У Кристины это имя вызывало такой же восторг, что и «тарте тартин».
— И сколько ему лет?
Кристина слегка сникла:
— Тридцать четыре. У нас с ним разница только в четыре года.
— А мне кажется, в пять лет.
Не стоило так говорить, но Кристине действительно меньше чем через месяц исполнялось тридцать девять.
— Он хороший, судя по твоим рассказам, — подытожила Кармен, постаравшись сгладить свою бестактность.
Эта реплика сквозь зубы вызвала бурный приступ говорливости.
— Он очень хороший. На самом деле. — Уплетая вафли, мама продолжала болтать о том, какой он хороший, как он много раз приносил ей кофе и помогал исправить неполадки в компьютере.
Кармен налила себе стакан молока. Она не пила молоко с тринадцати лет. Ей хотелось поставить научный эксперимент: сколько времени мама будет говорить, если она сама не произнесет ни слова.
— Он всегда был таким милым и дружелюбным, но я и подумать не могла, что он меня куда-нибудь пригласит. Никогда!
Кристина несколько раз прошлась взад-вперед. Ее выходные туфли цокали по персиковому паркету.
— Знаю, служебный роман не лучший вариант, но все-таки мы работаем в разных отделах и на разных этажах.
Кристина махнула рукой, великодушно разрешив себе служебный роман еще до того, как успела его запретить.
— Вчера, когда ты собиралась на свидание, я почувствовала себя такой старой и одинокой, и еще вспомнила, что ты уедешь в будущем году. И вдруг — пожалуйста! Нет, правда! Я думаю, что мне его сам Бог послал.
Кармен еле сдержалась, чтобы не сказать, что у Бога есть заботы поважнее.
— Я, наверное, не должна строить радужные планы. А вдруг это ничем не кончится? Вдруг ему не нужны серьезные отношения? Вдруг он живет в другом мире?
Во-первых, Кармен ненавидела, когда ее мама произносила слово «мир», будто убежденный эзотерик. А во-вторых, с чего это вдруг ей понадобились серьезные отношения? У нее их не было уже лет семь.
Молчание не помогало. Даже когда Кармен пошла в туалет, мама продолжала болтать. Интересно, что будет, если она уйдет из квартиры?
В конце концов Кармен посмотрела на часы. Время всегда было против нее. Оказалось, что первый раз за всю совместную жизнь они с мамой не опаздывали в церковь.
— Нам пора, — сказала Кармен.
Мама кивнула и покорно последовала за ней. Она не умолкала до тех пор, пока не остановила машину у церкви.
— Скажи, малышка, — сказала Кристина, пряча ключи в сумочку и беря Кармен за руку, — а как ты провела вчерашний вечер?
Люди иногда спотыкаются об истину, но чаще всего перешагивают через нее и убегают, будто ничего не случилось.
Лене не удалось повеселиться в Штанах. В первый день она положила их на кипу писем от Костаса и забыла дома. На следующий день Лена одела Штаны на работу, получила выговор от миссис Дафферс и со вздохом сняла их. Лена повесила Штаны на спинку стула в примерочной, и какой-то паршивый покупатель захотел их купить.
Ее сердце все еще бешено колотилось от страха, что она чуть не лишилась Волшебных Штанов, когда вошла Эффи. Время близилось к закрытию, а Лена еще не развесила на места вещи из примерочных.
— Угадай, кто сегодня звонил? — спросила Эффи.
— Кто?
Лена ненавидела Эффины игры в угадайку, особенно когда была усталой и не в духе.
— Угадай!
Эффи вышла вслед за Леной из раздевалки.
— Нет!
Эффи сделала кислую мину:
— Хорошо. Хо-ро-шо. — Она закатила глаза. — Бабушка. Я с ней говорила.
— Неужели? — Лена перестала разбирать одежду и выпрямилась. — Как она? Как дедуля?
— Прекрасно. Оказывается, недавно они отпраздновали годовщину свадьбы в нашем ресторанчике. Там была вся деревня.
— О-ох!
Лена тут же представила Фиру, Калдеру, террасу ресторана, который принадлежал их бабушке и дедушке. А вспомнив о гавани, она вспомнила о Костасе. А подумав о Костасе, она ощутила тупую боль в затылке.
Лена откашлялась и снова с рвением принялась за работу.
— А как Доунасы? — равнодушно спросила она.
— Хорошо.
— Правда?
Лене не хотелось напрямую спрашивать о Костасе.
— Ну да. Бабушка сказала, что Костас привел на праздник девушку из Аммоуди.
Лене пришлось приложить нечеловеческие усилия, чтобы не зареветь.
Эффи нахмурилась:
— Ленни, что с тобой?
— А что со мной?
— Да ты посмотри на себя! — Эффи ткнула пальцем в зеркало, в котором отражалось несчастное лицо Лены. — Вообще-то это ты его бросила!
— Знаю. — Лена со злостью пнула зеркало. — А при чем здесь это? — Чтобы не расплакаться, Лене пришлось прикидываться дурочкой.
— Как при чем? Если ты так дергаешься, то зачем его бросила? — спросила Эффи, как всегда не дав сбить себя с толку.
— Я дергаюсь? С чего ты взяла? — Лена начала разбирать блузки и штаны по размерам.