прорывает. Точнее, он находит в себе сил проскрипеть:
—Дьявольщина!
Еще минута проходит в молчании. Мирбах переводит взгляд с Келли на меня, с меня — на Анатолия, с Анатолия — снова на Келли. Он лихорадочно соображает, как вести себя во вновь сложившихся обстоятельствах. Но пока ничего путного в его голову не приходит. Тем не менее он уже несколько овладел собой и спрашивает меня относительно спокойным тоном:
—Ну, Андрей, кто это сделал? И зачем?
—Представления не имею, — я невинно пожимаю плечами. — Ты же видел, мы с Толей всё время были здесь. В других помещениях телецентра — только караульные дауны.
—Тогда кто это сделал? Дауны?
—А что? Возможно! Караульная служба — дело скучное. Вот они и развлекались, щелкая тумблерами и нажимая клавиши.
—Гм… возможно…
Мирбах задумывается и готов принять эту версию. Но Келли далеко не так прост. Его на кривой козе не объедешь.
—Не говорите ерунды, господин Андрей! Дауны, согласен, могли случайно включить трансляцию на город. Но совершенно невероятно, чтобы они включили её именно в тот момент, когда мы начали разговор, и выключили именно тогда, когда мы его завершили! Этого ваша версия объяснить не в состоянии. Кто, кроме вас и даунов, находится в телецентре? Не пытайтесь убедить меня, что никого больше там нет!
Я хлопаю себя по лбу ладонью и, словно поразившись проницательности Келли, говорю:
—Верно, господин президент! Как я это забыл? Дежурный персонал ночной смены! Я запер его в одном из помещений под охраной даунов.
—Что это за помещение? Можно оттуда проконтролировать каналы связи и включить
