встречается то и дело, от Шолье до Констана.
16 Несчастной жертвой Ленский пал… — Странная фраза в устах Онегина. Сочетание bon gout с нечистой совестью делает неясной манеру его речи. Жертвой чего? Ревности? Чести? Судьбы? Меткости Онегина? Или его тоски?
Вдумчивый комментатор, пожалуй, отметит, что если ипохондрик-англичанин стреляет в себя, то снедаемый хандрой русский предпочитает убить друга, совершая тем самым, так сказать, самоубийство «через представителя».
17—18 Этот риторический оборот пользовался огромной популярностью у поэтов того времени. Ср.: Баратынский, «Бал», стихи 223–224:
И, прижимая к сердцу Нину, От Нины сердце он таил… 20—21 Я думал: вольность и покой / Замена счастью — Ср.: последняя строка пушкинской оды «Вольность» (1817), а также стихотворение «Пора, мой друг, пора…» (восемь строк, написанных ямбическим гекзаметром около 1835 г.) стих 5:
На свете счастья нет, но есть покой и воля. «Покой» включает значения: «мир», «отдохновение», «безмятежность» и «внутренняя свобода». (См. также «Путешествие Онегина», [XVIII], 13.) В другом месте «покой» заменяется «привычкой» (гл. 2, XXX, 14).
29 Пред вами в муках замирать; 34–40 Но чтоб продлилась жизнь моя, / Я утром должен быть уверен, / Что с вами днем увижусь я; 49 …обнять у вас колени; 53 А между тем… — Как указывают русские комментаторы[859], письмо Онегина изобилует перекличками с «Адольфом» Констана (см. мой коммент. к гл. 7, XXII, 6–7). Оно написано в том же резком нетерпеливом тоне, что и слова «Mais je dois vous voir s'il faut que je vive»[860] (гл. 3) с парафразами типа «Mais alors meme, lorsque tout mon etre s'elance vers vous, lorsque j'aurais un tel besoin de me reposer de tant d'angoisses, de poser ma tete sur vos genoux, de donner un libre cours a mes larmes, il faut que je me contraigne avec violence…»[861] (там же).
30 Бледнеть и гаснуть — это почти точный повтор гл. 4, XXIV, 2: Татьяна «бледнеет, гаснет».
49 …обнять у вас колени… — Амфорообразная поза объятия, выражающая мольбу и преданность, постоянно встречается в европейской художественной прозе того времени. См., например, мадам де Крюднер, «Валери», письмо XLII: «Je [Линар] m'elancai a ses [Валери] genoux, que je serrai convulsivement»[862].
В эпистолярном романе Ричардсона «История сэра Чарльза Грандисона» (т. 1, письмо XXIX к мисс Селби, понедельник, 20 февраля) коварный носильщик портшеза относит мисс Байрон в дом, где сэр Харгрейв Поллексфен «бросается к [ее] ногам»; «[она] падает на колени и обхватывает руками [одну из отступающих женщин]». Затем она склоняет колени перед негодяем. Затем бросается на диван у окна. Затем он бросается к ее ногам. Затем он обнимает ее колени своими мерзкими руками (см. схожую сцену у мадам де Сталь, мой коммент. к гл. 3, X, 3).
49—51 Онегин в гл. 8, XLI–XLII следует рекомендациям Жанти-Бернара, которые тот дает возможному любовнику в «Искусстве любить» («L'Art d'aimer», 1761), песнь II, стихи 218–219:
Meurs a ses pieds, embrasse ses genoux, Baigne de pleurs cette main qu'elle oublie…[863] 53—54 Ср.: Руссо, «Юлия», ч. IV, письмо VI (Сен-Пре жалуется лорду Бомстону): «Quel supplice de traiter en etrangere celle qu'on porte au fond de son coeur!» [864] Схожесть письма Онегина с интонацией Сен-Пре уже отмечалась в 1832 г. (21 февраля) Кюхельбекером в его тюремном дневнике{207}.
Варианты 9—53 Черновик (ПД 165) предлагает следующие альтернативные строки:
9 Но так и быть не в силах доле Противиться я сам себе. Не в первый раз я предан воле 12 Страстей безумных и судьбе… ……………………………………………… 23 Я позабыл ваш образ милый, Речей стыдливых нежный звук, — И жизнь сносил душой унылой 26 Как искупительный недуг. ……………………………………………… 50 Так я безумец — но ужели Я слишком многое прошу? Когда б хоть тень вы разумели 53 Того, что в сердце я ношу! 55—61 Томашевский и Модзалевский в «Рукописях» (1937) на вклейке после с. 72 публикуют факсимиле беловой рукописи из собрания Майкова:
Глядеть на вас веселым взглядом, Вести ничтожный разговор. Вы незнакомы с этим адом. Но что же… Вот чего хочу: Пройду — немного — с вами рядом, 
