Я подмигнул ему левым глазом, правый болел, и, приставив ствол ПП к его подбородку, посмотрел ему в глаза. Сейчас там был только страх. Он смотрел на меня и глаза его бегали туда-сюда. Он попытался что-то сказать, но я его не слушал. Я смотрел ему в глаза. Я вспомнил этот взгляд. Точно так же он боялся, когда погиб Эдик. Я вспомнил тот момент, и меня переполнила ярость. Я даже не заметил, как мой палец вдавил спусковой крючок. Свинец уже разворошил голову Демидова, а у меня перед глазами всё был его взгляд, который меня боялся. Учёный упал на пол, а я перевёл прицел на его грудь, не убирая пальца со спускового крючка. Когда пули кончились, я понял, что испытал облегчение. Мне было легко на душе. Точнее она была чиста. Я отомстил за друга и окончательно убил себя старого. Теперь я сам верил в то, что я родился заново.
В этот момент очередь из автомата Калашникова прошила стену и зацепила, стоящего вплотную к ней, Монаха.
— Они здесь! Словарь ко входу! Давай же! — орал Монах, перебинтовывая локоть, в который попала пуля. Серый и Словарь уже были у входа и, изредка высовываясь, стреляли одиночными по военным. Те, похоже, уже знали, что Демидов мёртв, но всё равно пытались нас убить. В принципе верно. Я, правда, занимался другим делом. Степан попросил забрать документы, которые были в небольшом металлическом чемоданчике, что был прикреплён к костюму предателя. Пулями контейнер и чемодан повредило, так что документы и флэшки с информацией вывалились на пол. Я подобрал их и стал засовывать в подсумок. Документов оказалось много, поэтому я, не заботясь о их сохранности, грубо засовывал их в подсумок. Флэшки постигла та же участь. Когда документов оставалось два, в стену снова ударила очередь, которая прошила пространство над моей головой. На этот раз никого не задело, но стало понятно, что находятся в этом здании уже опасно.
Я привстал и почувствовал небольшую боль в боку. Видимо успел где-то удариться, но это ничего, почти не чувствуется. В отличие от меня, раненый Монах был на ходу, но стрелять он мог лишь из пистолета. У него был desert Eagle, хороший мощный в близи пистолет, но почти бесполезный на средних