Загрузка...

Айрис Джоансен

Живая мишень

1

15 октября, Арапахо-Джанкшн, Колорадо

— Я знаю, что все сроки уже прошли! — Алекс Грэм крепко сжала в руке мобильник. — Отправлю снимки, как только смогу.

— Если бы вместо того, чтобы махать лопатой, ты занялась своим прямым делом, фотографии давно были бы у меня. Мне нужны снимки спасателей, Алекс. И срочно, — резко сказал Джим Карак. — Вчерашние новости — это не новости; плотину прорвало уже почти неделю назад. Через два дня макет номера пойдет в типографию, а репортажа о спасательных работах до сих пор нет. Что прикажешь мне делать? Отдать лучший разворот под очередную свадьбу очередной бразильской телезвезды? Так мы очень скоро останемся без подписчиков и меня выгонят к чертовой матери. И тебя тоже.

— Но ведь спасательные работы еще не закончены, — попыталась оправдаться Алекс. — Спасатели еще достают из-под завалов живых, и…

— И ты должна делать душещипательные снимки, повествующие о невероятной удаче тех, кого удалось спасти, а не работать киркой и заступом, — отрезал редактор. — Ты нарушаешь основной принцип, Алекс: профессиональный журналист не имеет права становиться частью своего репортажа. От тебя я этого не ожидал.

— Но пойми, Джим, под этой грязью и камнями могут быть живые люди! — попыталась убедить его Алекс, но все было бесполезно: Карака интересовал только репортаж. — Ладно, ты получишь свои картинки, — раздраженно бросила она и, выругавшись, выключила телефон.

Прислонившись к стене, Алекс потерла пальцами виски. Господи, как же она устала! Карак был прав: еще немного — и ей придется подыскивать для своих материалов другого издателя. Она сработала непрофессионально, сорвала сроки репортажа, и, если бы не ее прежние заслуги, Карак уже давно разорвал бы с ней контракт.

— Ну, как дела? — В дверях трейлера появилась Сара Логан со своим псом Монти.

— Не блеск, — коротко ответила Алекс, продолжая массировать виски. — Я не справляюсь с работой — никак не сосредоточусь на главном.

— А по-моему, ты отлично справляешься; твой редактор просто не представляет себе, что здесь происходит. — Сара наполнила миску Монти свежей водой и, пока он пил, присела на корточки рядом. — Кстати, о главном… Утром в квадрате 13 — 13 откопали живого ребенка. Как видишь, сочетание несчастливых чисел оказалось для него счастливым.

— Да, это намного важнее, чем любой, даже гениальный репортаж. — Алекс улыбнулась. — Наплевать на Карака!

Лицо Сары осталось серьезным.

— Но я не хочу, чтобы ты потеряла работу, Алекс. Я знаю, как много она для тебя значит. Может, тебе все-таки стоит прислушаться к тому, что говорит твой редактор? Поверь, у нас нет недостатка в добровольцах, способных работать ломом и лопатой…

Алекс приподняла брови.

— Уж не хочешь ли ты сказать, что моя помощь больше не нужна?

— Ну что ты, конечно, нет, дорогая. Ты прекрасно знаешь, что, когда катастрофа принимает такие масштабы, нам нужна каждая лишняя пара рабочих рук и… рабочих носов. — Сара посмотрела на Монти. — Просто я не хотела, чтобы у тебя были неприятности. Клянусь богом — в мире и так хватает трагедий!

И Сара Логан видела многие из них своими глазами. Она и ее золотистый ретривер по кличке Монти — одна из лучших поисковых собак Спасательной службы США — объездили чуть не весь мир, и это были вовсе не туристские вояжи. За прошедшие пять лет Алекс сталкивалась с Сарой не меньше десяти раз. Они и подружились-то во время землетрясения в Турции — в Измире, где Сара и Монти работали в интернациональной бригаде спасателей, помогая извлекать из-под развалин глинобитных лачуг тела взрослых и детей. В основном это были именно тела — раздавленные, расплющенные изуродованные, но все же и тогда им удалось спасти несколько человек.

— Не волнуйся, никто меня не тронет. И в первую очередь Джим. Я ему нужна. Где он возьмет другого такого фоторепортера?

— И все равно, Алекс, копать землю и ворочать камни — не твоя работа. — Сара покачала головой. — Посмотри на себя! Ты с ног до головы покрыта засохшей глиной, у тебя все руки в мозолях, волосы растрепаны, глаза красные… Насколько мне известно, ты не ложилась уже больше суток, и…

— А ты?

Сара пропустила вопрос мимо ушей.

— … Но это все пустяки. Самое главное, Алекс, — у тебя сердце кровью обливается, я же вижу. Так нельзя! Нельзя принимать каждую трагедию как свое личное горе, иначе ты просто-напросто сломаешься. Уж я-то знаю…

— Можно подумать, будто я выехала на место катастрофы в первый раз.

— Нет, не в первый, но… в те разы было по-другому. Тогда ты только снимала и помогала медикам на пункте первой помощи. Ты не работала лопатой, не выкапывала из земли трупы людей…

Алекс поморщилась. Ей не хотелось думать о трупах — за последние несколько дней она видела их слишком много.

— Но ведь ты делаешь это постоянно, — возразила она. — Ты могла бы сидеть дома и тренировать собак-спасателей, но каждый раз, когда раздается звонок, вы с Монти прыгаете в вертолет и несетесь на другой конец страны, на край света. Ладно, я-то давно знаю, что ты сумасшедшая, но твой муж… Как он выдерживает все это? На его месте я бы давно закатила тебе хорошенький скандал, — попробовала отшутиться Алекс.

— Конечно, ему это не нравится, — согласилась Сара. — Но он понимает, что мне это нужно, что без этого я не смогла бы оставаться собой. — Сара нахмурилась. — Но мы говорим не обо мне. Я наблюдала за тобой все эти дни и могу сказать, что ты на себя не похожа. Ты работаешь как одержимая. А я ведь знаю, что тебе нравится фотографировать, это твоя работа, твое предназначение в жизни. Прости за высокий стиль, но ты сама как-то это сказала. Но сейчас что-то изменилось, и я боюсь… Прошу тебя, Алекс, не позволяй этой катастрофе сбить тебя с пути истинного! Ты не должна отвлекаться от главного — от своего репортажа. Ведь, повторяю, для тебя это не просто еще одна работа, еще одно редакционное задание. Это…

— Я и не отвлекаюсь, — перебила Алекс. — Вот увидишь, я сделаю этот чертов репортаж вовремя. — Она наклонилась и рассеянно почесала Монти за ухом. — Но я просто не могу оставаться в стороне. Каждый раз, когда я начинаю делать снимки, мне кажется, что я занимаюсь ерундой. Если бы вместо этого я поработала лопатой, мне, быть может, удалось бы спасти чью-то жизнь.

Сара пристально посмотрела на подругу и неодобрительно покачала головой.

— Не надо тебе браться за подобные задания, Алекс. Ты изменилась. Я знала, что это произойдет, знала с тех самых пор, когда увидела тебя в Нью-Йорке в Центре мировой торговли…

Алекс вздохнула и прикрыла глаза. Катастрофа одиннадцатого сентября потрясла всю Америку. До сих пор ей иногда чудился запах раскаленной стали и оплавившегося бетона. И чад, едкий чад, который затянул улицы, словно траурное покрывало. Она вспомнила ощущение беспомощности и бессилия, которое испытала, увидев, как Сара и Монти пробираются среди покореженной, скрученной арматуры, вспомнила слезы на своих щеках, вспомнила жирную копоть и запах горелой пластмассы. Там они не нашли ни одного живого человека.

— Одиннадцатое сентября изменило всех нас. Сара кивнула:

— Да, но у меня, по крайней мере, был человек, к которому я могла вернуться. Он помог мне залечить самые глубокие раны. — Она вздохнула. — Надо было мне тогда настоять, чтобы ты тоже поехала со мной.

Алекс покачала головой:

— Я не могу каждый раз прятаться за твою спину. Жизнь не остановилась, жизнь идет дальше и готовит нам еще много страшного. Я должна научиться… приспосабливаться. — Она повела плечами. — А если с собой в будущее я беру какой-то багаж, значит, так и должно быть. От воспоминаний трудно избавиться,

Вы читаете Живая мишень
Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату