Она забросила на плечо рюкзачок.
– Вы готовы? – спросил он.
– Куда мы теперь?
– Хочу заехать в больницу, а потом поедем ко мне домой.
«Одному из нас сегодня определенно предстоит провести ночь на диване», – не без ехидства подумала Манч.
Следующим утром они поставили машину на большой крытой стоянке при аэровокзале. До рейса оставался еще час. Блэкстон извинился и ушел звонить. Манч направилась к магазину подарков, где была целая секция с сувенирами Диснейленда. Она выбрала часы с Микки-Маусом. В отделе открыток она нашла поздравление с днем рождения, подходящее для маленького мальчика, и отнесла обе покупки к прилавку.
– У вас есть подарочная упаковка? – спросила она пожилую женщину за кассовым аппаратом.
– Нет, милочка.
– А если перевязать вот этим? – поинтересовалась Манч, указывая на нарядные ленты для волос.
– Они стоят по доллару, – ответила женщина. – Дороговато для упаковки.
– Ничего. За ценой не постоим.
Манч вспомнилась миссис Скотт, укорявшая ее в недостаточной «финансовой ответственности».
– Это – вашему сыну? – спросила кассирша.
– Почти. Сыну моей подруги.
– Вы давно его не видели?
– Около года, – ответила Манч. Вряд ли стоит пускаться в рассказы о том, как она попала в тюрьму и завязала с героином.
Женщина отсчитала сдачу и помогла Манч завязать бант на коробке с часами.
– Здорово получилось, – сказала Манч. – Спасибо.
– Приятного вам отдыха, милочка, – пожелала женщина.
Блэкстон все еще говорил по телефону.
– Я куплю билеты, – негромко предложила она. Он протянул ей пачку купюр. Она отдала половину обратно. – Я сама за себя заплачу.
Манч встала в очередь, наблюдая за тем, как люди впереди нее покупают билеты и сдают багаж. К тому времени, как подошла ее очередь, она уже освоила всю процедуру.
– Два билета до Медфорда, пожалуйста. Туда и обратно.
– Сколько чемоданов? – спросила кассир.
– Только ручной багаж, – ответила она, чувствуя себя бывалым путешественником.
– В салон для курящих или для некурящих?
– Для курящих.
– У окна или у прохода?
– У окна.
– Спасибо, что выбрали наш рейс.
– Пожалуйста.
Она отошла от стойки, прижимая к груди билеты в картонной папочке, и поняла, что все это время боялась вздохнуть.
Блэкстон подошел к ней.
– Все в порядке? – осведомился он.
– Да. Как ваш напарник?
– Говорят, ему немного лучше, но все еще без сознания.
Через тридцать минут стюардесса объявила о начале посадки. Манч и Блэкстон присоединились к остальным пассажирам и поднялись на борт.
Их места оказались ближе к хвостовой части самолета. Пробираясь по узкому центральному проходу, она вспомнила сцену из «Деревенщин Беверли», где Джед и его родня впервые летят на самолете. Когда самолет набирал скорость перед взлетом, деревенщины решили, что попали на очень быстрый автобус. Зрители в студии радостно засмеялись, потому что знали, что будет дальше. Манч пообещала себе, что, когда самолет оторвется от земли, она зевнет от скуки.
Они сели на соседние места, убрали сумки и пристегнули ремни.
Самолет с рокотом побежал по взлетной полосе, набирая скорость. Она посмотрела на других пассажиров, выискивая на лицах признаки волнения. Некоторые стиснули подлокотники и закрыли глаза, но по большей части ее спутники оставались спокойны. Самолет оторвался от земли рывком, от которого у нее свело желудок. Она небрежно посмотрела в окно – и широко зевнула.
Когда они взлетели, стюардесса объяснила, как следует вести себя в случае аварийной ситуации. Манч внимательно слушала, наваливаясь на ремни безопасности.
