каморке. Я подумал о пленниках в зале. Они не смогут выбраться оттуда до утра понедельника, до прихода Менсона. Эти парни готовы на все. Нужно предупредить Менсона. Если он откроет двери зала с сейфами, даже зная, что они там, начнется стрельба. По этому поводу у меня сомнений не было. Я решил позвонить из первого же канадского аэропорта и ввести его в курс дела для того, чтобы он вызвал полицию. Затем я подумал о Гленде. Какое у нее будет лицо, когда я войду в ее темницу? Мы немедленно отправимся в аэропорт и первым же самолетом в Канаду. Я ехал уже по трассе, пустынной в этот час, но так как я знал, что полиция патрулирует дорогу, то не превышал скорости. Минут через двадцать я свернул на грунтовую дорогу к ранчо Клауса, но вскоре я остановился, из предосторожности погасив фары. Гарри сказал, что, поскольку Гленда заперта, ее никто не охраняет. И все-таки я решил не рисковать. Вышел из машины, вытащил из кармана пистолет и осмотрел дом.

Он был погружен в темноту. Может, кто-нибудь из-за занавесок наблюдает за мной? Бесшумно открыв ворота, я проскользнул внутрь, поколебавшись, собрал все свое мужество, пересек лужайку и добежал до двери. Нажал на ручку. Дверь открылась. Стоя во мраке, я прислушался: тишина. Вошел в холл. Снова прислушался и медленно, держа пистолет наготове, пошел по коридору, к комнате Гленды. Снова остановился, вытащил фонарь. Если за мной наблюдают, мне конец. Но желание увидеть Гленду пересилило страх смерти. Я зажег фонарь, направил луч света на дверь. Она была открыта. Забыв об осторожности, я бросился в комнату, нащупал выключатель. Свет ослепил меня, но я сразу узнал комнату, где прежде находилась Гленда. Ее здесь не оказалось. Это был для меня ужасный удар. Я заглянул в ванную – там никого… Забыв обо всем, я бросился в гостиную, зажег свет. За несколько секунд осмотрел весь дом.

Гленды нигде не было.

Глава 8

Бледные, слабые солнечные лучи проникли через занавеси. В кухне включился холодильник. Я вздрогнул и посмотрел на часы. Пять часов сорок пять минут. Я был в отчаянии. Я приехал слишком поздно, чтобы спасти Гленду. Значит, Бенни убил ее и зарыл в мое отсутствие. Опасения, что Клаус прикажет убить ее, оправдались. Я думал о ней, единственной желанной женщине. Я вновь видел ее волосы, глаза, великолепное тело. Ее зарыли где-то здесь. Мне нужно найти ее могилу! Я поднялся, вышел на утренний свежий воздух и осмотрелся. В сарае? Я вошел в сарай и замер. Фургон! Он стоял посередине сарая. Я подошел и заглянул внутрь через ветровое стекло. Униформа лежала там. Через час или немного позднее эти два человека начнут действовать. Если они, как предусмотрено, приведут фургон в банк и не смогут проникнуть в него, что станут делать? А вдруг они попытаются войти в банк, тогда охранник их заметит. Поднимет ли он тревогу?

Мой мозг лихорадочно работал. Необходимо срочно найти могилу Гленды. Я осмотрел все в сарае, но наверняка ее похоронили не здесь. Внезапно я услышал шум подъезжающей машины. С сильно бьющимся сердцем я стоял, держа в руке пистолет, потом выглянул наружу. К моей машине подъехал старый «крайслер», и из него вышли двое мужчин, которые должны были сыграть роль охранников при фургоне. Они замерли, увидев меня. Я поприветствовал их взмахом руки. Они видели меня с Гарри, и я надеялся, что они примут меня за члена банды, поэтому пошел им навстречу. Более высокий подозрительно посмотрел на меня и спросил:

– Все идет нормально?

Я почувствовал облегчение. Они наверняка думали, что я работаю на Клауса.

– Операция отменена, – заявил я, держа палец на спусковом крючке. – Патрон приказал мне приехать сюда и предупредить вас. Забудьте об этом.

Они переглянулись.

– Вы хотите сказать, что фургон не понадобится?

– Точно. Операция не состоится.

Маленький агрессивно спросил:

– А деньги вернуть?

– Деньги ваши.

Они посмотрели на меня, потом, улыбаясь, переглянулись.

– Прекрасно. Скажите патрону, если мы ему понадобимся, то всегда в его распоряжении.

– Я ему передам.

Они сели в машину и уехали.

Целый час я провел, осматривая ранчо. Нигде не обнаружил свежевскопанной земли. Разбитый и уставший, я вернулся в гостиную. Было семь часов. Я рухнул в кресло и несколько минут предавался своей печали. Неужели она мертва? С тоской я вспомнил мгновения, которые провел с ней. Бегство вместе с Глендой было бы волнующим приключением, но перспектива бежать одному меня страшила. Я размышлял о ситуации, в которой находился. Клаус и трое его сообщников заперты в зале с сейфами. У них нет никаких шансов выбраться оттуда, но у меня тоже плохие шансы. Как только вмешается полиция, она поймет, что я единственный, кто мог открыть двери самого надежного банка в мире. Вдруг мне стало все безразлично. Без Гленды я чувствовал себя не способным жить в постоянном страхе. Я пришел к мысли: надо повидать Браннигама. Следует все ему объяснить, он моя единственная надежда. Я не мог ждать до среды, когда он появится в банке. Вечером я должен предупредить Менсона о бандитах в зале, но прежде всего необходимо переговорить с Браннигамом. Нужно его побыстрее найти. Я знал номер его личного телефона. Забыв с перепугу, что еще только без десяти восемь, я набрал номер и через некоторое время услышал сонный голос:

– Кто это?

Я много раз встречался с его женой на коктейлях. Высокая, худая, молодящаяся дама лет пятидесяти, с черными, цвета вороного крыла волосами, она денно и нощно пеклась о своем здоровье. Я узнал ее голос.

– Извините меня, миссис Браннигам. Это Лукас.

– Ларри Лукас? Не ожидала. Я уже месяц вас не видела. Как поживаете, Ларри? Все в порядке, надеюсь? Если бы я имела возможность сказать то же… – Когда Мэри Браннигам начинала говорить, ее невозможно было остановить. – Противный мальчишка! Вы меня разбудили. Позвольте вам сказать одну вещь, Ларри. Уже вечность я так хорошо не спала. Вы понимаете? По-настоящему не спала. У меня болят ноги, Фаррелл храпит, и я целыми ночами не смыкаю глаз. Понимаете? Я, представляете, консультировалась у доктора Шульца, и он утверждает, что я в хорошем состоянии. Какая глупость! Я с трудом двигаюсь. Что вы об этом скажете, Ларри? Фаррелл говорит, что я истеричка. Представляете себе, истеричка! Вчера вечером, против воли, представляете себе, Ларри, а у меня сильная воля, я все-таки, против воли, приняла три таблетки снотворного. И знаете, из-за этих проклятых таблеток я не сомкнула глаз! Никакого действия. Я ужасно страдала… Боже! Как можно страдать! Вы верите в Бога, Ларри? Я обратилась к Богу и в результате заснула. В первый раз за многие месяцы я спала до вашего звонка. И вот вы меня разбудили!

– Миссис Браннигам, – сказал я, с трудом сдерживаясь, чтобы не закричать на нее, – прошу прощения за то, что разбудил вас, но мне необходимо поговорить сейчас с мистером Браннигамом. У меня очень серьезное дело.

– Вы хотите поговорить с Фарреллом?

– Да, миссис Браннигам.

По моему лицу тек пот.

– Вы говорите, это серьезно?

– Да, миссис Браннигам, очень серьезно.

– Разве сегодня не воскресенье, Ларри? Сегодня понедельник? Боже, я уже совершенно проснулась. Если понедельник, то должен прийти парикмахер в девять часов. Я так занята…

– Сегодня воскресенье.

– Не кричите, Ларри. У меня испорчены нервы, если сегодня воскресенье, то что может серьезное произойти в банке? Он же закрыт. По крайней мере, я так думаю.

Я с трудом сдерживался.

– Мне нужно обязательно поговорить с мистером Браннигамом. Не скажете ли мне, как я смогу это сделать?

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату
×