И были в этом саду яблоки — сахарные, мускусные и даманийские, ошеломляющие взор…
И были в этом саду абрикосы, миндальные и камфарные, из Гиляна и Айн-Таба…
И были в этом саду сливы, вишни и виноград, исцеляющий больного от недугов и отводящий от головы желчь и головокружение, а смоквы на ветвях — красные и зеленые — смущали разум и взоры…
И были в этом саду груши — тирские, алеппские и румские, разнообразных цветов…
И были в этом саду султанийские персики разнообразных цветов, желтые и красные…
И был в этом саду зеленый миндаль, очень сладкий, похожий на сердцевину пальмы, а косточка его — под тремя одеждами…
И был в этом саду боярышник разнообразной окраски…
И были в этом саду померанцы, подобные калгану…
И были в этом саду лимоны, цветом подобные золоту, и спускались они с высочайшего места и свешивались на ветвях, подобные слиткам золота…
И были в этом саду всякие плоды, цветы, и зелень, и благовонные растения — жасмин, бирючина, перец, лаванда и роза, во всевозможных видах своих, и баранья трава, и мирта, и все цветы полностью, всяких сортов. И это был сад несравненный, и казался он смотрящему уголком райских садов: когда входил в него больной, он выходил оттуда как ярый лев. И не в силах описать его язык, таковы его чудеса и диковинки…»
Образы гуляющих среди цветов жен султана, способных украсить самую щедрую фантазию природы, не давали покоя живописцам. На рисунках, иллюстрирующих тайную жизнь сералей, вокруг томных красавиц порхают птицы и кружатся чудесные бабочки, робко ластятся миниатюрные газели и скачут ручные обезьянки. Рабыни предлагают хозяйкам сладости и напитки, а музыкантши услаждают слух песнями.
ГАРЕМНАЯ ИЕРАРХИЯ
Собрание разных по положению и красоте женщин в замкнутом пространстве, даже если это и роскошный гарем, всегда грозило бурными и непредсказуемыми событиями. Мир и покой в серале сохранялся до поры до времени, и гарантировать его не мог даже сам великий повелитель.
Многовековой опыт доказывал необходимость особой иерархии, которая хотя бы отчасти поддерживала дисциплину в кипящем страстями дамском собрании. Сей гаремный кодекс, напоминающий «табель о рангах», жестко регламентировал взаимоотношения, привилегии, права и обязанности гаремного персонала в зависимости от того, на какой ступени «служебной лестницы» находилась та или иная обитательница сераля.
Осман-бей — один из турецких чиновников в своей полной сарказма книге «Турки и их женщины, султан и его гарем» писал:
«Восточные мудрецы признали эту истину, что доказывается тем, что, наполняя свои гаремы сотнями женщин, они нашли нужным положить в основание гаремной жизни строгую дисциплинарную систему, благодаря которой мужья, имеющие три-четыре жены, могут управлять своим гаремом и поддерживать в нем порядок, повиновение. То же, что делали владетели буржуазных гаремов, должны были сделать и султаны, только в гораздо больших размерах. В самом деле, чтобы содержать и держать в повиновении тысячи женщин, они должны были создать целую конституцию со своими иерархическими степенями, своими законами и регламентами. Учреждение иерархии было безусловно необходимо, потому что иначе было бы невозможно определить место каждого члена гарема, а также и обязанности, лежащие на каждом из них.
Эта гаремная конституция не имеет основателя, автора, имя которого было бы известно потомству: она — дело необходимости и времени.
Иерархия императорского гарема представляет такой же правильный план, как и всякая другая иерархия, имеющая свои посредствующие ступени и своих субалтернов, отношения которых устанавливаются на основании прав старшинства, прав на производство, на награды и пр. Благосклонность султана является, конечно, великим краеугольным камнем всего иерархического здания. Иначе, впрочем, и быть не может».
Для ориентации в лабиринтах гарема Осман-бей составил следующую схему:
Гарем султана:
Валиде-султан (мать султана).
Хазнедар-уста (великая казначейша).
Бах-кадина (первая жена султана), вторая, третья и четвертая кадины.
Бах-ирбаль (первая фаворитка его величества), вторая, третья и прочие ирбаль.
Гезде (девицы, замеченные султаном, чающие или вздыхающие).
Кадины-эфенди (матери принцев или принцесс).
Султанши (не выданные замуж принцессы крови).
Каждая из поименованных дам имеет свой особый двор (даирэ) и свиту из женщин.
А теперь представим устройство собственного двора валиде-султан, служившего образцом для всех остальных.
Валиде-султан.
Ее казначейша, секретарь, хранительница печати, первая хранительница гардероба, первая наливательница воды, первая подательница кофе, первая приготовительница шербета и проч., одним словом, дюжина дам, называющихся кальфа (госпожа).
Каждая кальфа имеет в своем распоряжении известное число учениц, называющихся аляибр, что значит рабыни. Все аляибры очень молоды — от пятнадцати до двадцати — и составляют низшую ступень гаремной иерархии.
Перейдем теперь к более обстоятельному описанию основных ступеней гаремной «табели о рангах».
Мать правящего султана была вершиной гаремной иерархии. Ее власть была непререкаема и безраздельна, как у императрицы.
«Первая леди», сумевшая сделать своего сына, как правило, одного из многих, наследником престола, невольно внушала уважение своему окружению, а прочим — страх и трепет. Да и кто лучше ее знал гаремную жизнь со всеми ее явными и тайными сторонами.
Казалось бы, правительницей гарема могла быть одна из законных четырех жен султана, однако это влекло за собой опаснейшие интриги, в которые неминуемо включились бы конкурирующие кланы каждой из жен. Проще и безопаснее было держать жен в равном положении, предоставив власть почтенной матроне. А женам оставить соперничество за внимание султана и надежду сделать очередным султаном своего сына.
Валиде-султан была не только правительницей гарема, но и законодательницей мод. Дамы, посмевшие одеваться более роскошно или носить более дорогие украшения, рисковали навлечь серьезные неприятности не только на себя, но и на своего супруга. Валиде-султан величали «О, венец укрытых