из того, что ненавидит Эдуарда — и Изабеллу.

Она всегда узнавала стук короля и всякий раз спрашивала себя, с какой стати он стучит, если никогда не дожидается ответного «войдите». Он просто стучал и тут же входил, ежедневно предпринимая попытки добиться примирения, а она, хоть убей, не понимала, с чего это он вдруг пожелал признать их родство после стольких лет отказа от него.

— Вам нет нужды стучать, — с вызовом сказала она. — Поберегите костяшки пальцев.

Он большими шагами пересек комнату.

— Такой гнев, такое презрение не подобают принцессе, — сказал король, сделав ударение на последнем слове. Он обвел салон взглядом, остановил его на груде мятых нарядов в углу, подошел к ней и взял лежащий сверху бархатный плащ цвета слоновой кости. — Как и этот беспорядок. Почему мои подарки валяются на полу?

— Потому что окно забито и я не могу вышвырнуть их во двор.

— Неужели эти роскошные вещи не нравятся тебе, дочь? — мрачно спросил король.

— Вы мне не отец, — без колебаний ответила она.

В его глазах вспыхнул гнев. Кэт невольно отпрянула, но он внезапно шагнул вперед и схватил ее за руку. Подтащил родившуюся от его семени непокорную молодую женщину к зеркалу и заставил остановиться перед ним. Она закрыла глаза, но он с такой силой сжал ее руку, что она вскрикнула.

— Открой глаза и посмотри в зеркало, а не то я сожму еще сильнее. Или, даже лучше, вызову одного из тех крепких кельтов, которые сопровождают тебя туда и обратно. Может, он сумеет убедить тебя посмотреть. Или вот еще что — я пошлю их забрать твоего сына. — Король помолчал для пущего эффекта. — Добраться до мальчишки полностью в моей власти.

Она открыла глаза и посмотрела в зеркало, не встречаясь взглядом с отцом.

— Вот так-то лучше. — Он еще сильнее сжал ее руку. — Ты не можешь не заметить нашего сходства.

Он отпустил ее и оттолкнул от себя.

Она потерла руку, сдерживая слезы, чтобы он не видел ее слабости.

— Действительно, вы оставили на мне заметный знак.

Король схватил ее за волосы и притянул к себе. Кэт зажмурилась.

— Я дал тебе жизнь, — прошипел он ей в ухо. — Ты должна быть благодарна за этот дар.

— Можете отобрать у меня жизнь, когда пожелаете, — прошептала она в ответ. — Я не буду на вас в обиде. Напротив, это будет самый желанный дар, который вы в состоянии дать мне.

Король снова оттолкнул ее, еще сильнее, и она упала на пол.

— Не забывай, с кем говоришь!

Она приподнялась и посмотрела ему в глаза.

— Я говорю с человеком, который знать не хотел меня, когда я была невинным ребенком, а теперь, после стольких лет небрежения, возжелал признать своей. Ну, вы меня не получите. Отец придет за мной, не сомневайтесь.

Король громко расхохотался.

— Твой отец? Паршивый еврей, трус, который уже семь лет не дает о себе знать! Он украл твоего сына — моего внука! — а ты все еще говоришь о нем так, точно он сам Спаситель! Ты впадаешь в иллюзию, дочь. Он не придет. А если у него хватит глупости попытаться, тут же окажется в тюрьме.

Голос Кэт задрожал; она не сумела скрыть этого от короля.

— Он придет.

— Такое впечатление, будто ты стараешься убедить сама себя.

Она повторила еле слышно:

— Он придет.

Король топнул ногой и повернулся к выходу.

— Тогда пусть лучше поторопится.

Он вышел и с громким стуком захлопнул за собой дверь.

* * *

Наконец де Шальяк и его протеже остались одни.

— Я послал за вами, потому что есть две новости. Во-первых, король написал Папе, прося у него одобрения брака Изабеллы.

Последовала пауза.

— Я помолюсь за ее жениха, — откликнулся в конце концов Алехандро, с нотками горечи в голосе. — Этому человеку очень скоро понадобится милосердие Божье.

— Без сомнения. Но возможно, ваша молитва нужнее Изабелле.

— За ее счастье я не стану молиться никакому богу.

— Она выходит замуж за де Куси.

Алехандро вскочил.

— Не может быть!

Перед его внутренним взором возникли длинные ряды тяжело раненных солдат злополучной Жакерии; он вспомнил ту жестокость, с какой де Куси — под руководством Наварры — подавил это восстание. В те времена барону было всего восемнадцать, и, однако, он действовал с безжалостностью зрелого, яростного воина. К тому времени, когда ужасное побоище закончилось, Алехандро и Кэт насквозь пропитались кровью павших товарищей ее мужа, Гильома Каля, которому, не исключено, отрубил голову сам де Куси. На исходе того дня раненый Наварра и барон явились к ним за помощью, а потом попытались силой увести Кэт с собой, но она решительно и быстро приставила нож к паху де Куси и тем самым спасла себе жизнь.

Потом Алехандро вообразил этого монстра рядом с подлой, постоянно плетущей интриги Изабеллой. Какая подходящая пара — два демона во тьме!

«На свадьбе им вполне подошло бы танцевать в раскаленных железных башмаках, а брачную ночь провести на угольях».

— Бог такого не допустит!

Де Шальяк положил руку на плечо Алехандро и мягко надавил, понуждая его сесть.

— Пожалуйста, коллега, если будете так волноваться, у вас может случиться удар, а вы мне еще нужны. Сядьте и успокойтесь. Нам многое нужно обсудить.

Француз налил себе бокал коньяка.

— Хотите для поддержания здоровья? — Не дожидаясь ответа, он наполнил второй бокал. — Его святейшество, естественно, одобрит этот союз, поскольку семья де Куси всегда поддерживала его. Кстати, для них обоих это прекрасный брак. В самом деле прекрасный. Де Куси, конечно, рассчитывали улучшить свое положение с помощью брака сына, но на королевскую семью их аппетиты не распространялись — дочь короля, английского короля… нет, на это они и не надеялись. Но, как нам с вами известно, она злобная мегера, достойная брака лишь с самим Сатаной, и Эдуард сделает все, чтобы этот брак состоялся. — Де Шальяк помолчал. — Ходят слухи, что, как это ни невероятно, у них в некотором роде любовь, несмотря на разницу в возрасте.

Алехандро откинулся в кресле и представил себе Изабеллу, какой она, наверно, стала теперь, — женщина тридцати трех или тридцати четырех лет, чья тонкая красота, конечно, уже начала тяжелеть. И четыре неудачные попытки выйти замуж позади… она наверняка на грани отчаяния. Де Куси же всего двадцать шесть, он в расцвете своей возмужалости, смуглый, жесткий, мускулистый, — прекрасный воин.

— Любовь? Между такими людьми? Это почти неприлично. И любовь в соглашениях такого рода не играет никакой роли; по крайней мере, так вы прежде утверждали. А теперь будьте добры, объясните, что за нужда была вытаскивать меня с мальчиком из гетто. Пусть Изабелла и ее мерзкий жених проводят медовый месяц хоть в аду. Меня беспокоит только собственная дочь.

Де Шальяк хотел напомнить другу, что на самом деле Кэт не его дочь, но счел момент неподходящим.

— Тут-то и кроется подлинная причина моего вызова. Король хочет признать Кэт, чтобы иметь возможность выдать замуж и ее тоже. С этой просьбой он обратился к Папе.

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату
×