лениво подошел к открытому окну, из которого на него смотрела Екатерина.
– Ты зачем приехал? – строго спросила она.
– Арсен спросить велел, – пережевывая жевательную резинку, проговорил он, – кто Горбуна завалил.
– Поезжай за нами, – немного подумав, ответила Екатерина и приказала водителю:
– Поехали. Комод бегом вернулся к джипу.
– За ними, – бросил он водителю.
– Когда меня выпишут? – тихо спросила Розова.
– Немедленно, как только вы будете здоровы, – с доброй улыбкой пообещал Валерий Антонович.
– И скоро я стану здоровой? – нервно поинтересовалась Татьяна.
– Это зависит не только от меня, но и от вас тоже. Так что… – Он взял у медсестры градусник. Покачав головой, вышел.
– Как мои дела? – стараясь выглядеть спокойно, спросила Татьяна медсестру.
– Все хорошо, – по-казенному вежливо улыбнулась та и сразу вышла.
– Хорошо. – Оставшись одна, Розова всхлипнула. – Нога как будто не моя.
Голова порой просто раскалывается. И все же я должна выйти отсюда. И тогда… – Ее лицо исказила злая усмешка. Закрыв глаза, чуть пошевелив пальцами, попыталась сжать их. – Я смогу выйти здоровой, – как бы давая клятву, прошептала она. – И отомщу.
– Губа! – воскликнул сидевший на кровати Иннокентий. – Он хотел убить меня! Сказал, что дает последний шанс. Мол, Арсен хочет знать правду. Так что думай! – Он скривился и обхватил шею. – Что-то стреляет здесь, – промычал он.
– Когда был Губа? – спросила стоявшая у кровати Екатерина.
– Вчера утром, – испуганно заговорил Иннокентий, повернувшись к сестре.
– Арсен что-то понял. Он меня убьет. Если ты ничего не сделаешь, – угрожающе предупредил он ее, – я расскажу Арсену, что…
– Заткнись, – прервала его сестра. – Или умрешь раньше. Иннокентий вжался в угол между спинкой кровати и стеной.
– Приехал Комод, – оглянувшись на дверь, быстро сказала Екатерина. – Он, наверное, придет к тебе. Сейчас разговаривает с врачом. Говори про аварию.
Назови номер «КамАЗа». Пусть…
– А если Арсен найдет водителя и тот ему все расскажет?
– Вообще-то да, – кивнула она. – Значит, молчи. Придумай что-нибудь.
Скажи про «КамАЗ», но не говори, что запомнил номер.
– Арсен знает, что это я, – с придыханием прошептал Иннокентий. – И наверное, понимает, что из-за тебя, – торопливо добавил он. – Я тебя люблю, Катька, но свою шкуру из-за тебя…
– Заткнись! – гневно бросила Екатерина.
– Ты на меня не ори, – снова на всякий случай отодвинувшись в угол, сказал Иннокентий. И тут, вспомнив, спросил:
– Базар идет – Горбуна убили. Кто его?
– Много из себя строить начал, – неожиданно для себя сказала она.
Вытаращив глаза, он замер. – Запомни, что я сказала про «КамАЗ». И более ни слова. О том, что с Розовой что-то произошло, ты узнал от меня. – Едва она закончила, дверь палаты открылась и вошел Комод. Он подмигнул Иннокентию:
– Как здоровье, бродяга?
– Более-менее, – жалко улыбнулся тот, – как в больнице.
– Раз шутишь, – усмехнулся Комод, – жить будешь. Как ты в аварию попал?
– сочувственно спросил он. – Я слышал, тебя «КамАЗ» с трассы сбросил. Номер, может, запомнил? Мы бы с него, козла, получили. Да… – повернулся он к Екатерине. – Арсен трохи приболел, – выполняя указание хозяина, сказал он. – Температурит, кашель. На рентген и к врачам не хочет. Ему вызывали кого-то на дом. Так он этого медика на хрен послал. Он просит узнать, почему не звонишь?
– Ты когда назад поедешь? – спросила Екатерина.
– Так тут Горбуна на свалке нашли, вот разберусь, что почем, а там видно будет. Может, Арсен велит шкуры с кого поснимать. – Он усмехнулся.
– У тебя от силы четверо парней, – возразила Екатерина, – так что свою береги.
– Но у тебя тоже люди есть.
– У меня двое. А насчет Горбуна я тебе кое-что скажу. Выводы сделаешь сам.
Иннокентий удивленно и испуганно посмотрел на нее, потом перевел взгляд на Комода.
– Ништяк, – по-блатному согласился Комод.
