Это не воин. Он просто вошел в азарт, и этот азарт толкает его сейчас на глупейшее решение. Мы с Серёгой Николаевым не пытались атаковать Кребса с его напарником в балке. Мы ловили их на выходе из неё. А ведь мы были не чета этому карателю. Откуда у него здесь возьмётся опыт воздушных боёв?
Истребитель приближается на пистолетный выстрел и на вираже, повторяя мои маневры, открывает огонь. Пушечные трассы гаснут в левом холме, а я очередным разворотом ухожу вправо вдоль пади. Сзади гремит взрыв. Мне не надо оборачиваться, чтобы увидеть, что там такое случилось. Всё понятно и так. На выходе из пике истребитель зацепился за вершину холма. Царствие ему небесное! Отлетался каратель.
Набираю высоту и ложусь на прежний курс. Пилотская кабина быстро заполняется друзьями. Они хлопают меня по плечам, обнимают, всячески выражают свои восторги.
— Он — хроноагент экстра-класса, — объясняет Лена. — А в миру он — лётчик-истребитель. И не просто истребитель, а ас.
— Причем Ас с большой буквы, — добавляет Анатолий.
— Хватит восторгаться, — ворчу я. — Не мешайте работать. Толя, давай курс. Мы, пока с этим карателем крутились, капитально ушли в сторону.
Анатолий выводит меня на курс и докладывает:
— До зоны перехода — девяносто километров.
Ого! Это полчаса полёта. Отвлекаться больше нельзя. Надо высматривать место для посадки.
— Смотрите все как следует. Найдёте место для посадки — скажете. Возможно, придётся возвращаться. И за воздухом посматривайте.
Веду машину на восьмистах метрах. Внизу всё то же: холмы
