своих товарищей. Но с обеих сторон впереди вновь что-то накатывается. Теперь я стреляю уже не на удачу, не в ярости, а осознанно. Разбиты еще два излучателя. Опять по мозгам бьёт волна инфразвука, и вновь впереди дорога чиста. «А, мать твою!» — сказали русские рабочие.
Неужели всё так просто? Время моё! Вот тебе и диссертация на тему «С автоматом Калашникова — против пространственно-временного континуума»! Мага за это вряд ли дадут, но на Магистра потянет.
Я бегу вперёд и слежу за излучателями. Лишь только какой-нибудь из них начинает шевелиться, я тут же разбиваю его и бегу дальше. На волны инфразвука уже не обращаю внимания. Только сплёвываю, когда тошнота подступает. Не могу сказать, сколько я разбил излучателей, но до Петра с Сергеем и Наташей добежал благополучно. Больше меня ни смена спектра, ни интересные ландшафты не донимали.
Первым делом возвращаюсь в нормальный ритм времени. Меня никто не замечает. Все смотрят в проход, где, по их представлению, я еще должен находиться. Наверное, никто, кроме Лены, не чает и видеть меня живым. Во всяком случае Наташа резко вздрагивает и даже взвизгивает: «Андрей!», когда я беру её за руку.
—Ты как, нормализовалась? Тогда берись за лазер и круши эти излучатели. Толя! Лазером по излучателям! Огонь! Сносите их все к драной матери! Чтобы ни одного не осталось!
—Я же предлагал их бластерами! — кричит в ответ Анатолий. — Ты сам сказал — нельзя!
—Бластерами и сейчас нельзя. А лазерами — самое то. Я их из автомата гасил, потому только и прошел.
Достаю фляжку с коньяком,
