Нет, он просто невозможный человек!
Она посмотрела вдаль. Там, примерно в четверти мили, виднелась какая-то изгородь, за ней вроде дорога, потом несколько низеньких домиков с соломенными крышами. Может быть, удастся нанять машину и поехать на ней в Фойнес?
— Где мы находимся? — спросила Нэнси. — Только, ради бога, не говорите, что вы не знаете.
Он добродушно ухмыльнулся. Ей снова показалось, что в целом он не такой вздорный, каким кажется.
— Думаю, мы в нескольких милях от Дублина.
Она решила, что ей не стоит торчать рядом и только мешать ему, пока он возится с мотором.
— Я пойду посмотрю, может, удастся найти помощь.
Он взглянул ей под ноги.
— Здесь торфяник, и в этих туфлях вы далеко не уйдете.
«Надо же, какой самонадеянный тип. Ничего, я ему сейчас покажу кое-что», — сердито подумала она. Одним махом она задрала юбку, быстро отстегнула резинки на чулках. Он уставился на нее, весь малиново-красный от смущения. А она уже скатывала вниз шелковые чулочки, пока не сняла их вместе с туфлями. Теперь Нэнси стояла перед ним босиком, а он, все так же молча, разглядывал ее, не в силах вымолвить ни слова. Пусть смотрит, ей даже понравилось дразнить его. Она не спеша засунула туфли в карманы пиджака.
— Я скоро вернусь, — бросила Нэнси через плечо и зашагала босыми ногами по дерну.
Проделав путь в несколько ярдов, она позволила себе широко улыбнуться. Надо же, он был озадачен, стоял и смотрел как вкопанный. Ладно, это будет ему хорошим уроком за его дурацкий самонадеянный тон.
Однако мимолетная радость быстро улетучилась. Ноги тут же промокли, стали отвратительно грязными, холодными, а до домишек идти было еще прилично. Да и не ясно, что делать, когда она доберется туда. Наверное, лучше всего оставить самолет и сразу ехать на машине в Дублин. Вероятно, Лавси прав, механиков в Ирландии днем с огнем не сыщешь.
Дорога заняла у нее целых двадцать минут.
У первого же домика ей встретилась маленькая низенькая женщина в башмаках на деревянной подошве, которая копалась в огороде.
— Э-эй! Добрый день! — громко сказала Нэнси.
Женщина оторвалась от лопаты, испуганно всплеснула руками, очевидно, никак не ожидая увидеть незнакомого человека.
— Понимаете, у меня что-то случилось с самолетом.
Женщина уставилась на нее так, будто видела перед собой инопланетянку, спустившуюся с небес.
Нэнси догадалась, что выглядит действительно странно в своем кашемировом пиджаке и с босыми ногами. Да, бедная крестьянка здорово напугалась, когда перед ней вдруг предстало загадочное создание в женском облике, да еще болтающее про какой-то самолет. Женщина осторожно вытянула вперед руку, дотронулась до одежды пришелицы. «Боже, похоже, меня принимают за богиню», — подумала Нэнси.
— Я ирландка, — сказала она, стараясь говорить как можно спокойнее и естественнее.
Женщина улыбнулась и покачала головой, как бы говоря всем своим видом: меня не проведешь.
— Мне нужно добраться до Дублина.
Эти слова заставили женщину встрепенуться, вроде, она поняла, что от нее требуется.
— Да, да, конечно. — Очевидно, до нее наконец дошло, что перед ней не гостья из космоса, а дама из большого города.
У Нэнси отлегло от сердца, когда она услышала английскую речь, она боялась, что женщина говорит на гэльском.
— До столицы далеко?
— Вы будете там часа через полтора, если найдете хорошего пони, — с необычным мелодичным акцентом ответила женщина.
Плохо, очень плохо. Через два часа клипер вылетает из Фойнеса, а это в другой части страны.
— Здесь у кого-нибудь есть автомобиль?
— Нет.
Проклятье!
— Но у кузнеца есть мотоцикл. — Женщина немного смягчала согласные, поэтому получилось «матацикль».
— Подойдет, это то, что надо. — В Дублине она найдет машину и немедленно отправится в Фойнес. Правда, она не знала, сколько точно до города, но в любом случае нужно попытаться. — Где ваш кузнец?
— Я отведу вас. — Женщина воткнула лопату в землю. Нэнси пошла вслед за ней меж домов. Дорога только называлась так, сплошное месиво грязи, мотоцикл поедет здесь вряд ли быстрее, чем пони.
Другая догадка мелькнула в голове, когда они шли по селению. Мотоцикл может взять лишь одного пассажира. А она ведь хотела вернуться к поврежденному самолету и прихватить с собой Лавси, когда достанет машину. Теперь получается, что поедет только один из них — если только владелец не продаст им своего железного коня, тогда Лавси сядет за руль и они поедут прямиком в Фойнес.
Они подошли к последнему домику на окраине, рядом стояло какое-то пошатнувшееся подобие сарая или мастерской. Перед Нэнси предстала такая печальная картина, что все ее радужные надежды разом испарились: везде — и на крыше, и просто на земле валялись остатки разобранного мотоцикла. Кузнец поправлял какие-то детали.
— Вот черт, надо же, как не везет, — не удержалась Нэнси.
Женщина разговорилась с кузнецом на гэльском. Он был молод, силен, типичный ирландец, с густыми усами, черными волосами и бледно-голубыми глазами. Он с изумлением смотрел на Нэнси, затем обратился к ней на английском:
— Так где, вы говорите, ваш самолет?
— Примерно в полумиле отсюда.
— Может, я взгляну?
— А вы что, разбираетесь в двигателях? — Она скептически скривила губы в улыбке.
Он пожал плечами.
— Моторы, они ведь везде моторы, сами понимаете.
Она подумала, что, может, он и прав. Если усач сумел до винтиков разобрать мотоцикл, не исключено, что и двигатель починит.
— А вообще-то, — продолжал кузнец, — мне кажется, что мои услуги больше не нужны.
Сначала она не поняла, нахмурила лоб, а затем услышала то, что ее поразило, — гул самолета. Неужели их «медведица» взлетела? Она взглянула вверх, в небо. Точно, маленький желтый самолетик медленно проплывал над селением.
Лавси починил его и, бросив ее на произвол судьбы, сам поднялся в воздух.
От негодования защемило в боку. Как он мог! Негодяй, даже забрал ее чемоданчик.
Самолетик игриво помахал крыльями, будто дразня ее. Нэнси потрясла ему вслед кулаком. Она видела, как Лавси махнул ей рукой, высунувшись из кабины, самолет повернул в сторону. Как зачарованная, она смотрела на удаляющуюся крылатую стрекозу. Кузнец и крестьянка по-прежнему стояли рядом.
— Он бросил вас и улетает, — угрюмо констатировал усатый.
— Потому что он ничтожество, дрянь, предатель!
— Это ваш муж?
— Что вы, конечно же нет! Все равно, какая разница.
Нэнси шатало. Странно, по сути, в один день ее предали двое мужчин. Что это? Может быть, в ней самой есть какой-то изъян?
Теперь у нее не осталось никаких шансов, можно сдаваться. На клипер уже не успеть. Питер продаст компанию Нэту Риджуэю и все, конец.
