Ближе к вечеру вернулся Бельтан. Физиономия его выглядела мрачной, но глазки поблескивали от плохо скрываемого возбуждения.
— Плохие новости, друзья, — сообщил рыцарь. — В полулиге отсюда нас ждет засада. Дорога там проходит между двумя холмами. Разбойники прячутся на вершине одного из них. Самое подходящее местечко, чтобы напасть на зазевавшихся путников.
Фолкен выругался.
— И много их там засело?
— Так, ерунда, с полдюжины или около того, — ухмыльнулся Бельтан, положив руку на меч. — Я и один с ними разделаюсь. Никаких хлопот.
Мелия скрестила руки на груди и прищурилась:
— В самом деле?
Рыцарь смущенно заерзал в седле, позвякивая кольчугой.
— Ну, не то чтобы совсем никаких, — промямлил Бельтан, отводя глаза, — но я все равно с ними справлюсь! — упрямо добавил он.
Мелия ободряюще похлопала его по руке:
— Разумеется, справишься, дорогой. Только не лучше ли вначале испробовать мой метод?
Рыцарь испустил тяжкий вздох разочарования, но покорно склонил голову в знак согласия.
— Хорошо, а теперь скажи мне, разбойники тебя не заметили?
— Почти уверен, что нет, — отрицательно покачал головой Бельтан. — Я слышал их голоса так ясно, будто они находились на расстоянии вытянутой руки, но не думаю, чтобы они засекли мое приближение. Звуки в тумане частенько разносятся только в одном направлении.
— Что ж, — кивнула Мелия, — будем надеяться, что они не знали заранее о нашем появлении. — Она подняла голову, огляделась по сторонам и вздохнула. — В сумерках у меня получается намного лучше, чем в тумане, но придется довольствоваться тем, что есть. — Тон ее внезапно изменился, сделавшись жестким и властным. — Так, всем быстро собраться вокруг меня как можно ближе. Я не смогу отвлекаться на каждого в отдельности, когда сконцентрируюсь.
Трэвис подогнал своего косматого меринка поближе к Бельтану и шепотом спросил:
— Что это она затеяла?
— Сейчас увидишь.
Мелия закрыла глаза. На лбу ее от напряжения проступили глубокие складки. Держа руки перед собой, она принялась шевелить пальцами, как будто что-то вязала. Туман вокруг них постепенно сгустился, став непроницаемым и таким же серым и мягким, как дорожный плащ Трэвиса. Глаза Мелии вновь открылись.
— Думаешь, этого будет достаточно? — озабоченно спросил Фолкен; голос его звучал глухо, слова тонули в туманной пелене.
— Есть только один способ проверить, — пожала плечами Мелия, трогая кобылу с места.
Они возобновили путь, держась тесной группой. Ориентироваться приходилось больше по звуку, потому что туман был очень плотным. Лишь спустя некоторое время Трэвис заподозрил, что это не они движутся сквозь туман, а туман движется вместе с ними. Поддавшись внезапному порыву, он набрал воздух в легкие и подул изо всех сил.
— Не делай этого, Трэвис, прошу тебя, — строго сказала Мелия.
Трэвис так и подпрыгнул в седле, потому что она в этот момент смотрела совсем в другую сторону, хмуря брови и напряженно вглядываясь в окружающую их завесу. На эксперименты он больше не пускался и в дальнейшем ехал молча, стараясь не отставать.
Они продвигались вперед в почти идеальной тишине. Стук копыт, скрип седел, случайный звон доспехов Бельтана — все моментально глохло в этой неестественной ватной пелене.
Неожиданно сквозь туман прорезался чей-то голос. Трэвис стиснул зубы, подавив едва не сорвавшийся с губ возглас. Голос звучал так громко и отчетливо, словно его обладатель находился не далее десяти шагов.
— Клянусь потрохами Сулата, скоро я совсем закоченею! Ну и холодрыга!
— Ступай вниз и расскажи Гвернегу, что у тебя пальчики озябли и ты не можешь больше торчать здесь и высматривать на дороге подходящую добычу, — насмешливо посоветовал другой голос, такой же грубый и хриплый, как первый. — Только как бы тебе не замерзнуть по-настоящему и навеки, когда он выпустит мечом твои вонючие кишки!
Первый разбойник с отвращением сплюнул.
— Мы тут с утра сидим и до сих пор ничего не видели, окромя треклятого тумана. Нет, ты только глянь, вон еще целое облако ползет, да какое густое! Не нравится мне это, хоть убей. Не простой это туман, а колдовской! Ох чую я, Маленький Народец здесь замешан. Может, им и дышать-то вредно для здоровья?
— Навряд ли вреднее, чем заполучить в брюхо пару футов стали, — откликнулся второй.
Первый недоверчиво хмыкнул, но оспаривать мудрые слова подельника не стал.
Голоса разбойников, понемногу стихая, остались за спиной. Только когда воздух из легких с шумом вырвался наружу, Трэвис осознал, что все это время задерживал дыхание. Маленький отряд остановился. Устало вздохнув, Мелия повела рукой. Окружавшее их облако тут же поредело, начало бледнеть, истончаться и рассыпаться клочьями, быстро тающими в стылом сыром воздухе. В северном направлении смутно проглядывали размытые дымкой две близко расположенные вершины — должно быть, те самые холмы, которые банда облюбовала для засады. Каким-то чудом четверым путникам удалось проскочить незамеченными мимо выставленных разбойниками дозорных.
В изумлении покосившись на осунувшееся лицо Мелии, Трэвис, однако, благоразумно не стал спрашивать, что именно стало причиной. Он был способным учеником и уже понял, что бывают вопросы, на которые лучше не знать ответов.
— Похоже, туман рассеивается, — проворковала Мелия.
— Какое совпадение! — отозвался Фолкен. И вновь зацокали по выщербленной временем брусчатке древней дороги копыта коней.
42
Через два дня они въехали в город.
На следующее утро после несостоявшегося столкновения с разбойниками туман окончательно рассеялся, дождь прекратился, и снова выглянуло солнышко. Его лучи сразу оживили унылый пейзаж вдоль дороги и позолотили все вокруг, включая размокшую бурую почву. В то же время изрядно подморозило. Зима, видать, не совсем позабыла этот край и теперь все уверенней предъявляла свои права. Звенья Бельтановой кольчуги мерно позвякивали в такт движению Из лошадиных ноздрей с шумом вырывались белые облачка пара. Дорожный плащ надежно защищал от холода тело Трэвиса, а вот руки сильно замерзли, и к концу дня он с трудом смог разжать застывшие на поводьях пальцы.
По мере продвижения к югу все чаще встречались признаки человеческого обитания. Сидя в седле, Трэвис с интересом обозревал одинокие фермы с крытыми соломой строениями, закопавшиеся в грязи убогие деревеньки и каменные сигнальные башни. В случае вторжения врага зажженные на них костры быстро донесут по цепочке до столицы тревожную весть.
Они уже порядочно углубились в пределы Эридана, хотя путь их проходил в стороне от самых населенных земель этого доминиона, лежавших, по словам Фолкена, дальше к западу, по берегам реки Серебрянки. Восточные же провинции считались малопригодными для сельского хозяйства по причине сильной заболоченности и отсутствия плодородных почв.
Солнце приближалось к зениту, когда из очередного рейда возвратился Бельтан. На этот раз рыцарь привез хорошую новость.
— Скоро будем проезжать мимо города, — весело сообщил он, осадив коня. — Он начинается сразу за теми холмами.
