Фелисити была тронута, но испытала чувство неловкости из-за того, что обманула графиню. Только так она могла отделаться от Сары и леди Брумли, когда они застали ее за написанием злобной колонки.
Но все ее усилия оказались напрасными. Фелисити должна была бы знать, что добрая графиня не оставит незамеченными ее слезы, и когда в порыве злости Фелисити сказала, что Йен позволил себе больше, чем поцелуй, Сара интерпретировала ее слова по-своему и возмутилась.
И все же Фелисити не ожидала, что Сара предложит Йену покинуть ее дом. Очевидно, недооценила ее горячее стремление защищать всех незамужних женщин. После нескольких обсуждений реформ и коммуны, которую Уортинги создали на удаленном острове, Фелисити лучше узнала эту женщину и теперь понимала, как Сара должна была отнестись к заявлению Фелисити. Это усугубило ее вину. И усилило нежелание признаться.
Ладно, по крайней мере она может поддержать рассказ графини.
— У меня болела голова. Но я поспала, и боль прошла. Тогда я спустилась вниз в поисках какой-нибудь книги и набрела на эту очаровательную комнату.
Эмили посмотрела на холодный камин, который слуги собирались разжечь, и сказала:
— Вам не следовало сидеть здесь в холоде. Вы могли подхватить простуду.
Фелисити вспомнила, что Эмили имеет склонность к медицине, и промямлила:
— Не хотелось беспокоить слуг. К тому же я не подвержена простуде.
— Все равно, — заявила Сара, — мы не станем нарушать ваше уединение. Мы поймем, если вы удалитесь со своей книгой…
— Удалиться? — прервал ее Йен. — Мы наконец составили ей компанию, а ты отправляешь ее в постель? Это негостеприимно, Сара. — Он проигнорировал ее укоризненный взгляд. — К тому же я уверен, что твоя гостья не возражает против того, чтобы провести с нами несколько минут. Правда, мисс Тейлор?
С бьющимся сердцем Фелисити посмотрела в его дьявольские глаза и увидела вызов. Он хотел, чтобы она осталась, а значит, ей следовало бежать без оглядки, быстрее, чем заяц от волка. Если она останется, он на нее набросится.
Но если убежит, он все равно найдет способ ее уязвить. Здесь хоть Сара за нее вступится.
— Я с удовольствием останусь, лорд Сен-Клер, тем более что головная боль прошла. К тому же моя книга у вас.
— Ах да, ваша книга. — Он прочел название: — «Удольфские тайны», Анна Радклиф. Роман. Как интересно! — Он холодно улыбнулся. — Вы любите вымыслы? Что ж, неудивительно.
Фелисити скрестила руки на груди.
— Да, я люблю беллетристику. Что еще читать, когда болит голова? Статьи по науке и бизнесу?
Йен пожал плечами.
— В них по крайней мере правда и факты. А романы — чье-то сочинение. Кому и как может помочь чтение вымыслов?
Этого человека ничем не смягчишь. Фелисити отобрала у него книгу.
— Вымыслы и есть правда, что бы вы ни говорили. Как вы думаете, откуда писатели берут свои сюжеты? Из жизни, а не из научных размышлений о том, какой бы могла быть жизнь. Романы лучше готовят нас к жизни, чем древняя история. Я поощряю братьев читать романы при каждой возможности. Они подчас дают более правдивое отражение общества, чем факты, почерпнутые из других книг.
— Или из газет? — спросил он, вскинув бровь. В его взгляде она прочла угрозу и сразу сникла. Куда девался ее пыл?
Он повернулся к карточному столу, за который сели Джордан с женой.
— Кстати, о газетах. Джордан, я привез последний номер. Хотел показать тебе интересную статью.
У Фелисити подогнулись ноги. Ее колонка. Но зачем он хочет показать ее друзьям? К счастью, Эмили сказала:
— Мы, кажется, собирались поиграть в карты, затем и пришли сюда, не так ли?
Это наверняка предложил Йен… Сердце Фелисити готово было выпрыгнуть из груди, когда она смотрела, как слуги зажигают свечи и создают уют. Приход гостей в игорную комнату не был случайностью, этот дьявол спланировал «случайность». За обедом мог узнать от слуг, где она. Значит, будет новая битва. А она не готова.
— Ну как, Йен? — повторила Эмили. — Мне так хочется поиграть в вист. Редко представляется такая возможность.
Джордан засмеялся:
— Деревенская жительница жаждет развлечений. Сколько ни дай, все мало.
Эмили сердито возразила:
— Сам знаешь, причина не только в этом. В деревне не наберешь нужное количество партнеров, потому что Гидеон не любит карты.
— Дурацкая игра, — буркнул Гидеон; он сидел в высоком кресле, протянув ладони к огню.
— К сожалению, Эмили, сейчас у нас слишком много партнеров для виста, — сказал Йен. — Нельзя же оставить мисс Тейлор вне игры.
— О, об этом не беспокойтесь, — торопливо сказала Фелисити. — Я буду читать. Вас четверо, вы и играйте.
— Это невозможно, — заметил Йен. — Мы будем шуметь, и у вас снова разболится голова.
Фелисити скрипнула зубами.
— Тогда мне лучше всего уйти.
— Нет, я не хочу брать на себя ответственность за удаление любого из нашей компании, тем более что завтра вы возвращаетесь в Лондон. К тому же вам будет интересно узнать, что написано в газете.
Веселый взгляд Йена встретился с мрачным взглядом Фелисити. Ей хотелось его задушить. Что он задумал, черт побери?
Никто не возразил, когда Йен послал слугу за газетами, даже Эмили. Она великодушно согласилась с тем, что несправедливо исключать из игры мисс Тейлор.
— Теперь все мы можем присоединиться к вам, мисс Тейлор. Дамам я привез «В хранилищах Акермана». — Взгляд, который он на нее бросил, был коварным, как угольная пыль в дымоходе. — А Джордану — «Газетт», он поклонник лорда Икс.
Фелисити судорожно сглотнула. В этом нет смысла. Зачем понадобилось Йену показывать друзьям то, что она о нем написала? Разве что он собирается ее разоблачить?
— Лорд Икс — это тот человек, который пишет всякие сплетни? — Она с беспечным видом прошлась по комнате и уселась на шелковую кушетку. — Лорд Сен-Клер, не могу поверить, вы критикуете мое пристрастие к выдумкам, а сами читаете разносчика сплетен лорда Икс?
— Йен его не читает; он ненавидит этого типа, — сказал Джордан. — Но я, признаться, им восхищаюсь. Его едкие комментарии — вызов лицемерам в среде аристократов. Лорд Икс остроумен, хотя походя сунул нос в дела Йена.
Глаза Йена были прикованы к Фелисити.
— Да, он остроумен. За чужой счет.
У нее в животе закрутилась маслобойка. Почему этот дьявол тянет? Если он хочет ее разоблачить…
— Неправда, — вдруг сказала Эмили. — В его остроумии присутствует рассудительность. Он высмеивает напыщенность, жестокость и тугоумие. На прошлой неделе он вступился за девушку, которой алчные родители запретили выйти замуж за возлюбленного, и они сбежали.
Неожиданная поддержка графини воодушевила Фелисити.
Но Джордан укорительно посмотрел на жену.
— Дорогая, тебе не следовало упоминать о побегах любовников в присутствии Йена. Ему это неприятно.
Эмили покраснела.
— О Боже, совсем забыла…
В это время принесли газеты, избавив леди Блэкмор от дальнейших оправданий. Йен хмуро полистал