присутствии красавицы Элизабет ей было неуютно, то что же говорить о Рейчел! Дэниела едва не застонала, представив себе, как нелепо выглядит в мужском черном костюме, грязная и растрепанная, рядом с этой необыкновенной красавицей.
Между тем герцогиня перевела взгляд на гостью. При виде необычного костюма Дэниелы в ее глазах зажглись озорные искорки, и она весело улыбнулась, обнаружив прелестные ямочки на щеках. Дэниела пожалела, что не накинула плащ. Впрочем, Рейчел ее вид, кажется, всего лишь позабавил. Дэниела горячо надеялась, что надменного герцога Уэстли дома не окажется. Уж он-то смеяться не будет.
Однако ее молитвы не были услышаны. На верху балюстрады показалась высокая мужская фигура.
Герцог держал себя поистине с королевским достоинством. Красивое лицо с широким лбом, аристократическим носом, выступающими, резко очерченными скулами и волевым подбородком очень напоминало лицо Моргана, но поражало зрелой, совершенной мужественной красотой.
Дэниела мгновенно сжалась при виде герцога, мечтая лишь о том, как бы ей провалиться сквозь землю или стать невидимой.
– Морган! – радостно воскликнул герцог Уэстли, но тут же нахмурился, разглядев наряд своего брата и его странной спутницы. – Что произошло?
– Совсем не то, что ты думаешь, – поспешил уверить его Морган. – Я сдержал слово.
Герцог улыбнулся, и его лицо мгновенно смягчилось, утратив выражение холодной надменности. Он быстро сбежал по лестнице и порывисто обнял брата.
Дэниелу поразила перемена, произошедшая с герцогом. Она ни разу не видела, чтобы самодовольный, бессердечный герцог Уэстли, каким она всегда его считала, улыбался. Но даже не это удивило девушку, а та любовь и теплота, которые появились в его взгляде, когда он приветствовал своего брата. Но вот Джером повернулся к жене, и в его улыбке появилась нежность, а глаза вспыхнули такой любовью и восхищением, что Дэниела почувствовала невольный укол зависти. На нее никто никогда так не смотрел. Ей вспомнились слова Моргана о том, что герцог стал чаще улыбаться с тех пор, как женился. «А кто бы на его месте не улыбался», – добавил он.
«Да, – грустно подумала Дэниела, – кто бы не улыбался, глядя на такую красавицу, в том числе и сам Морган!»
Рейчел улыбнулась мужу в ответ, затем перевела взгляд на Дэниелу.
– Представь нам свою подругу, Морган. – Ее низкий, чуть хрипловатый, чувственный голос показался Дэниеле чарующим. Черт возьми, ну почему у этой женщины все должно быть совершенно! Какой же наивной она была, полагая, что Морган может заинтересоваться такой невзрачной, неуклюжей особой, когда он был знаком с этим чудом совершенства и, без сомнения, боготворил ее.
– Леди Дэниела Уинслоу, дочь графа Крофтона, – чуть смущенно сказал Морган и взял ее под руку. – Она поживет здесь какое-то время.
Эти слова сразу же вывели Дэниелу из себя.
– Я немедленно уезжаю! – заявила она, вырывая руку.
– Черта с два ты уедешь! – Глаза Моргана яростно сверкнули.
– Я очень рада, что Морган уговорил вас приехать к нам, леди Дэниела, – с веселой улыбкой обратилась к ней герцогиня.
– Уговорил?! – Дэниела не смогла сдержать своего возмущения. – Едва ли можно так назвать действия этого... этого...
– Видишь ли, я не совсем ее уговорил, – пробормотал Морган, стараясь не встречаться взглядом с братом, наблюдавшим за всем этим с веселым удивлением. – Я... э... скорее похитил ее.
– Ах, как замечательно! – воскликнула Рейчел. – Так ты наконец влюбился, Морган!
Если бы это было правдой! Дэниела невольно вздохнула.
Морган сердито посмотрел на свою очаровательную невестку.
– Уверяю тебя, любовь здесь вовсе ни при чем!
Дэниела почувствовала, как ее лицо заливает краска стыда и унижения. Господи, что подумают о ней герцог с герцогиней!
– Вот как? – Герцог скептически посмотрел на брата. – Что же в таком случае могло заставить тебя совершить столь отчаянный поступок?
– Я всего лишь хочу спасти ее от виселицы! – заявил Морган, вызывающе глядя на брата.
Дэниела никогда не падала в обморок, но сейчас, кажется, была близка к этому, как никогда. Неужели Морган готов выложить все герцогу и тем самым окончательно загубить ее репутацию?
У Рейчел от изумления вытянулось лицо.
– Но каким образом может грозить виселица дочери графа Крофтона? – с беспокойством спросила она.
Дэниела опустила голову, взмолившись про себя, чтобы Морган промолчал, не отвечая прямо на вопрос. К сожалению, в этот день господь не слышал ее молитв.
– Дело в том, что леди Дэниела и есть тот самый самозванец, который выдавал себя за Благородного Джека!
Дэниела невольно сжалась, ожидая, что на нее сейчас обрушится гнев герцога и она будет с позором изгнана из его дома. Однако, к ее немалому изумлению, герцог откинул назад голову и весело рассмеялся, словно его брат сказал что-то крайне смешное. Видимо, он не принял всерьез его слова, с обидой решила Дэниела.
Рейчел, напротив, оставалась крайне серьезной. Нахмурив свой хорошенький лобик, она спросила, глядя на Дэниелу с сочувствием:
