Как видишь — мы даром времени не теряем.
Как здоровье?
Напиши про всё подробно. Как с деньгами?!
Обнимаю, целую люблю ужасно крепко

О. М. Брику в Москву (Ленинград, 15 июня 1936)
Любименький сладенький Кэс, Арагоны вчера вечером уехали. Они всё такие же — миллион терзаний, подозрений, интриг. Я рада была, что они приехали, но еще больше, что уехали. Привезли тебе галстук, а Жене беленькую блузку, Виталию чернила, а мне две шляпы и перья. Рассказывали интересные вещи про французские дела. Арагон кончил толстенный роман, Эльза будет его переводить.
Виталий уезжает в 8 ч. утра и возвращается в 12 ч. ночи. Он ужасно переутомлен.
Я написала тебе длинное письмо — неужели не получил?!
Спасибо за открыточки и миленькие письмишки — напиши, пожалуйста, еще. И Жене спасибо за открыточку. Я очень рада, что вы хорошо отдыхаете и ужасно обидно. Что дожди.
Здесь очень жарко. Я немножко похудела.
Без тебя очень скучаю.
На днях хочу съездить в Москву — посмотреть стенку, проверить ремонт, съездить на Таганку.
Вышел 8-й том.
Поцелуй Женю. Я тебя нежно обнимаю и целую.

О. М. Брику в Москву (Ленинград, 17 июня 1936)
Кислит-Пислит!
Ужасно по тебе соскучилась! Твоя 10-рублевая облигация выиграла 25 р. Посылаю Ардовскую смешноватую книжонку.
Сегодня приехал Лева. Ездили с ним и с Виталием смотреть прыжок на мотоциклетке. Потом стреляли: Виталий сдал зачет на ворошиловского стрелка, а я не сумела! Очень обидно! Это оттого, что мартышка к старости слаба глазами стала.
Сейчас 2 часа, а в 6 ч. мы поедем до послезавтра на дачу. Вечером к нам приедет Толстой советоваться с Витей насчет своей книги о Царицыне.
Сегодня очень прохладно и дождичек. Интересно какая у вас погода.
Поцелуй Женю. Пишите мне!!!
Обнимаю, целую, ужасно люблю.

О. М. Брику в Москву (Ленинград, 21 июня 1936)
Родненький мой любименький Кэсит, ты мне совсем перестал писать! Это очень неспокойно и обидно!
Под выходной день у нас на даче[152] был Толстой с новой женой и секретаршей. Все очень противные. Виталий ему массу понарассказывал. Толстой остался очень доволен. Девятнадцатого, как сознательные граждане, в 7 ч. утра (!) смотрели солнечное затмение. Это совсем не интересно и очень хотелось спать.
Слушала по радио похороны Горького, но в самый патетический момент (передавал Третьяков) радио испортилось — так я его и не дохоронила!
Завтра еду на несколько дней в Москву.
Не знаю, дождусь ли вас там, — надо 1-го отвезти маму в Сестрорецкий санаторий. Путевка уже есть, и она обидится, если меня не будет в Ленинграде.
Виталий уехал вчера на две недели.
Лева живет у нас.
Здесь скучно, а в Москве есть делишки.
Как отдыхаете? С кем водитесь? Какая погода? Как нервочки? Ужасно хочется, чтобы ты как следует отдохнул. Я чего-то тоже очень устала и не дождусь, когда мы вместе поживем в Тарховке.
Здесь очень жарко. Сейчас в тени 30°. Целую Женю.
Тебя целую в лысинку и в мордочку 100000 раз.

В. А. Катаняну в Москву (Ленинград, 1 августа 1936)
Васенька, править корректуру в таком виде как Вы нам ее прислали — немыслимо:
1) Том еще не правлен Гихловским корректором.
2) Не хватает страниц.
3) Абсолютно перепутано оглавление.