она останавливается, но не за тем, чтобы передохнуть, а для того, чтобы выбрать более надёжный путь.
Анатолий уже привёл сюда Петра с Сергеем, оставив Наташу с лазером прикрывать нас с тыла. Они молча, затаив дыхание, смотрят, как Лена медленно одолевает метр за метром, неуклонно приближаясь к вершине утёса. Ни разу у моей подруги не соскользнули с опоры ни руки, ни ноги. Она уверенно поднимается всё выше и выше. Нас, конечно, учили и этому делу. Но что значат учеба и тренировки без постоянной практики? А у Лены этой практики в мирской жизни было, видимо, достаточно. Но всё равно смотреть на неё сейчас, прямо скажем, жутковато. Даже через бинокль в щитке шлема не видно, за что же она там цепляется. Впечатление такое, словно она лезет вверх по гладкой стене. И впечатление, должен сказать, не из приятных.
Но всё когда-нибудь кончается. У нас вырывается дружный вздох облегчения, когда Лена, одолев последние метры, усаживается на вершине утёса. Она бросает взгляд на пройденный путь и только головой качает. Первым делом она закрепляет на вершине верёвку и сбрасывает конец нам под ноги. Потом внимательно осматривается. Я обращаю внимание, что она надолго задерживает взгляд на правом секторе. Осмотревшись, Лена берет бластер на изготовку и поднимает левую руку.
—Толя, — командую я, — делай переход.
Пока Анатолий готовит переход, Сергей бежит за Наташей, и вскоре они присоединяются к нам. Увидев Лену на вершине утёса, Наташа только испуганно ойкает, но Анатолий не даёт ей увлечься.
—До открытия перехода осталось пять
