там копаются.
— Точно, — обрадовался Вадик. — Да ладно, пускай трясется, мне так даже прикольно — народ думает, что я внутри рэп слушаю.
— А у тебя музыка какая-нибудь есть? — поинтересовался Сергей.
— Да ну ее, тоску наводить, — презрительно фыркнул Вадик. — Я вот что слушаю.
Он включил кнопку магнитолы, покрутил ручку, и салон машины заполнили какие-то шумы стадиона и возбужденные голоса комментаторов.
— Что это? — в один голос спросили Сергей с Игорем.
— Бейсбольные матчи высшей лиги, — объяснил Вадик. — Обычно повторные, но бывает и прямая трансляция.
— И что, реально прикалывает? — удивился Сергей.
— Не то слово, — сказал Вадик. — Забываешь просто обо всем. Одна проблема — про красный свет на светофоре тоже иногда забываешь.
Сергей потрясенно замолчал.
— А что, бывает, — заметил Игорь Сергею. — У людей иногда бывают очень странные увлечения. Один мой знакомый в машине слушает аудиозаписи мультфильмов. И если ты думаешь, что его давно госпитализировали, так нет…
— Уж лучше я буду слушать записи мультфильмов, — объяснил Сергей, — чем тот бред, который идет по радио. А музыку я не люблю, ты же знаешь.
— Во, сейчас будет шикарный момент, — обрадовался Вадик и включил звук погромче. — Сейчас Джонсон все базы пробежит, едрить его в корень!
— А ты что, эту игру уже смотрел? — спросил Игорь.
— Слушал. Раз двадцать, — объяснил Вадик. — Наизусть уже знаю — это суперклассика!
Игорь с Сергеем тяжело вздохнули.
— Слушай, а ехать-то долго? — поинтересовался Сергей.
— Часа два, не меньше, — объяснил Вадик. — Но это обычной дорогой. У нас получится на полчаса больше — я хочу вас мимо Брайтона провезти. Это где русские живут и куча надписей по-русски.
— А что, прикольно, — согласился Игорь. — Я столько лет не видел русских надписей. Вези нас, доблестный драйвер, вези…
16. Прибытие к Вадику
Драйвером, то есть водителем, Вадик оказался, мягко говоря, своеобразным. Он непрерывно что-то рассказывал, периодически хохоча, причем в процессе хохотания Вадику нужно было обязательно заглядывать в лицо пассажиру справа — в данном случае Игорю, — чтобы посмотреть на его реакцию.
— Старик, — сказал Игорь, когда Вадик раз в десятый посмотрел ему в лицо, совершенно забыв о дороге, — я-то, в общем, не против, что ты так часто ищешь на моем лице следы одобрения, но ты в курсе, что в процессе езды хорошо бы хоть изредка следить за шоссейкой? Ну, просто на всякий случай…
— Да брось ты, — сказал Вадик, резко крутанув руль, так как он чуть было не впечатался в зад какого-то трейлера. — Я эту дорогу знаю наизусть, сто раз тут ездил.
— Наизусть — это понятно, — вежливо заметил Игорь. — Но вряд ли в прошлый раз, когда ты тут ехал, именно на этом месте находился трейлер, в который ты сейчас чуть не влепился. Так что ты смотри на дорогу-то, смотри. А то, не дай бог, врежешься, вся грязь с машины обсыплется — ты же ее потом на стоянке никогда отыскать не сможешь.
— Не боись, — отважно сказал Вадик. — Я свою машину в любом виде узнаю. Кроме того, я ее не так давно мыл.
— В прошлом году? — поинтересовался Сергей.
— В этом, — сказал Вадик. — В честь Рождества.
— Рождество было в прошлом, — подал голос Сергей.
— Ну, в прошлом, — легко согласился Вадик. — Но ведь мыл же, правильно? У нас тут погода довольно сухая — чай, не Англия. Дожди идут редко. А когда идут — смывают пыль, которая накапливается во время сухой погоды. В природе, старички, все взаимосвязано.
Между тем машина Вадика уже вовсю катила по Нью-Йорку. Сергей, который здесь был первый раз в жизни, крутил головой во все стороны и разглядывал знаменитые нью-йоркские небоскребы.
Игорь, который летал в Штаты пару раз в год, делал вид, что он тут все давно уже знает, поэтому разглядывал небоскребы незаметно, стараясь не вертеть головой.
— О, вон Брайтон начинается, — обрадовался Вадик, показывая рукой куда-то направо.
Сергей посмотрел в указанном направлении и увидел огромную красную вывеску с надписью «МОСВИДЕОФИЛЬМ. Фильмы, книга, музыка». Неподалеку от нее висела вывеска поменьше, рекламирующая на русском «Центр спорта, здоровья и похудения».
— Прикольное место, — сказал Игорь, пристально глядя в окно. — Я тут один раз как-то был. Смотри, Серег, бабулька пирожками торгует.
Сергей посмотрел — и действительно, под вывеской «ПИРОЖКИ» стояла совершенно типичная советская бабулька в черном полушубке и с цветастым платком на голове, которая торговала узкими длинными пирожками — почти один в один, как те самые вкуснейшие и вреднейшие пирожки «с кошатинкой», которые он в детстве покупал в киоске на станции метро «Сокол».
— Я в прошлый раз специально сюда приехал погулять, — объяснил Игорь. — Полдня шатался по улицам и по пляжу. Один раз даже услышал разговор бабулек на скамейках — укатайка полная. Они своими внуками хвастались. «Мой Мишенька, — сказала одна, — кончил на адвоката». — «А мой Сашенька, — сказала другая, — кончил на компьютер». Я там полчаса рыдал, когда все это слушал.
— Да, здесь место уникальное, — согласился Вадик. — Чистый Советский Союз с капиталистическим уклоном. Некоторые тут лет тридцать живут — и до сих пор английского толком не знают.
— Кстати, а как у тебя с английским? — поинтересовался Игорь. — Быстро набрал?
Вадик вдруг неожиданно погрустнел.
— Ой, — сказал Игорь. — Я спросил что-то не то?
— Да нет, — грустно сказал Вадик. — Все то. Просто это больная тема. Понимаешь, незаживающая рана.
— Понимаю, — сочувственно сказал Игорь. — У меня та же фигня, когда спрашивают, почему я не научился играть на баяне.
— Дело в том, — объяснил Вадик, — что я тут всю жизнь работаю или вообще в русскоязычных компаниях, или в русскоязычных отделениях американских компаний. У нас, конечно, язык общения и переписки — английский, но реально все равно все говорят по-русски. А кто пробует по-английски — того считают козлом и выпендрежником.
— Ну так как ты тут без языка-то? — поинтересовался Игорь.
— Почему без языка? — в свою очередь удивился Вадик. — Я с языком. На бытовом уровне в пределах сотни предложений — запросто. И кино могу смотреть на английском. С субтитрами, правда.
— О, прям как я, — обрадовался Сергей. — Я тоже на бытовом уровне могу и с субтитрами.
— Но вот всякие грамматики и прочая фигня, — продолжил Вадик, — это в голову никак не лезет. Поэтому стараюсь говорить такими предложениями, чтобы не заморачиваться формами глаголов. «Я пришел», «я ушел», «где здесь туалет», «два гамбургера, плиз, и кока-колу».
— Логичный подход, — согласился Игорь.
— Кроме того, — сказал Вадик, — мне вообще не имеет смысла как следует язык учить. У меня же дикция очень плохая. Наши-то нормально понимают, а вот когда по-английски говорю — хоть чисто, хоть грязно, — все одно по два-три раза приходится повторять.
— Ну, значит, старик, — сказал Игорь, — тебе и переживать нечего. И я тогда не буду переживать, что на баяне не научился. В конце концов, бывают и другие вполне достойные инструменты.