ждал указаний.
— Сбросьте меня с этим фруктом за квартал от участка. Сами не спеша подъедете ко входу. Запомните, вы ничего не знаете. Главное — держите рот на замке, не то беды не оберемся. Потом придете ко мне в кабинет.
Керр остановился в указанном капитаном месте на плохо вымощенной улице позади здания полицейского участка.
МакБрайд отконвоировал бандита по пустырю, вышел к полиции сзади. Там отпер дверь своим ключом, впихнул Девора, направился с задержанным по длинному коридору, открыл еще одну дверь, и они оказались в его кабинете. МакБрайд задвинул засов на двери, ведущей в помещения полиции, после чего вздохнул спокойно.
— Присаживайтесь, мистер, — бросил он Девору, доставая из ящика бутылку. Он залпом выпил свою порцию, взглянул на задержанного. — Плеснуть?
— Спасибо, помоев не пью.
— Что б ты понимал, придурок, — определил МакБрайд, задвигая ящик.
— Мне надо позвонить, — вдруг заявил Девор. — Адвокату.
— Правильно, ни шагу без адвоката. Только нет тебя здесь, и звонить некому. И газетчикам фотографировать некого. Ты здесь существуешь только для меня. И только для того, чтобы расколоться.
— Это о чем?
— О славном завершении жизни Джо Манолы. И не надо мне вешать лапшу на уши. Я достаточно наслушался, сидя на жердочке за окошком.
— Как ты на меня вышел, МакБрайд?
— По пожарной лестнице.
— А как я на твою дочку вышел, нравится? — ухмыльнулся Девор. — Дочь бравого капитана снюхалась с бандюганами, а?
— Очень нравится. Но я это переживу. Ловко вы ее подставили. И мне хотелось бы знать, кто эта вторая девица.
— Хотелось бы? Что ж, узнай, попробуй.
В дверь осторожно постучали.
— Кто? — спросил МакБрайд.
— Тед.
Капитан впустил детектива. Тот вошел и мрачно уставился на Девора.
— Удобно устроился, падаль? Ничего, сейчас станет неудобно.
— Пригляди за ним, Тед, я выйду к журналистской братии, скажу пару ласковых.
Снаружи топталась группа газетчиков. Четыре репортера, три фотографа. Конечно, без Кеннеди не обошлось.
— Кэп! Капитан! Сообщение для прессы! — заволновались они, завидев МакБрайда.
— К сожалению, нечем порадовать, ребята, — развел руками капитан, состроив скорбную мину. — С пустыми руками вернулись.
— Вы кого-то сцапали, — не сдавался репортер из городского пресс-бюро.
— Я честен, как на исповеди. Никого. Следующий трамвай через пять минут, ребята. Еще успеете.
— Кэп, во имя моих бесчисленных заслуг перед полицией! — заклинал Кеннеди.
— Кеннеди, во имя моих бесчисленных стопариков!
Входная дверь открылась. Дымя сигаретою, небрежной походкой вошел человек среднего роста, среднего сложения, одетый строго по моде. Заказной серый костюм не меньше чем за сотню баксов, кремового оттенка рубашка, синий галстук, лихая панама, малаккская тросточка, на пальцах сверкали бриллиантами перстни.
— Привет, МакБрайд, — прожужжал вошедший, как будто не разжимая губ.
— Поздновато для визита, Дюк.
— Прошу прощения. Но прошел слушок, что ты весь город обстрелял. Где добыча?
— Репетирует. Для выступления на публике еще не созрела.
— Я имею право на свидание.
— Ты вообще не имеешь никаких прав, Дюк. Дверь у тебя за спиной. Подыши вечерним воздухом.
— Кончай ломать комедию, Мак. Я приехал, чтобы узнать, кого ты сцапал, и я это узнаю.
— Распоряжайся в своем гадючнике. Здесь ты никто. Проваливай!
МакБрайд шагнул к двери и распахнул ее.
— Строптивый капитан, — пробормотал Дюк. — Ничего, укротим.
Он вышел, за ним высыпали репортеры.
МакБрайд вернулся в кабинет. До полуночи они безжалостно допрашивали Девора, но так ничего и не добились. Вызвав полисмена, капитан приказал отвести задержанного в камеру.
— Слушай, МакБрайд, я требую адвоката. И немедленно.
— Перебьешься. Увести.
Протестующего Девора поволокли в камеру, а МакБрайд поник за своим столом.
Что принесет завтрашний день? Одно ясно: его дочь запятнала себя связью с преступным миром. Имя, снимки, кричащие заголовки… Джудит МакБрайд, дочь капитана полиции, грозы бандитов Ричмонда, человека неподкупного и непоколебимого… Его передернуло.
Зазвонил телефон, он снял трубку.
— Это ты, Стив? — услышал он обеспокоенный голос жены.
— Да, Анна.
— Стив, Джудит пропала. Она пошла в кино на… забыла, какой фильм… Сказала, что с Элси. Сеанс окончился в одиннадцать. Я позвонила Элси, она сказала, что они расстались на выходе из кинотеатра в одиннадцать. И еще. В десять звонила женщина, спросила Джудит. Я сказала, что она в кино. Что делать?
— Не беспокойся, Анна. Жди меня. Я быстро.
Бледный как привидение, МакБрайд положил трубку и застыл.
Когда он добрался домой, жена, всхлипывая, бросилась к нему навстречу. Чем он мог ее утешить?
— Подожди, Анна, подожди, еще ничего не ясно. Может быть, ничего не случилось. Может…
Его перебил телефонный звонок. МакБрайд медленно подошел к аппарату, снял трубку.
— Кто у телефона? — рявкнул в трубке грубый голос.
— МакБрайд.
— Слушай, МакБрайд. Ты выпустишь Девора до двенадцати ночи или дочери больше не увидишь. И не пытайся искать, не найдешь. Я звоню с вокзала. Завтра в полночь, МакБрайд, Девор на воле или делай себе новую дочку. Привет.
В ухе МакБрайда эхом отозвался щелчок разъединения. Он отвернулся от телефона, встретился глазами с полубезумным взглядом жены.
— Стив! Стив!
— Джудит жива. Ее похитила банда Девора. Цена ее жизни — свобода Девора.
— Боже мой!
Анна МакБрайд закрыла глаза, покачнулась. Капитан подхватил жену, осторожно опустил ее на диван. Впервые в жизни он молился — о дочери.
На следующее утро он сидел в кабинете с Тедом Керром.
— Мы прочешем весь город! — кипятился Керр. — Немедленно!
— Нет, безнадежно. На это дня три уйдет. Да и будет ли толк… А Девор им нужен к полуночи. Придется выпустить.
— Но, кэп, нельзя же его прямо так, за здорово живешь, отпустить!