понравился. Так что ждите меня у себя в галерее в какое-нибудь ближайшее утро.

– С большим удовольствием.

– Это правда?

Я взглянула в странные, прикрытые нависшими веками глаза и сказала:

– Да, конечно.

Танец окончился, и он уже больше не мог танцевать со мной, ибо это вызвало бы никому не нужные разговоры. С любым из служащих замка – только один танец, а после шести танцев он имел право вообще покинуть зал, – таков обычай, объяснил мне Жан-Пьер. Он, Филипп, Клод и Женевьева должны выполнять свой долг, а потом, один за другим, тихо выскользнуть из зала. В этом случае их уход не выглядел бы слишком официальным, потому что именно непринужденность была особенностью этого празднества, но граф должен был уйти первым, а остальные – кто когда захочет.

Все произошло именно так, как сказал Жан-Пьер. Я заметила, как спокойно и незаметно удалился граф. А после его ухода у меня уже не было желания оставаться в зале.

Я танцевала с месье Буланже, когда заметила, что Габриэль собирается уйти. Делая вид, что с интересом разглядывает гобелен, она быстрым взглядом окинула зал, потом еще раз оглянулась через плечо и выскользнула в дверь.

Я на короткое мгновение увидела ее лицо, на котором запечатлелось выражение полного отчаяния. Меня охватило беспокойство, не наделает ли она каких-нибудь глупостей.

Мне было необходимо удостовериться в том, что с ней все в порядке. Как только смолкла музыка и я смогла оставить партнера, я тоже незаметно покинула зал.

Не имея ни малейшего понятия, куда могла отправиться Габриэль, я пыталась представить себе, как в подобной ситуации поступит отчаявшаяся девушка. Бросится вниз с высокой башни? Утопится в старом колодце во дворе замка? После некоторых размышлений я решила, что оба варианта абсурдны. Ведь если Габриэль решила покончить жизнь самоубийством, зачем ей это делать в замке...

Об одной из причин ее странного поведения я догадывалась, но пока мой мозг отказывался воспринимать ее. Мои ноги сами понесли меня к библиотеке, где обычно происходили мои встречи и беседы с графом.

Мне бы так хотелось посмеяться над внезапной мыслью, пришедшей мне в голову! Но, подойдя к библиотеке, я услышала голоса, которые тотчас же узнала: прерывающийся, поднимающийся почти до истерических нот голос Габриэль и низкий, спокойный голос графа.

Я повернулась и пошла в свою комнату. У меня не было никакого желания возвращаться в зал. Мне хотелось побыть одной.

Несколько дней спустя я отправилась навестить Бастидов. Мадам Бастид была рада встрече со мной, и я заметила, что теперь она была гораздо спокойнее и чувствовала себя более уверенно, чем в мой прошлый визит.

– Хорошие новости, Габриэль выходит замуж.

– О, я так рада!

Мадам Бастид улыбнулась мне:

– Я знала это. Вы всегда готовы разделить все наши радости и горести. Конечно, со временем люди скажут, что это была поспешная свадьба... но жизнь есть жизнь, и такое случается довольно часто. Они свяжут себя брачными узами, как это делают многие молодые люди, а потом исповедаются и получат отпущение грехов. И тогда их ребенок не будет незаконнорожденным. Ведь в таких случаях всегда страдают дети!

– Да, конечно. И когда Габриэль выходит замуж?

– Через три недели. Это замечательно, что теперь Жак может жениться. В этом-то и была вся загвоздка. Он не мог бы содержать жену и мать. А зная об этом, Габриэль не говорила ему о своей беременности. Но господин граф все устроил наилучшим образом.

– Господин граф?

– Да. Он назначил Жака управляющим виноградниками в Сен-Вайяне. Ведь месье Дюран очень стар. А теперь он получит наконец свой домик, а Жак займет его место. Если бы не господин граф, они не смогли бы пожениться.

– Да, понимаю, – сказал я упавшим голосом.

Габриэль вышла замуж, хотя во время моих походов в городок, в самом замке или на виноградниках до меня доходили самые разнообразные сплетни по этому поводу. Их передавали друг другу шепотом и недоуменно пожимали плечами. Подобные события вызывали обычно волнения и разговоры на неделю- другую, ибо никто не мог быть уверен в том, что и его семья не попадет в аналогичную ситуацию. Габриэль стала замужней женщиной, и даже если ребенок родится раньше положенного срока, что ж такого, – в конце концов, дети во всем мире имеют привычку иногда появляться на свет раньше, чем предназначено природой.

Свадьбу отпраздновали в доме Бастидов в соответствии с традициями, которые мадам Бастид считала необходимым соблюсти, несмотря на то что времени для подготовки почти не было. Граф, как я слышала, был так добр к своим работникам, что преподнес в качестве свадебного подарка деньги, позволившие им купить мебель.

С Габриэль произошли разительные перемены. Страх уступил место безмятежному спокойствию, и она выглядела еще более хорошенькой, чем обычно. Когда я отправилась в Сен-Вайян навестить ее и старую мать Жака, она встретила меня тепло и радушно. И когда я стала прощаться, пригласила заглядывать к ним каждый раз, когда я буду проезжать мимо, совершая прогулки верхом. Я пообещала...

После свадьбы минуло уже четыре или пять недель. Весна уверенно вступала в свои права, и молодые побеги виноградной лозы тронулись в рост. На виноградниках закипела работа, которая не затихнет теперь до уборки урожая.

Женевьева почти все время находилась со мной, но наши отношения не были такими гармоничными, как раньше. Присутствие в замке Клод отрицательно сказывалось на девочке, и я постоянно находилась в напряжении, гадая, чем все это может кончиться? Раньше я думала, что мне удалось в чем-то переубедить Женевьеву, но на поверку оказалось, что это всего лишь кажущийся эффект. Так, например, случается при реставрации: вы можете получить играющую красками картину, применив раствор, который очищает ее и восстанавливает яркость колорита, но лишь на время, а впоследствии все это ей может даже повредить.

– Не навестить ли нам Габриэль? – спросила я однажды во время нашей прогулки верхом.

– Пожалуй...

– Однако, если вы не горите желанием, я поеду одна.

Женевьева пожала плечами, но продолжала ехать рядом со мной.

– У нее скоро родится ребенок, – сказала она.

– И они с мужем будут очень счастливы, – ответила я.

– Но он вроде бы собирается появиться на свет раньше, чем положено, и все судачат по этому поводу.

– Все?! Ну, не преувеличивайте. А почему вы не говорите по-английски?

– Я устала говорить по-английски. Это такой трудный язык. – Девочка рассмеялась: – Очень удобный брак. Так говорят, я сама слышала.

– Все браки должны быть удобными.

Женевьева снова рассмеялась, потом сказала:

– До свидания, мадемуазель. Я не еду. Боюсь огорчить вас, если вдруг скажу что-то не очень деликатное...

Она пришпорила лошадь и повернула обратно. Я хотела было последовать за ней, потому что ей не разрешали ездить одной за пределами замка. Но она намного опередила меня и уже скрылась в маленькой роще.

Минуту спустя я услышала выстрел.

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

1

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату