Обитель. А на другом берегу реки — штриховки, непонятные значки, какие-то еще менее понятные надписи.
— Девяносто старов, — задумчиво говорит отец Сандро и показывает на карте какое-то место. — Это где-то здесь.
Он качает головой, наливает себе пива, садится на скамью и сосредоточенно разглядывает трещину на потолке.
— Нет, — говорит он наконец и резко качает головой, — вы туда не дойдёте. Пусть вы и не простые люди, но вы там пройти не сможете. Вы просто погибнете, и получится так, что это я послал вас на смерть. Вам-то это будет уже безразлично, а мне нет.
— Отец Сандро, — пытаюсь я возразить, — почему вы считаете, что мы там должны обязательно погибнуть? Ведь кто-то бывал там и вернулся, чтобы нарисовать эту карту.
— Вы говорите о плане? Его нарисовали гуляки. Только они и могут ходить по Проклятым Местам.
— Гуляки? Тогда познакомьте нас с ними. Мы договоримся с кем-нибудь из них, чтобы он провёл нас в нужное место.
— С кем-нибудь? Нет, брат Андрей, кто-нибудь вам не подойдёт. Гуляки ходят по Проклятым Местам всегда в одиночку. И прежде, чем отправиться в путь, они три дня и три ночи молятся Триединому. Не каждый решится вести с собой в Проклятые Места других людей. Для этого мало быть гулякой. Надо быть весёлым гулякой. Да и не каждый весёлый гуляка решится пойти в то место, какое вам нужно. А уж вести туда кого-то… — отец Сандро безнадёжно машет рукой. — На это способен только один гуляка. Самый весёлый из всех весёлых гуляк. Лем. Да и то он крепко подумает.
— И как нам найти этого Лема? Вы поможете нам, отец Сандро?
— Его
