нему.
На воде показалась оторванная голова водителя. Малик схватил ее за волосы и отшвырнул. Плавник возник опять — совсем близко. Гарпунщики в лодках изготовились к броску. Один, высокий и плечистый, с гиканьем метнул свое оружие, привязанное толстой лесой к крюку на носу лодки.
Вода вскипела. Леса натянулась струной, гарпунщик едва не упал в воду. Накинув лесу на крюк, он присел и вцепился в борта лодки. Суденышко потащило по озеру, закружило. Плечистый схватил новый гарпун, который ему протянул рулевой с кормы.
Грянул выстрел, второй, третий. Макота пытался спасти Малика и клал пулю за пулей вокруг него. Остальные бандиты не стреляли, опасаясь попасть в товарища.
— Катраны сторожат Корабль, — пробормотал Крючок. Его телега все еще тащилась по аппарелям за медленно поднимавшимся фургоном. Железо громко скрипело под колесами.
К аппарелям подплыли еще три лодки. Охотники загарпунили земноводную акулу, один умудрился всадить наконечник ей точно в глаз. Мертвый катран всплыл кверху брюхом, и Туран увидел вместо нижних плавников короткие когтистые лапы.
— Малик, придурок! Чё стал?! Вылазь! — заорал атаман.
Бандит словно очнулся. С перекошенным лицом он выбрался на мостки, кашляя и плюясь соленой водой, побежал к аппарелям.
Второй мотофургон, волоча за собой накренившиеся телеги, почти преодолел подъем, когда левая аппарель громко затрещала. Истошно завопил высунувшийся из окна самохода Дерюжка, газанул — фургон дернулся, вместе с первой из прицепленных телег вкатился на плиту, и тогда аппарель проломилась. Повозка Крючка упала в воду, клетка слетела с нее, Турана с головой накрыла мутная волна.
Он вынырнул, фыркая, держась за прутья крыши. И увидел рядом клетку пятнистого, упавшую вместе с другой телегой, — мутант, кряхтя и вращая глазами, выбирался сквозь пролом в прутьях. Сбоку забулькало, возникла голова Крючка. Он встал на дне — вода достигала груди — и заспешил к мостку, в который упиралась еще целая аппарель.
Мутант вылез до пояса, когда сверху донесся крик Макоты:
— Убегает! Держите его! Кромвель! Мутанты на тебе — поймай скотину, а то самого на Арену продам!
Пятнистый с победным рыком выбрался из клетки. По боку, расцарапанному краями сломавшихся прутьев, текла кровь.
Левая рука Турана повисла плетью: при падении он сильно ударился плечом. Держась за прут правой, пленник крикнул:
— Эй! Помоги мне! Выпусти!
По аппарели застучали подошвы. Пятнистый повернулся, уставился на Турана темными глазками.
— Выпусти! — Туран потряс прутья.
Мутант шагнул к нему. Клетка медленно кренилась, погружаясь углом в рыхлое дно озера. Пятнистый схватился за нее и потянул на себя. За его спиной с аппарели в воду один за другим спрыгнули Бочка, Дерюжка, Леха, Стопор и Кромвель с сетью.
— Крючок, назад! — приказал атаман.
Выбравшийся из воды лопоухий сплюнул и повернул обратно, чтобы помочь им.
Заросшая коричневой шерстью полузвериная морда была прямо перед Тураном. Он сказал:
— Сломай замок. Вот этот, сбоку. Он не такой, как на твоей клетке, легкий, видишь? Ты его сломаешь.
И пятнистый понял. Вцепился в клетку обеими лапами, дернул и с хрустом оторвал дужку замка.
Бандиты были прямо за ним. Кромвель раскручивал сеть, Бочка занес гнутую железную трубу. Пятнистый с рыком обернулся к ним, расставил лапы и пошел в атаку.
Вдохнув поглубже, Туран нырнул.
Глава 13
Как он сбег?! — в ярости выкрикнул Макота. — Как?!!
Мокрый с ног до головы Крючок кивнул на верхнюю часть клетки, почти целиком ушедшей под воду.
— Упала.
— Я вижу, что не взлетела! Почему она упала? И как он сбег оттуда?!!
— Да ведь ехали быстро, — пожал плечами лопоухий. — Машины тяжелые. Железяка треснула, я при чем? Она под самоходом треснула, не подо мной.
Они стояли на краю плиты, к которой вели аппарели. Сквозь дыру открывался вид на тусклый железный мир внутри Корабля — огромные залы, огни ламп и факелов в сумерках, гулкое эхо, бесконечные лестницы. На мостках местные разделывали тесаками тушу выловленного катрана, вокруг сновали бандиты, вытаскивали из воды повозку и клетки. Несколько гарпунщиков, подняв оружие, дежурили в лодках у обвалившейся переправы.
— Поговори у меня! — Макота сунул под нос Крючку кулак. — Самоход — то не твое дело. Твое дело — телега, а она в озере! И шакаленок сбег! И мутант мой!!!
Не помня себя от гнева, атаман врезал Крючку по челюсти. Удар был силен — лопоухий упал. Сел, упершись ладонью в железо. По челюсти побежала струйка крови, Крючок потер подбородок. Глаза его сверкнули ненавистью. Макота этого не видел — сбежав по аппарели, он прыгнул в воду. Фыркая, присел, нащупал в мутной воде нижнюю часть клетки и с хриплым выдохом приподнял. Поставив клетку вертикально, попятился, разглядывая.
— А! — Задрав голову, он ткнул пальцем в сломанный замок. — Хто его сломал? Хто?! Да ты… ты што, сам шакаленка выпустил?!!
Макота по привычке потянулся к пистолету на ремне, забыв, что намокшее оружие не выстрелит.
— Пятнистый сломал, — глухо ответил сверху Крючок. — Мутант.
— Зачем бы он стал его ломать?! Ты чего врешь, сволочь ты поганая…
— Не вру. Пятнистый шакаленка выпустил, после всех расшвырял да рванул отсюда.
По целой аппарели сбежал запыхавшийся Дерюжка.
— Шакаленок там! — крикнул он.
— Где?!! — заорал атаман. Позабыв о своих подозрениях, он ухватил Дерюжку за ногу и, едва не стащив в воду, полез на мостки. — Где тварь?!! Сюда его!
— Не, уже далеко он. — Молодой бандит помог хозяину выбраться. — К берегу под мостками пробирается.
— За ним! Крючок, Бочка, берите машину, стволы — и за шакаленком! — распорядился Макота. — Кромвель — с ними! Сеть не забудь! Догоните, пока его катраны не сожрали! — Он окинул взглядом своих людей, машины, железные настилы, ведущие в огромную гулкую утробу Корабля. — Мне б с вами… Не могу, тута надо глядеть. Сами езжайте и шакаленка целым доставьте!
Вскоре под колесами мотофургона задрожал настил. Машина смогла съехать с плиты, когда местные притащили новую аппарель и установили ее рядом с той, что осталась целой. За рулем сидел Крючок, рядом — Бочка с ружьем и погнутой трубой, к которой еще со времен атаки на омеговский танкер он прикипел всем сердцем. На подножке стоял Кромвель с револьвером в руке, к плечу была пристегнута сетка. Крючок сосредоточенно смотрел перед собой. Он даже не жевал.
— Вон дичь! — воскликнул Кромвель.
На краю Соленого озера мелькнула фигура — беглец, покинув мостки, бросился к тропинке между слоистыми холмами, за которыми торчала темная вершина скалы.
— Ага! — заорал Бочка, возбужденно облизываясь. — Туда, Крючок!
— Куда? — хмуро спросил лопоухий.