достигался только в случае, если в отряде рыцарей был сеньор, главенство которого добровольно признавалось всеми. Воинские уставы и распорядки содержали самые общие положения о дисциплине: не покидать и не ломать строй, стараться, в разумных пределах, обороняться при неудаче, а не сразу бежать, и до победы лагерь противника не грабить.
Более крепкий порядок был в бандах — отрядах рыцарей-наемников, расплодившихся в XII–XIV веках, предлагавших свои услуги кому угодно и грабивших всех подряд в мирное время. Для борьбы с этими бандами впервые в средневековой Европе французскими королями в XIV веке были созданы настоящие маленькие регулярные армии, где воины служили за плату постоянно.
Г. Брикс дает сведения о польско-литовской коннице, но в данном случае не только хронология, но и все, что он описывает, вызывает удивление, если смотреть с точки зрения традиционной истории. Оказывается, в X веке:
«…их военное устройство… было довольно первобытное; оружие и доспехи состояли из луков, закаленных в огне палок (железа еще не знали? — Авт.) и деревянных седел; сабли попадались разве только у гетмана и у высших начальников. Вместо панциря они носили шкуры зубров, оленей, медведей и волков».
О коннице литовцев сообщается дальше, что она была вооружена до XVI столетия отравленными дротикам и
«Оружие было в первые годы средних веков почти то же, что и прежде: копья, пращи, мечи, луки со стрелами, топоры, палицы и косы; носили панцири или стеганные камзолы, шлемы с проволочными сетками и щиты… позже начали употреблять перчатки, сапоги со шпорами и принесенные крестоносцами из Азии кинжалы…»
У русских, пишет Г. Брикс, собственная национальная конница появилась только в конце X столетия, а потом была значительно усилена по образцу угорской, половецкой и печенежской.
«В X столетии, с введением ленных владений, рыцарство приняло определенную форму, по которой каждый свободный владелец земли, будучи с одной стороны, ее неограниченным господином, с другой — вассалом более могущественного соседа, становился рыцарем (chevalier) с приобретением копья или палицы, лат и коня… В средние века во Франции вследствие… тяжелого вооружения, исключавшего всякую возможность пешего боя и даже движения, единственным родом оружия была конница…»
Вот эти-то шевалье и занимались по всей Европе взаимным грабежом и похищением соседей ради выкупа. Уже в конце Х века церковь сделала попытку водворить мир. Сначала на юге Франции прошли провинциальные соборы, желая установить покровительство беззащитным людям — крестьянам, монахам, церковнослужителям. Предусматривалось, что те, кто нападал на них, подлежал отлучению от церкви. Это был так называемый
Собор в Тулузе (1041) пошел дальше: постановил, что все войны должны прекращаться на время праздников и воскресенья, на Филипповский и Великий пост и на вторую половину каждой недели. Это было
Зато есть учебники истории, повествующие, что в VIII веке до н. э. (как раз на линии № 3) в Древней Греции зародились Олимпийские игры, на время которых все войны прекращались. В отличие от средневекового случая, уж об этом-то «Божьем перемирии» историки располагают огромным количеством данных, — правда, почерпнутых не из первоисточников, а из их средневековых копий. Они с удовольствием расскажут вам и о видах спорта, и о победителях, вспомнят какие-то анекдоты о тайком проникшей на стадион матери спортсмена… Первые игры состоялись аж в 776 году до н. э., а последние в 394 году н. э., то есть вся эпопея продолжалась 1170 лет.
А для конца XI — начала XII века известно только, что во исполнение постановления соборов, в каждой епархии (по крайней мере, в одной части Франции), учредили общество мира под управлением епископа. Оно вроде бы имело свою казну, свой суд и даже свою «армию мира», состоявшую главным образом из прихожан, организованных в виде милиций и предводимых священниками. Однако, как пишут Э. Лависс и А. Рамбо,
Но посмотрим же, как шла история дальше.
«Из всех греческих народов фессалийцы слыли за лучших кавалеристов, и они же были, несомненно, первыми всадниками… Спартанцы, как большинство пелопонесских народов, почти не имели конницы; только по окончании Мессенской войны (680 до н. э.), стали ее заводить, а впоследствии государство само нанимало искусных учителей езды для обучения юношей».
И в средневековой Европе рыцарей было все еще очень мало.
Например, во всей Англии в 70-х годах XIII века было 2750 рыцарей. В боях участвовало их обычно несколько десятков, и лишь в больших сражениях они исчислялись сотнями. В это, предполагаем, время (линия № 5 или немногим раньше) у афинян вся кавалерия состояла из 96 человек, причем каждая из 48 навкрарий, на которые делился народ, выставляла по 2 человека. После победы над Ксерксом (480 до н. э.) число всадников увеличилось до 300, а позднее до 1200, и столько их было при начале Пелопонесской войны. У Фукидида набор 400 всадников и лучников на восьмой год Пелопонесской войны упоминается как чрезвычайная мера.
«Кавалерия у греков была вначале не очень многочисленна, потому что их страна, за исключением Фессалии, была бедна лошадьми. Вследствие этого верхом могли служить только люди, имевшие большое состояние и которые могли купить и содержать лошадь на собственные средства; благодаря этому всадники (
Об этом пишет и Ганс Дельбрюк:
«Как в Спарте, так и в Афинах еще не созрели условия для образования действительно сильной конницы, хотя, например, в походе афинян на Сицилию всадники играют важную роль… Только во время Пелопонесской войны спартанцы завели у себя всадников и лучников для защиты своей земли от афинян, совершавших то здесь, то там набеги с моря».
Кольчуги, известные в Европе с XI–XII веков, были крайне неудобны. Более «продвинутые» в технике,
