— Они уже несколько месяцев не встречаются! С самого… Дня благодарения. Да, как раз накануне Дня благодарения она его и отшила.
— Неужели?
— Точно. Джек полный кретин.
— Согласен.
— Сходи к ней.
— Она, наверное, уже подцепила себе кого-нибудь.
— Ничего подобного.
— Ты-то откуда знаешь? Ты же выселилась из общежития.
Бросив университет, Грейс сняла квартиру рядом с фабрикой.
— Мы с ней все-таки подруги, — обиделась Грейс. — И я хожу обедать в студенческую столовую. Там классные макароны с сыром.
Джон засмеялся.
— Позвони ей, предложи встретиться, — убеждала Грейс. — Расскажи все как есть. Хуже не будет.
— Очень даже может быть.
Больше они об этом не говорили, но последний довод Грейс не давал Джону покоя. Как и последняя встреча с Кейси.
Поехав в университет на занятие по динамике, машину Джон поставил на стоянке рядом с общежитием Кейси, однако заходить внутрь и звонить из вестибюля не стал, а отправился прямиком в учебный корпус.
Возвращаясь с лекции о вращении твердого тела, он вновь остановился перед общежитием. Было почти пять. Кейси скорее всего делает домашнее задание или готовит ужин. Если уж так хотелось с ней поговорить, надо было зайти перед лекцией. Теперь поздно.
— Я идиот, — прошептал он себе под нос и двинул к машине.
— Джон!
В трех метрах от него стояла Кейси с двумя незнакомыми ему студентками. Они глядели на него с любопытством.
— Привет, Кейси.
— Что ты… Как поживаешь?
Он пожал плечами.
— Дел невпроворот.
— Я слышала. Грейс держит меня в курсе, да и в газете про тебя пишут.
Джону хотелось сказать так много, что он даже не знал, с чего начать. Подруги Кейси, рассматривавшие его словно жабу, случайно оказавшуюся у них на пути, уверенности не прибавляли.
— Слушай…
— Что?
— Давай сходим куда-нибудь поужинаем.
— Кейси, — сказала одна из девушек. — Ты ведь собиралась…
— Все в порядке, Шерил, — оборвала ее Кейси, и, повернувшись к Джону, сказала: — Ну, пошли.
Рассказать правду оказалось проще, чем он ожидал. И уж совсем естественным было проснуться утром в своей квартире и увидеть рядом с собой Кейси.
— Я не сказала, что верю тебе, — опершись локтем на подушку, продолжила она вчерашний разговор.
— Тогда почему ты здесь? — спросил Джон.
— Потому что сам ты в это веришь и думаешь, что мы расстались из-за твоей страшной тайны.
— А это не так?
— Так. Только теперь я никак не могу решить, что именно ты скрывал: путешествия по вселенным или свой параноидальный бред о путешествиях во вселенных.
Джон усмехнулся.
— Генри и Грейс мне сразу поверили.
— Что ж, случается, что умные люди ведут себя нелогично. А сумасшедшие часто бывают невероятно убедительны.
— У нас есть прибор. Мы его изучаем.
— И он работает?
— Да!
— А Генри и Грейс видели, как он работает?
— Э-э, нет. Но я-то видел.
— И подтвердить это можешь только ты сам.
— Харборих и Висграт тоже знают.
— Кто-нибудь слышал ваш разговор?
— Н-нет, никто.
— Значит, ты понимаешь мою проблему.
— Не совсем.
— Могу ли я любить психа?
— Ну, не все так страшно. Паранойя еще не психоз, верно? Скорее, что-то вроде невроза. А у кого сейчас нет неврозов?
— Нет уж, посвящать жизнь бредовой идее — это, по-моему, самый настоящий психоз.
— Благодаря этому «бреду» мы зарабатываем кучу денег.
— Так что, пинбол тоже часть психоза? А я надеялась, на его создание тебя подвиг всего лишь комплекс неполноценности.
— Какой еще комплекс неполноценности? Я отлично справляюсь со всем, за что берусь. Почти.
Кейси засмеялась.
— Ты очень милый псих.
— Вот видишь, у меня нет причин чувствовать себя ущербным! Я не коротышка, как Наполеон. Учусь в университете. Мой бизнес растет как на дрожжах. Если уж на то пошло, у меня большой… ну, ты понимаешь. Больше, чем у многих.
— Откуда ты знаешь? Про последнее.
— Читал статьи. В научных журналах.
— Там было много цветных картинок и постер на весь разворот?
— Нет. Только черно-белые диаграммы. Много, много диаграмм.
Кейси со смехом оседлала его.
— Твои научные исследования вызывают у меня интерес. Можешь считать, что ты оправдан. За недостаточностью улик.
— Ты веришь, что я… говорю правду?
— Не очень. Но если ты веришь, что это правда, то ты по крайней мере честен со мной.
На следующее утро доставили здоровенные ящики с оборудованием и материалами, которые заказала Грейс.
— Что мы будем со всем этим делать? — воскликнул Джон.
— Генри не терпится приступить к сборке.
— Да ну? — удивился Генри.
— Разве нет?
— Если бы я хоть что-то смыслил в электронике…
— Совсем недавно ты ничего не смыслил в пинболе.
— Что да, то да.
К этому моменту они так набили руку, что за час могли разобрать пару сотен нитей. Схема росла медленно, но уверенно. В ней даже стал проступать какой-то смысл. Казалось, еще чуть-чуть, и его изящная
