девушка. — Такой человек, как вы, будет для него как нельзя более ценен.

— Был бы счастлив, принцесса, — но мое сражение пока не здесь. Уверившись, что с Людовиком XVII все в порядке, я возвращусь во Францию и продолжу борьбу с Республикой, собирая под знамена всех, кто хочет возродить монархию. Когда станет возможным, я сам обращусь к господину принцу с просьбой лично доставить короля в Париж!

Через некоторое время, отобедав в трактире, Батц пустился в путь, направляясь к швейцарской границе, только на этот раз в Базеле он не остановился. Барон поехал прямо в Понтарлье, через Солер и Невшатель, где собирался переночевать у своего друга часовщика Натея, на чье имя он купил замок в Шадье. Батц предполагал, что застанет там людей, верных королю. А оттуда через Бресс, Шаролэ и Бурбоннэ он доберется до Клермона в Оверни и до Отза, откуда до его замка рукой подать. Пора, пора было познакомиться с замком поближе. Пусть даже и в одиночестве, но провести зиму в уголке у очага, в своем собственном доме казалось барону истинным удовольствием, которое уже давно не было ему доступно. Но как бы ни было хорошо в Шадье, никогда не забудет он Шаронну, маленький рай, принадлежавший Мари, которого он вот уже год как лишился…

Часть II

Горести одной принцессы. 1795 год

Глава 6

ТАЙНА ГИЛЬДО

Капитан Кренн проснулся в прескверном настроении. Если вообще можно было назвать это пробуждением. На самом деле он совсем не спал и если все же лег в кровать в одиннадцать вечера, то только для того, чтобы прекратились бесконечные появления хозяйки, беспокоившейся, отчего он все ходит у нее над головой. Любезная вдова судостроителя с недавних пор тревожилась из-за некоторого охлаждения, наступившего в отношениях с бравым жандармом, рядом с которым и сейчас еще она переживала счастливые деньки.

Она обеспокоилась бы еще больше, доведись ей узнать, что именно со вчерашнего вечера занимало ум мужчины, который, как она хотела надеяться, станет ее вторым мужем. В действительности вечером суматошного дня капитан, зайдя в жандармерию, получил отчет своих людей, в котором, за исключением поимки похитителя кур возле больницы, не содержалось решительно ничего, заслуживающего внимания. Разве что отмечался некий случай, больше похожий на светскую сплетню, чем на происшествие в ведомстве службы охраны порядка: рано поутру гражданин Фужерей был замечен в экипаже вместе с молодой гражданкой Лодрен направлявшимся к парому Орийуа, на котором они переправились на другую сторону реки…

Недолго думая, Кренн схватил двурогий шлем, оседлал коня и поскакал в Сен-Мало, где около семи часов зашел в контору, где гражданка Сент-Альферин с грустью взирала на смету ремонтных работ «Мадемуазель», пытаясь выкроить средства, учитывая нынешнее положение денежных дел компании. Что свидетельствовало о том, что если жандарм был не в себе, то и Лали не лучше. Кренн, находясь во власти своих мыслей, не обратил внимания на ее состояние.

— Я хотел бы видеть гра… мадам де Лодрен! — с порога завопил он, сдернув все-таки для приличия свой головной убор. — Может она меня принять?

— Нет, — отвечала Лали, не отрываясь от бухгалтерских книг и даже не подняв головы.

— Но почему же, позвольте спросить?

— Ее нет…

— Нет? Тогда извольте ответить, где она! Приказной тон жандарма заставил Лали поднять

глаза:

— О! Капитан Кренн! Я не узнала вас по голосу, мне тут нужно было закончить сложное… нелегкое… Прошу меня извинить. Так что вы говорили?

— Я хотел видеть мадам Лауру.

— Я, кажется, так и поняла и, помнится, ответила вам, что ее нет. А вы тогда сказали…

— Что хочу знать, где она!

— А с какой стати о передвижениях моей кузины (в Бретани, где все поголовно чьи-то кузины и кузены, люди бы не поняли, что женщины никем не приходятся друг другу, поэтому они остались, как принято и в Нанте, «кузинами») я должна давать вам отчет?

Серые глаза графини буравили Кренна поверх нацепленных на нос очков, но он решил не робеть, даже зная, что эта знатная дама владела даром сбивать его с толку. Так что ответил, не сбавляя тона:

— Отчета мне не надо, но безопасность ее меня волнует. Мне стало известно, что вчера утром мадам Лаура уехала в экипаже с этим старым шуаном Фужереем. И что они переправились через Ранс. Так я хотел бы знать, вернулась ли она.

— Это не предполагалось, — строго сказала Лали, вновь погружаясь в свои расчеты.

— А что предполагалось?

— Поездка на два-три дня… да что, в конце концов, такое, вы меня вывели из себя, «гражданин» капитан! — рассердилась она, отшвырнув перо, которое в знак протеста растеклось огромной кляксой. — Еще раз вас спрашиваю: какое вам до этого дело? Разве у нас уже не… Республика?

— Мое дело — это ее безопасность, как и безопасность каждого жителя…

— Сен-Сервана! А не Сен-Мало!

Кренн понял, что так он ничего не добьется. Отбросив двурогий шлем на одну из папок, он со вздохом отчаяния плюхнулся на стул:

— Я мог бы ответить вам, что Лодренэ все еще находится в Порт-Солидоре, но у меня нет желания препираться дальше. Скажем, я беспокоюсь… из дружеских чувств. Гонять по дорогам с этим старым бандитом… не совсем безопасно. Так прошу вас, мадам, скажите мне, где она?

— Ладно, скажу. В конце концов, все это не имеет большого значения, а я не давала обет молчания: они поехали в Гильдо. По словам господина Фужерея, там могло находиться украденное… как раз из Лодренэ.

Кренн так и подпрыгнул:

— В Гильдо! Туда, где кишат контрабандисты и куда стекаются разбойники всех мастей с мыса Фрейель до самого леса Юноде! Безумие!

Его страшное волнение в конце концов поколебало хладнокровие Лали, и она зло бросила:

— Если вам все это известно, так почему вы, по вашему выражению, не очистите этот район?

— Да потому, что он по ту сторону Ранса! Он не в моем ведении, а в ведении жандармов Планкоэ и даже Ламбаля, они и должны были бы наводить порядок, но, признаю, там работать непросто… Взяли ли они с собой, по крайней мере, человека с крюком вместо руки?

Ответил ему сам Жуан, вошедший в комнату в этот самый момент.

— Нет. Меня не пожелали взять, — сердито заметил он. — Этот человек и мадам де Лодрен намеревались прикинуться дядей и племянницей и поехать сначала в Планкоэ, а потом в долину Аргенона, якобы навестить родственников, оставшихся в живых после революции. Фужерей не захотел меня брать, и мне запретили их сопровождать!

Кренн окинул опытным глазом шесть футов сплошных мышц эконома, его словно выточенное из камня лицо, сердитые глаза под густыми каштановыми бровями, чей стальной блеск напоминал о страшном железном крюке, заменявшем ему левую руку.

— Друг, ты мне нужен, я тебя забираю! У тебя есть лошадь? Тогда встретимся на заре у переправы…

Вы читаете Графиня тьмы
Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

2

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату
×