начальника? В сущности, они располагают только этими тремя радиокодами и из-за своего полного безразличия к нам как к личностям, вероятнее всего, просто наобум использовали один из них.

Таким образом, Фаулер и Штейн были обречены на смерть. А тот, кто совсем скоро станет их убийцей, даже не подозревает этого… После того, как юсы ответили, он или она через компьютер предпринимает в спешном порядке проверку наличия всего ценного на базе. В Сервере. Не находит в нем никаких следов диверсий со стороны дезертира, но натыкается на его заявку о записи и сейчас же направляется туда в надежде перехватить его, прежде чем он заберет микрочип.

Тем временем Фаулер внес автоматическую программу в рейдер и снова вернулся наверх, на перевал, где он должен был выждать момент, чтобы ее задействовать. А минуты действительно распределяются роковым для него образом, потому что прежде чем наступил момент его ухода, появился Штейн. Можно себе представить, как неприятно был поражен Фаулер таким нарушением их взаимных договоренностей. И как трудно было ему решить, что же предпринять, когда понял, что Штейн идет в административное здание, чтобы взять из Сервера запись своих исследований.

Вскоре Штейн вышел и на этот раз пошел в лес по направлению к. юсианской базе, а Фаулер продолжал наблюдать за рейдером. Как он собирался поступить после того, как тот тронется — попытался бы остановить Штейна или дал бы ему возможность добраться до юсов с микрочипом — излишне гадать. Так как события стали развиваться совсем другим, не предвиденным образом.

Человек, спровоцированный махинациями Рендела, появился чуть позже, и на глазах у Фаулера тоже вошел в административный корпус. Установил, что микрочип унесен, но всего несколько минут назад, поэтому решил догнать Штейна сам, никого не зовя на помощь. И не пользуясь рейдером. Или потому, что его остановки были бы зарегистрированы, а он уже решился на убийство? Или же наоборот — он намеревался замять этот случай и проявить снисходительность к Штейну? Или хотел получить микро-чип ценой своего молчания?.. Возможных причин много. И все же истинная, наверное, та, по которой он и не поднял тревоги — он хотел, чтобы у юсов сложилось впечатление, что Штейн сам передумал лететь.

Фаулер ждал, когда преследователь появится снова, увидев, как тот выходит из здания и при этом направляется пешком прямо клесу, он понял, что их планы раскрыты. А рейдер Штейна уже отправился к городку для переселенцев, и с этого момента Штейн уже не ответил бы ни на какие вызовы по радио — ведь нужно было создать видимость, что он внутри, а когда юсианские машины в полете, связь с ними прекращается. Так что у Фаулера не было выбора. Он должен был первым догнать Штейна, чтобы предупредить его, и сделать это так, чтобы тот другой не заметил.

Преследование продолжалось около часа. Эйренский лес в это время находился в безумном утреннем состоянии. Все трое спешат, преодолевая его воздействие… Сейчас у будущего убийцы одна цель: добраться раньше Штейна до конца леса и подождать его на пустой линии, за которой начинаются колонны, потому что только там хорошая видимость. Такую же цель преследует и Фаулер. Однако, когда он приближается к этому месту, то внезапно натыкается на того третьего, который уже возвращается назад. И Фаулер, может быть, по реакции или по выражению лица понимает, что тот только что убил Штейна. Но несмотря на это, как же Фаулер ему доверял! Он близко подпустил к себе его — убийцу…

«Фаулер был моим другом», — твердили и Ларсен, и Элия, и Вернье. И кто-то из этих троих убил его. В упор.

Вернулся ли он за флексором и личными вещами Штейна? Или сразу взял их, чтобы потом проверить в более спокойной обстановке? Уже не имеет значения. Важно, что, в конечном счете, он оставляет их в карманах у Фаулера. За исключением, естественно, микрочипа. Затем выпускает часть заряда из флексора, принадлежащего Фаулеру, и старательно закрепляеторужие в его правой руке. Но не замечает, что в левой тот все еще держит что-то: изображение-память, которое Штейн, вероятно, подарил ему накануне вечером, когда они уже знали, что расстаются, может быть, навсегда…

Когда вся инсценировка закончилась, убийца направился в биосектор. А там допустил свою единственную существенную ошибку — отформатировал диски в компьютере Штейна, откуда, как он считал, была направлена заявка в Сервер, не проверив, действительно ли это так. Он торопился, беспокоился, чтобы его кто-нибудь не увидел или не начал искать, вот почему он предпочел этот самый простой вариант. Да и как он мог догадаться о компьютере Рендела? Как вообще мог бы предположить участие Рендела во всей этой безумной истории?

И убийца возвращается на свое рабочее место. И начинает там ждать, когда раздастся неизбежный сигнал тревоги.

В течение долгого предобеденного времени, только с более раннего момента, ждет и Рендел. Ждет, ему не терпится узнать, чем закончатся спровоцированные им события, которые развиваются в эти часы. Конечно, он предполагал, что Штейна задержат на Эйрене живым. И тогда? Он скажет, чьим компьютером он воспользовался, прежде чем направиться на юсианскую базу, но ведь Рендел со своей стороны, это все еще не «раскрыл». Штейн скажет, что не вступал в связь с юсами, но ведь тогда вопрос, кто говорил с ними от его имени, повиснет в воздухе. А Фаулер? Он, наверное, решился бы заговорить только в том случае, если Штейн будет убит. Да и в его показаниях также не могло быть чего-либо опасного для Рендела.

И все же, когда становится ясно, что убиты оба, Рендел оказывается в еще более выгодном положении. Ему предоставляется шанс сохранить в тайне исследования Штейна, эту тайну он не будет делить даже с убийцей, потому что без кодов доступа микрочип — ничто.

Час, который был определен для проведения эксперимента, однако, приближается. Рендел уходит со своего открытого участка, куда он направился сразу же после своего звонка юсам, и идет к постройке, где помещен экстрейнер… Задерживается там минут на десять, расспрашивает роботов, «удивляется», почему Штейн опаздывает, «делает попытки» связаться с ним, наконец, с притворным беспокойством приводит в действие сигнал тревоги…

Но еще до того, как он и убийца стали ждать… Хрустальный дождь, идущий из каждой ветки безлистных эйренских деревьев, постепенно стихает. И их стволы сникают, протяжно вздыхая, вплетаются один в другой. Их Искрящиеся мантии тают и стекают вниз мерцающими Каплями как слезы. А их шершавая кора начинает желтеть. Становятся желтыми и лица Фаулера и Штейна, и Их руки. А корневища уходят в землю, с ленивым любопытством покачивая их безжизненные тела. И миллионы органов чувств этого ни юсианского, ни земного гибридного псевдолеса, пресытившись, засыпают. Он утихает, Неподвижный, отягощенный временем. Временем двух Мужчин, украденном у них как добыча в стихийном ходе самого разрушительного биологического процесса — смерти, чтобы быть замененным другим — и человеческим, и юсианским, и земным, и неземным… «Каждый объект, который участвует в хрональном обмене с юсиан- скими бионеорганическими конструкциями, отдает им свою память, и, несмотря на это, сохраняет ее в себе нетронутой. Становится носителем их памяти, выраженной в совокупности их хрональных связей с Системой, и, не смотря на это, она сохраняется в них нетронутой», — написал Штейн. И если это так, значит, что тогда в тишине Желтых сумерок лежали уже не человеческие трупы, а какие-то, не имеющие никакой аналогии… частицы, детали, складки — не знаю, как их еще назвать! Полипланетарной системы юсов. Неразрывно связанные с ними, превращенные в юсианское приобретение. Принявшие на себя невиданную функцию — «помнить» каждой своей клеткой — объектом всю человеческую, юсианскую, земную и неземную историю. И воссоединять ее.

Глава тридцатая

— Это — безобразие, Симов! — заявил Рендел, остановив свой облезлый джип перед «Хижиной». — Мы же здесь на работе, мы не можем так из-за тебя терять время.

Я сел к нему, и он ловко направил машину в глубину между конусами. Проехали метров двести.

— Больше удаляться нет смысла, — сказал я. — Я тоже должен экономить время.

— Ха! — презрительно фыркнул Рендел, но ударил по тормозам. — Давай, говори! — энергично повернулся он ко мне.

Он всячески старался выглядеть возмущенным и торопящимся, из чего можно было заключить, что в действительности это не так. Я начал без обиняков:

— Время от времени ты направлял на заброшенную юсианскую базу какого-то из роботов, принести

Вы читаете Формула счастья
Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату
×