карьере, семье, будущем?
—
Подумал, — кивнул Яан. — Иначе я пришел бы не в этот кабинет.
—
Что тебе нужно?
—
Мне нужна твоя помощь.
—
Ты говоришь о помощи брата или о помощи министра юстиции?
—
В данном случае это одно и то же.
—
В чем проблема?
—
Даже не знаю, как начать… — Яан глубоко затянулся и выпустил струю сизого трубочного дыма. — Мне предстоит провести одну операцию. Это ИХ операция, Вилли. С точки зрения закона здесь все в порядке… Речь идет о группе из четырех-пяти человек. Это — агенты ГРУ…
—
Советская военная разведка? — изумленно воскликнул Вилли.
—
Да. При них нет наркотиков, они не сделали ничего противозаконного, располагают железными документами. Уверен, что в момент задержания у них не будет обнаружено огнестрельное оружие или какие-нибудь другие причиндалы, выдающие ремесло. Одним словом, это опытнейшие агенты…
—
Ты хочешь сказать, что их причастность к ГРУ доказать невозможно?
—
Я этого не говорил, — пробормотал Яан. — Думаю, возможно. Но для этого их надо арестовать, провести следствие, подвергнуть соответствующим допросам…
—
Так в чем проблема, Яан? — недоуменно пожал плечами Вилли Стурхольд. — Положи на этот стол все материалы, я передам их в контрразведку, и пусть они сами ломают себе голову…
—
Одного из них, судя по всему, резидента, американцы хотят забрать себе… — Голос Яана Стурхальда звучал по-старчески надтреснуто. — А потому они настаивают, чтобы эта операция была проведена силами полиции. В свою очередь, я не имею права этого делать по двум причинам. Во- первых, речь идет об операции по захвату резидентуры советской военной разведки — это не мой департамент, не мой уровень, Вилли. Такими делами занимается контрразведка. А во-вторых, я не могу пойти на это, не поставив в известность начальника Управления криминальной полиции Бергкампа. Ему надо объяснить, зачем мне вдруг понадобилось спецподразделение. Или, как минимум, представить после операции всех задержанных и улики, делающие это задержание легитимным…
—
Чем я могу тебе помочь? — тихо произнес Вилли Стурхольд.
—
Если у меня на руках будет твое устное распоряжение осуществить захват, я смогу действовать без оглядки, выполнить условие американцев, а затем, якобы убедившись, что схваченные — иностранные агенты, передать их в контрразведку. Но… без резидента. Он исчезнет и, видимо, уже никогда не вернется в Голландию…
—
А его люди на допросах в контрразведке расколются во всем, да?
—
Не думаю, брат, — покачал головой Яан и выбил трубку в пепельницу. — Это профессионалы, причем советские. Скорее всего, они будут молчать. Но даже если и заговорят, ничего путного сказать не смогут. При их структуре резидента может знать только один человек, не больше… Впрочем, операция предстоит рискованная, так что, вполне возможно, возникнет перестрелка. Ты же знаешь: мы, в полиции, не любим рисковать своими людьми…
—
На основании ЧЕГО я могу дать тебе такое распоряжение? — Министр откинулся в кресле и закрыл глаза.
—
Я не знаю, Вилли, — пробормотал Стурхольд. — Подумай сам…
—
Зачем мне думать, Яан? — Вилли брезгливо оттопырил нижнюю губу. — Наверняка ты знаешь, ЧТО мне надо делать, ведь так?
—
Ты мог получить по телефону сведения от анонимного лица…
—
Аноним, презрев полицию, звонит непосредственно министру юстиции! Браво, братишка!
—
А если сведения такие важные, что он не рискнул обратиться к кому-либо другому?
—
И что мне сообщил этот анонимный заявитель?
—
Да что угодно! Проверить-то это все равно нельзя — аноним он и есть аноним, Вилли!
—
Так что он мне сообщил?
—
Что он знает местонахождение каких-то вооруженных типов, судя по всему, не голландцев. Что очень тревожится по этому поводу и просит проверить его подозрения…
—
Ну, конечно! — саркастически усмехнулся Вилли. — А я сразу же сообщаю об этом не в контрразведку и даже не твоему начальнику Бергкампу, а лично собственному брату! По части логики выглядит просто потрясающе, Яан!
—
У тебя нет никаких оснований сразу же звонить в контрразведку, — быстро ответил Стурхольд. — Это не обязательно должны быть арабские террористы. Тем более что аноним говорил о людях с европейской внешностью… Возможно, просто уголовники. Или торговцы наркотиками… Кстати, Бергкампа со вчерашнего дня на работе нет. Он в Утрехте — внучка рожает… Как только ты позвонишь ему, секретарша тебе это скажет. А после Бергкампа второе лицо в криминальной полиции — я. Тут нет места совпадениям, брат. Сразу же после окончания операции я сделаю тебе официальный звонок, в котором сообщу, что арестованные — явно не по моей части. И уже потом ты сам позвонишь в контрразведку и скажешь им, чтобы они приняли у меня весь улов… Вилли, прости меня, но другого выхода из этой ситуации нет. Я все продумал, все просчитал…
—
Когда мне позвонит аноним?
—
Минут через сорок — сорок пять.
—
Ты едешь в контору?
—
Немедленно после разговора.
—
Это твоя ПОСЛЕДНЯЯ просьба ко мне такого рода?
—
Это мое ПОСЛЕДНЕЕ дело такого рода, брат.
—
Ты собрался в отставку Яан? — Стурхольд-младший недоверчиво вскинул брови.
—
Я хоть немного подниму тебе настроение, подтвердив твою догадку?
—
Отчасти, — сухо кивнул Вилли Стурхольд.
—
Я рад, что хоть как-то скрасил впечатление от этого неприятного разговора.
—
Когда ты собираешься проводить свою… операцию?
—
Сегодня ночью. Естественно, если получу от тебя телефонное уведомление.
—
Поезжай в контору, Яан.
—
Спасибо тебе, Вилли!..
Когда за Яаном Стурхольдом закрылась дверь, министр юстиции несколько минут не двигаясь сидел в кресле. Потом резко вскочил, вернулся за свой рабочий стол и нажал кнопку селектора.
—
Да, господин министр, — отозвалась личный секретарь.
—
Пусть Виирсма зайдет ко мне…
Возникший на пороге кабинета сорокапятилетний гигант Кнудт Виирсма, бывший двадцать лет назад чемпионом Европы по дзюдо в тяжелом весе, практически заслонил в ширину двойную дверь.
—
Вызывали, шеф?
—
Заходи, Кнудт, — кивнул Вилли Стурхольд своему личному телохранителю. — Ты мне нужен…
Когда Виирсма устроился на стуле, Стурхольд без обиняков бросил:
