Сравнительное Богословие Книга 5

насассалары начали отказываться от своей профессии (а с конца XIX в. это происходило довольно часто), они подвергались тяжёлому обряду очищения.

[98] Рецидив (от латинского recidivus — возвращающийся) — возобновление, возвращение, повторение чего-нибудь (обычно нежелательного).

[99] В общем зороастрийская “справедливость” — духовная система, закрепляющая в обществе “мягкое” рабовладение: когда рабы довольны своим положением, а “господа” довольны верностью рабов. В этом отношении зороастризм шагнул далеко вперёд многих рабовладельческих обществ своего времени, закрепив систему духовного обеспечения устойчивого рабовладения. И родилась такая духовная система на ведическом Востоке, привыкшем к духовным практикам.

[100] Кротость и покорность в зороастризме не распространялась на врагов цивилизации и касалась лишь внутреннего порядка. Об этом 60 глава Младшей Ясны:

«Благопожелание “дому сему”

5. Пусть одолеют в этом доме послушание [Сраоша] — непослушание, мир — ссору, щедрость — скаредность, вера — неверие, правдивое слово — лживое слово, Праведность [Аша] — Ложь [Друдж]».

[101] Цитируем по тексту: Оранский И.М. «Введение в иранскую филологию». Изд. 2-е, дополн. Сост. И.М. Стеблин-Каменский; Отв. ред. А.Л. Грюнберг. М., 1988 г.

[102] Т. е. первая процедура в ритуале приготовления напитка — примечание переводчика.

[103] Т. е. дэвов, под которыми в данном случае, видимо, подразумеваются не антропоморфные существа, а — греховные чувства (злоба, зависть и т. д.), болезни (простуда, воспалительные процессы и др.) и ритуально нечистые состояния (после соприкосновения с трупом, менструальные кровотечения, кровотечение из раны на теле и др.)  — примечание переводчика.

[104] Распространённое и сегодня мнение о якобы полезном воздействии вина на человека — глубоко ошибочно. Подробнее об этом см. в Книге 1 учебного курса «Сравнительное богословие» (О “мировоззрении” употребляющих алкоголь, табак и наркотики) и в книге «Оружие геноцида: самоубийство людей и его механизмы», 2006 г.

[105] В верующем восточном обществе магией (в том числе и личностным духовным «совершенствованием» с помощью разнообразных практик — индивидуальных и коллективных) принято заниматься всем, вне зависимости от социального положения: в этом тоже состоит одна из сторон имитации справедливости. Разница лишь в том, что каждая каста занимается своей магией…

[106] В этом одна из причин кризиса культуры общинной магии.

[107] В современном западном обществе древние культы употребления психотропов можно наблюдать повсюду. Если алкоголь употребляет высшая “элита” — то пьяные разговоры касаются сферы высшего света; если средняя “элита” нажрётся — разговоры несколько иного плана, о том где и сколько украсть, как кого обмануть; если же пьют работяги — то разговоры могут даже в отдельных случаях касаться вопросов социальной справедливости. Но вот возможности влиять на изменение справедливости распределяются как раз наоборот — «сверху вниз». Только ни те, ни другие и ни третьи ничего не смогут реально сделать, если не протрезвеют. А вот выпустить накопившиеся между пьянками негативные эмоции в “задушевных” разговорах — могут на время до очередной пьянки. Но вместе с психическим “облегчением” от снятия выпивкой стресса (первопричина любого стресса — блокировка психики от связи с Богом) пьющий теряет и часть интеллекта, разума, памяти, нарушает нормальную биополевую работу своего организма, разрушает свою картину мира (в том числе и остатки мозаичного мировоззрения).

[108] В принципе то же самое касается и разнообразных восточных индивидуальных практик, запрещающих принимать наркотики. С помощью медитаций (психических сосредоточений, приводящих к частичному отключению сознания и расширению возможностей бессознательных уровней психики) человек входит в коллективное бессознательное (эгрегор), становясь на время медитации почти «единым целым» с этим эгрегором. Это происходит при совпадении целеполагания эгрегора и того, кто в него входит — тогда эгрегор позволяет входящему употреблять часть его возможностей, которые неизмеримо больше возможностей психики отдельного человека. По выходе из эгрегора (из медитации) человек может что-то усвоить и осознать, но большая часть информации остаётся на уровне ощущений — как правило «приятных». Поэтому медитировать хочется ещё и ещё: вот только целеполагание тех эгрегоров, в которые входят медитирующие, как правило с позиции Высшей целесообразности может быть ничтожным, вредным или «никаким». Но люди, раз попробовавшие восточные практики, зачастую “подсаживаются” на это «приятное» занятие как на наркотики, чувствуя себя могуче других, но не принося ни себе ни окружающим никакой пользы. И к Богу они, естественно, ближе не становятся.

[109] Параллели между зороастризмом и библейской культурой мы проведём позже.

[110] Публикуется по Зороастрийскому журналу «Митра» № 4, 1999 г. Стихотворный перевод М.Чистякова.

[111] Моделью такого самоуничтожения может стать ядерная война (либо ядерная катастрофа) в современном мире, который живёт по стереотипам «борьбы противоборствующих начал», и никакие международные организации пока не в силах остановить нагнетание всеобщей напряжённости, главную роль в которой в современном мире продолжают играть религиозные войны. Опасность в том, что человечество до сих пор не разобралось в лживости древнейших постулатов логики, приписанных когда-то Богу и продолжает жить по этим стереотипам. Последнее касается как региональных цивилизаций религиозного характера, так и светских цивилизаций.

Ясно, что Бог предопределил в Своём Промысле людям запрет на выход существующей людской культуры-«антигармонии» за пределы Ноосферы Земли.

[112] Конечно, уничтожение «злого духа» можно понимать и символично: наступит момент в истории развития человечества, когда духовная основа зла (эгрегоры, поддерживающие неправедность) будет уничтожена. Так действительно должно быть. И люди в этом отношении должны становиться помощниками Богу — своими мыслями, словами, делами, как и учит Авеста: основными орудиями человека в борьбе со злом в зороастризме уже со времени Гат считались «добрая мысль» (манах), «доброе слово» (вачах), «доброе деяние» (шйаотна).

Но верующие зороастрийцы понимали и понимают до сих пор борьбу со злом совсем не в этом смысле. Они разделили мир на догматизированное “добро” и “зло”, отгородившись этим от Языка Жизни и остановили себе духовный прогресс на многие столетия. Поэтому-то и истинно добрых изменений в сфере их эгрегориального обеспечения (в символике это «борьба со злыми духами») не было.

[113] Сюда же можно отнести и технократическое воздействие.

[114]“Неприятные” воздействия Языка Жизни на людей —