Мир вне закона

Циклоп молчал, вращая глазом. Его толстые, как сардельки, пальцы выбивали на столешнице чечетку.

– Твоя сестра хорошеет с каждым днем, – рыкнул Баттрабим. – Жаль, у нее аж два глаза, что противоречит всяким эстетическим нормам. Да и волосы у нее, извиняй, растут лишь на некоторых частях тела. А это нехорошо, нехорошо…

Чоча покивал, медленно поднялся, обошел стол и небрежно положил пятерню на исполинское плечо циклопа.

– Сколько ты мне должен?

– С процентами наберется мерок пятьдесят.

Чоча вновь кивнул:

– Давай…

– Ты же знаешь, что у меня нет этих денег. Хочешь, дам тебе вместо них молодую чеккари в наложницы? У нее фиолетовый глаз и…

– Мне не нужны одноглазые бабы. Мне нужны деньги.

– У меня их нет.

– Да? И что ты собираешься делать?

– Я-то? – Баттрабим ненатурально широко зевнул, пытаясь казаться беззаботным. – Да ничего…

– Ага, ничего… Что ж…

Чоча схватил циклопа за шею и сдавил ее.

Глаз Баттрабима выпучился пуще прежнего. На какое-то время в комнате все замерло, а потом одновременно произошло несколько событий…

…Циклоп ударил Пат-Рая локтем по ребрам, тот отшатнулся и отпустил его.

…Дверь распахнулась, ввалились циклоп-охранник с самострелом в руках и громила-Ватти.

…Голос в моей голове запищал:

– Напряженная ситуация, организм-носитель? Вам следует охарактеризовать создавшееся положение. Я дам единственно правильный и своевременный совет!

– На нас нападают! – крикнул я и ударил охранник по уху.

Циклоп отпрянул, я опять размахнулся, но тут Ватхи съездил мне в челюсть, и я упал, сильно ударившись локтем.

– Абрхм! – раздалось в голове, и писклявый голосок смолк.

Ватти устремился мимо меня к столу, за которым боролись Чоча с Баттрабимом, я, изловчившись, сделал ему подножку, громила потерял равновесие и въехал головой в стол. Циклоп-охранник уже навис надо мной со взведенным самострелом, но тут Лата стукнула его по темечку глиняным кувшином. Кувшин раскололся, а циклоп выпустил оружие и повалился на меня.

Кое-как спихнув с себя волосатую тушу, я сел, мотая головой. Челюсть онемела, локоть ныл.

– Абрхм! – повторил Советчик. – Организм-носитель! Вы владеете каким-нибудь искусством руко– или ногопашного боя из более чем ста пятидесяти школ, распространенных в Конгломерате?

– Нет, – сказал я, осторожно ощупывая голову и прислушиваясь к разнообразным звукам, доносящимся из-за стола.

– В таком случае я рекомендую классический прямой удар в челюсть. Займите позицию приблизительно в полуметре от вашего оппонента, сожмите пальцы правой (если вы правша) руки в кулак…

Возня за столом стихла, раздалось шумное пыхтение. Под беспрерывный треп Советчика, повествующего о том, как надо отводить руку для удара и насколько подаваться корпусом вперед, чтобы не потерять равновесие, я встал и заглянул за стол.

Пыхтел Баттрабим. Он лежал на животе, придавленный к полу коленом Чочи. Пат-Рай, обеими руками натягивая серебряную цепь, душил ею циклопа.

– И вот тогда, – провозгласил Советчик, – если, конечно, удар будет достаточно силен и выполнен по всем правилам, центр тяжести вашего оппонента сместится. В соответствии с законами физики он потеряет равновесие и упадет. Кроме того, у некоторых гуманоидов в подкожном жировом слое подбородка расположены нервные окончания, которые передадут сигнал в головной мозг, и…

– Ну и что дальше? – просипел Баттрабим. – Денег у меня все равно нет.

– Почему-то я так и думал, – сказал Чоча, тяжело дыша. – Если я сейчас отпущу тебя, ты не начнешь брыкаться опять?

– Не начну.

Чоча медленно поднялся, глянул на нас Латой, затем на два неподвижных тела и предложил:

– Лучше вытащите их наружу и прикройте дверь. У нас сейчас тут будет серьезный разговор.

* * *

Мы закрыли дверь и подперли ручку стулом. Сложив руки на груди, Чоча встал над Баттрабимом, а хозяин трактира вновь сел за стол. Белок единственного глаза налился кровью, пухлые коричневые губы растопырились так, что из-под верхней показалась пара желтых клыков.