настойчиво, что сразу можно сказать, кто это. Как будто они сейчас стоят здесь, совсем рядом.
Асажж Вентресс.
Энакин чувствовал эту пульсирующую боль, эту всепоглощающую ненависть, эту злобу, такую резкую и такую ослепляющую, как будто заглянул в огромный сверкающий алмаз.
— Убийца — посланница Дуку, — ответил Энакин. — Вентресс. Уверен, она думала, что сможет с помощью Силы заставить Рекса заманить нас в ловушку. Глупая идея. Такое проходит только с очень слабыми существами. Чтобы заставить повиноваться сильных, нужно приложить много усилий. Может быть, она в таком отчаянии, что совсем забыла об этом.
— Как ты думаешь, чего ей надо?
Энакин отлично знал, чего добивается Вентресс.
— Она хочет убить хаттенка и обвинить в этом нас.
— Чтобы убить и нас тоже…
Да, так оно и есть.
— Сейчас самое главное — доставить малыша домой. А все остальное прибережем для главного отчета, который придется писать, когда все это закончится.
Пока они шли вслед за R2-D2 по нижним извилистым коридорам у самого фундамента монастыря, Энакин, учитывая новые обстоятельства, обдумывал дальнейший план действий. Он привык заранее знать, как поступит. От чего оттолкнуться, чему следовать, по крайней мере до тех пор, пока не появится враг и не внесет свои коррективы.
Сначала нужно вызвать шаттл.
Посадить на него хатта.
Договориться, чтобы его срочно осмотрели врачи, и отослать шаттл обратно к кораблю.
Вернуться за Рексом. Вызвать помощь.
Вывести из монастыря Рекса и других выживших.
Когда Ротта окажется в безопасности на крейсере «латти», приоритетная миссия будет завершена, — Энакин больше ничего не сможет сделать для этого хаттского малыша. Зато он наконец-то получит возможность заняться своими солдатами и Рексом.
Что же делать с Асокой? Отослать ее на корабль вместе с Роттой? Там ей ничего не будет угрожать. А может все же стоит остаться с хаттом? И бросить Рекса в монастыре?
Ну нет, так он не поступит! Даже если бы Энакин вернулся на корабль с Роттой, это никак бы не помогло малышу. Дроиды все равно могут подбить этот шаттл на взлете, будет там Энакин или нет. Здесь все зависит от мастерства пилота и удачи.
Господи, здесь воняет сильнее, чем от хатта! Наверняка где-то прорвало канализационную трубу.
R2-D2 тихонько присвистнул, как будто говоря: «Я предупреждал!» В конце коридора показалась дверь, в точности такая же, как и на голографических картах. Когда она открылась, хотя им пришлось изрядно потрудиться, чтобы ее открыть, Энакина обдало горячим, влажным ветром. Они вышли наружу и оказались на ровной площадке, выступающей прямо из скалы. Далеко внизу виднелись деревья, по- прежнему утопающие в белесом тумане. Асока глубоко вздохнула, и даже несчастный Ротта радостно заскулил, ему явно стало лучше на свежем воздухе. Энакин попытался прикинуть, трудно ли добраться от этой площадки до корабля. И тут заметил, что над деревьями кружат огромные насекомые. Судя по всему, размах их крыльев составлял не меньше трех метров. Эти огромные крылья блестели, как драгоценные камни. Надо будет предупредить ребят в корабле. Эти твари могут напрочь забить все подводы двигателей. Такое обычно называют ПНЧО — повреждения, нанесенные чужеродным объектом.
Энакин поднес передатчик ко рту.
— Скайуокер вызывает легион 501-й. Ответьте! Повторяю. Скайуокер на связи. Нам нужна помощь и меди…
— Скайуокер, с вами говорит шаттл 3–9. Пожалуйста, уточните ваше местоположение.
— Передаю наши координаты.
— Принял, сэр. Вылетаем. Прибудем на место примерно через шесть минут. Есть раненые?
— Нет. Но малыш-хатт очень болен. Ему нужна медицинская помощь. Пусть кто-нибудь откроет электронный медицинский справочник. И еще — есть риск ПНЧО — неизвестные трехметровые насекомые.
— Понял, сэр. Мы уже поджарили парочку таких тварей в соплах. Их привлекает шум турбин, кажется, они считают, что нашли себе подходящую пару. Мы опустили фильтры в заборниках, чтобы они не забили нам все двигатели.
— Уверен, что любовь тут же прошла. Ждем вас, 3–9.
Энакин понятия не имел, где сейчас находится этот шаттл, и вообще сколько таких шаттлов осталось на планете. Как же трудно, наверное, пришлось пилотам — до них ведь наверняка доносился шум битвы, а полететь на подмогу нельзя: приказано сидеть и ждать.
Все из-за этого маленького хатта.
И все же пилоты ни в чем не упрекали Скайуокера.
— Дай-ка мне рюкзак, — велел Энакин. — Тебе нужно отдохнуть. Прижмись спиной к скале. Когда шаттл начнет приземляться, он поднимет клубы пыли. К тому же неизвестно, вдруг эти жуткие твари увяжутся вслед за кораблем.
Казалось, Ротта стал еще тяжелее. Все-таки он был таким уродливым, даже для хатта. Энакин поскорее надел рюкзак на плечи, чтобы не смотреть на это скользкое существо.
