смертного человека, — произнесла Ирис. — Мы ищем руины.
— Именно оттуда я и притащился, — ответил Джетро. — Просто ступайте по моим следам.
— Скажи, а ты видел пелену? — спросила Менция.
— Имеете в виду паранджу, которую надевают женщины? Какой в ней толк?
— Не паранджу, а пелену, — четко повторила Ирис.
— Вообще-то нет… Да и женщин в округе тоже не отыскать — слишком уж суровые здесь условия.
— Скажи, а ты никогда не думал о сделке? — весело спросила у него Сюрприз.
— Сделке?
— Ну да, чтобы получить недостающую информацию, — объяснила Ирис, погрозив пальцем маленькой девочке.
— А что, это нужно?
— Ну, Дриада очень любит подобные дела, — произнес Гари. — Мы думали, что ты захочешь попросить нас о помощи, чтобы попытаться найти выход отсюда.
— Да нет, что вы… Стоит мне только отдохнуть и вернуть свои силы, я выйду обратно по своим же следам, — ответил великан. — Однако сейчас это опасно, поскольку существует большая вероятность наступить на таких букашек, как вы.
— Спасибо, что не забываешь о нас, — произнесла Менция. — Ответь нам тогда, пожалуйста, на один простой вопрос.
— Конечно, я попытаюсь, — сказал Джетро, — однако мощь моего разума не идет ни в какое сравнение с возможностями тела. Поэтому ничего обещать не могу.
— А почему ты такой большой?
— Все великаны большие. Это часть нашего мира.
— Понятное дело. Моя лучшая половина Метрия шлялась по свету около пятидесяти лет назад… И тоже столкнулась с одним невидимым великаном. И он был раз в десять меньше тебя. Наверное, ты гигант среди великанов, верно?
— Не знаю, — смущенно ответил Джетро. — Насколько мне известно, все мы одинаковы. По крайне мере, оставляем сходные по размерам следы. Около пятидесяти лет назад я был сорокалетним юношей, который ничуть не отличался от своих сверстников…
— Неужели тебе девяносто лет? — спросила удивленная Ирис. — В каком же году ты родился?
— В тысяча первом!
— Значит, мы с тобой одногодки! Невидимое лицо, судя по всему, сморщилось.
— Не сочти за грубость, волшебница, но ты не выглядишь на девяносто три года! Скорее всего, я дал бы тебе двадцать три. Это что, иллюзия?
— Нет, обычное омоложение. В свои реальные сорок лет мне приходилось видеть великанов. Они достигали десятикратного человеческого роста. Однако ты… ты же превосходишь нас в сотню и более раз! Почему такое несоответствие?
— Наверное, я продолжал расти… — задумчиво ответил Джетро. — Теперь, когда ты упомянула об этом, я действительно могу признать, что окружающие деревья и дома постепенно становились все меньше и меньше… Хотя обычно великаны перестают увеличиваться в размерах по достижении зрелости… Хм… это очень и очень странно!
— Более чем странно, — согласилась Менция. — Это одна из очередных странностей, с которыми нам пришлось столкнуться…
— Неужели были и другие? — спросил Гари.
— Конечно! К примеру, кентавры обычно растут и стареют гораздо медленнее, чем обычные смертные люди. Кажется, примерно в четыре раза. Однако теперь кентавры сравнялись с нами в этом показателе. Что же касается сфинксов… то все полагали, что они исчезли около сотни лет назад. Каково же было всеобщее удивление, когда они появились будто ни в чем ни бывало вновь!
— Ты права, — согласилась Ирис. — Я уже достаточно пожила на этом свете, чтобы начать замечать подобные перемены…
— А безумие все расширяется и расширяется… Быть может, эти процессы как-то связаны?
— Возможно, — ответила Ирис. — Но основные изменения начали происходить в нынешнем столетии. То же самое относится и к безумию. Интересно, почему?
— Если мы узнаем причину подобных изменений, — решительно произнес Хиатус, — то найдем способ избавиться от этой напасти.
— Я могу помочь установить точную дату начала этих проблем, — предположила Ирис. — Покуда я жила на Острове Иллюзии, все было нормально. Однако, как только мне пришлось выйти замуж за Трента и переселиться в Замок Ругна, все пошло наперекосяк. До сегодняшнего момента я даже и не догадывалась об этом…
— Быть может, произошло какое-то событие? — спросил Гари. — Ну, я имею в виду — которое перевернуло судьбу Ксанфа, нечто вроде Времени Безволшебья!
— Время Безволшебья! — воскликнули разом Ирис и Менция.
— Скорее всего так оно и есть, — сказал Джетро. — Время разрушило миллиарды старинных заклинаний, а затем принялось за забудочные заклятия касательно Провала. Поэтому мы теперь о нем и помним! Кто знает, что могло произойти еще?
