собственные письма. Это прекрасно выразил Марк Твен: читая известный очерк У. Теккерея о Свифте [
Перелом в отношениях наступает примерно в 1721 г. после смерти сестры Ванессы. Это чувствуется по изменившемуся тону писем и Свифта и Ванессы. Молькин умерла 24 лет от роду. Свифт при ее погребении не присутствовал, он выразил надежду, что друзья Ванессы не оставят ее в беде. Теперь Ванесса осталась в полном одиночестве, и это, по-видимому, окончательно ее сломило. В ее письмах уже нет ни прежней энергии, ни взрывов негодования, ни признаний, а только печаль, покорность своей участи и просьбы быть с ней поласковей. Да и тон Свифта заметно стал иным: он еще по инерции вновь и вновь предлагает ей почаще вспоминать эпизоды прошлого (хотя это все менее действовало), свидетельствует свое уважение, советует беречь здоровье, но чувствуется, что он теперь внутренне спокойнее, боязнь возможных осложнений и неприятностей миновала, и он благодушно поучает Ванессу, что богатство составляет девять десятых всего хорошего, что есть в жизни, и насколько приятно жить в довольстве и внушать людям почтение; и еще он советует ей при первой же возможности покинуть этот гнусный остров — Ирландию. К сожалению, нам неизвестно, как гордая Ванесса воспринимала эти поучения, несколько необычные в устах ее обожаемого наставника. Дело шло к развязке.
В апреле 1723 г. Ванесса неожиданно узнала, что Свифт будто бы женат на м-иссис Эстер Джонсон, — так пишет Дин Свифт. Согласно одним свидетельствам, она будто бы написала письмо Свифту, спрашивая его, правда ли это, а согласно другим (в биографическом очерке Томаса Шеридана, предпосланном изданию сочинений в 1784 г., I, р. 330) — Стелле, которая показала письмо Свифту и тотчас вместе с Дингли покинула Дублин, уехав к Форду в Вуд-Парк, где она оставалась до октября 1723 г., то есть почти полгода. Свифт будто бы в состоянии крайней ярости помчался в Селлбридж, вбежал в комнату Ванессы, пригвоздил ее к месту одним из своих устрашающих взглядов, от которых она теряла дар речи, швырнул ей письмо и, не произнеся ни единого слова, вскочил на коня и уехал. Такова версия Оррери (Op. cit., p. 78). Поскольку все это происходило без очевидцев, то за достоверность приведенных драматических деталей поручиться, конечно же, нельзя. Мысль, что любимый ею человек так долго ее обманывал, сразила Ванессу, и через два месяца она умерла. Перед этим она будто бы переделала свое завещание (в первом она, согласно той же версии, завещала все Свифту) и отказала почти все свое имущество совершенно ей незнакомому Джорджу Беркли, будущему епископу и уже тогда известному философу, и почти незнакомому Роберту Маршаллу, только что окончившему юридический факультет. В новом завещании имя Свифта даже не упоминается, и это истолковывается одними как желание Ванессы уберечь его имя от кривотолков, а другими — как свидетельство ее негодования и желания вычеркнуть его из списка тех, кто был ей дорог. Согласно свидетельству Дилени (р. 122), она поручила своим душеприказчикам напечатать всю свою переписку со Свифтом, а также поэму «Каденус и Ванесса», то ли с целью обелить свое имя и показать, что ее притязания на близкие отношения с ним не были фантазией, то ли это диктовалось желанием мести. Однако последнее едва ли согласуется с характером и обликом Ванессы — мягкой, уступчивой и словно обреченной на страдальческую роль. Она была похоронена в церкви Сент-Эндрю, рядом с отцом и Молькин. В 1860 г. церковь сгорела, и могила Ванессы не сохранилась. Ванесса скончалась 2 июня 1723 г. В полночь того же дня Свифт написал Найтли Четвуду, что вынужден уехать из города скорее, чем предполагал (он действительно собирался уехать в длительное путешествие по южным районам Ирландии) и на следующий день, накануне погребения Ванессы, покинул Дублин.
Несколько недель спустя, 27 июля епископ Митский доктор Эванс писал архиепископу Кентерберийскому доктору Уэйку следующее: «Считаю для себя необходимым поставить вашу милость в известность по поводу одного недавно имевшего здесь место события, к которому, как говорят, Дж. Свифт имеет весьма близкое касательство. Молодая женщина мисс Ваномри (тщеславная и остроумная особа с претензиями) и декан состояли в большой дружбе и часто обменивались письмами (содержание коих мне неизвестно). Говорят, будто он обещал жениться на ней, чего я, однако, не берусь утверждать… В апреле месяце она узнала, что Д. [декан. —
Свифт уехал из Дублина, не оставя никому из служителей собора св. Патрика или друзей своего адреса, и только в августе он написал Шеридану: «В Дублине ли сейчас обе дамы? Если бы я знал об этом, я бы написал им. Здоровы ли они?» (
Кроме того, у Свифта было еще одно занимавшее его дело — он завершал работу над «Путешествиями Гулливера». В 1726 г. книга была закончена, и в начале марта он повез рукопись в Лондон. Но это была не единственная цель поездки. Ведь он не был в Англии 12 лет. Он хотел повидать друзей, приглядеться к тамошней обстановке. Не исключено, что теперь, после эпопеи с монетой Вуда (так звали дельца, которому