– Да меня, в общем-то, эта сторона вопроса не волнует,- Голубев положил руки на столик, но ни к чему не притронулся.
– Я вас понял,- Сашка улыбнулся.- Вы не беспокойтесь: отравить или умыкнуть вас я не собираюсь, знаю, что вы, в принципе, 'пустой'. А обслуживание пусть вас не волнует.
– Что вас примерно интересует?
– Зенитные комплексы. 'Сектор'. 'Игла'. Других не называю, многие ведь ещё не поставлены на промышленный поток, да и, боюсь, уже не будут.
– Серьёзный заказ.
– 'Иглу' я не прошу. Не продадите. А 'Сектор' можете спокойно. Мне надо в комплекте, желательно с радарными станциями нового поколения. Как?
– 'Игла' вне моей компетенции. Секретность. А по 'Сектору' готов сделать. Сколько?
– Двадцать комплексов.
– Хорошо. Двадцать у меня есть прямо, как говорят, сейчас. То есть, складированы в порту. Покупаете?
– Как там у Владимира Семёновича Высоцкого: 'Не успеете, так после локти будете кусать'. Покупаю.
– А вы ещё и хитрый не в меру. С двойным смыслом мне втираете,- Голубев отпил кофе и взял в руки булочку.- Не от меня решение зависит. Но вы правы, пожалуй. В перспективе локти кусать будем, но на рынок нас не пустят.
– На серьёзный – точно не пустят. Разве что автоматами системы Калашникова торговать, так и тут лицензионисты вам все ноги оттопчут. Они хваткие. Китайцы лидируют сейчас по объёмам его продажи и, так думаю, первенства своего не уступят.
– Нет понимания в руководстве,- откусывая, наконец, кусочек от булочки, произнёс Голубев.- Окажемся скоро не у дел.
– Итак, двадцать,- Сашка допил свой коньяк.
– Вы, я вижу, переварите всё, что угодно. Авиация, какая вам нужна?
– 'Ми', 'Су', 'МиГи'.
– Камовские как?
– Не прощупывайте меня, Сергей Данилович,- остерёг Голубева Сашка.
– Привычка, извините,- Голубев улыбнулся.- Ноль – один в вашу пользу.
Камовские ранее продавались лишь в два государства. Закажи Сашка их без советников по обслуживанию – выпадали из пасьянса Сирия и Куба, а из оставшихся, куда могли пойти, оставалось лишь четыре. Всем из них уже отказано в поставках за неуплату по прежним контрактам.
– Марки назовите?
– Шестой, десятый. Двадцать пятый. Двадцать девятый. Новейших не прошу.
– Готов я и на этот риск. В разумных пределах, конечно. Только сроки будут другие.
– Полгода меня устроит,- определил Сашка свои возможные временные рамки.
– Заказ беру при условии,- вдруг сказал Голубев.
– Наличность и дополнительная плата?
– Увы, но приходится брать,- с горечью произнёс Голубев.
– Хотите, я вам забронирую место на случай безработицы?- предложил Сашка.
– Благодарю. Польщён вашей заботой. Не надо. Лучше без работы, чем в гробу,- Голубев вымученно улыбнулся.
– Возьмите,- Сашка передал второй перечень.
– Это ещё пять миллиардов восемьсот семнадцать миллионов долларов!- пробормотал, пролистав перечень, Голубев.
– Наличность по этому контракту – три миллиарда. Соберу к сроку. К началу июля.
– Забирать будете в Архангельске.
– Канадцы встанут под загрузку.
– При таком заказе мне всё равно, кто будет забирать, хоть пусть американский авианосец под эскортом заходит. Шучу, конечно. Канадцы, так канадцы.
– Где вам передать наличность?
– Там же. Пока грузить будут, представители наши пересчитают, я думаю.
– Личную долю, какую хотите? – спросил Сашка.
– Вы предложили, ваша и оценка,- ушёл от ответа Голубев.
– Сумма мне безразлична. И форма оплаты тоже. Не мне – вам туда возвращаться,- сказал Сашка.- Сорок вас устроит?
– Мало. С такого заказа,- честно ответил Голубев.
– Это миллионы,- Сашка смотрел ему в глаза. При слове 'миллионы' зрачки глаз Голубева расширились.
– Миллионы!??- Голубев подавился булкой. Откашлялся и продолжил:- Нет. Вы решительно хотите меня купить. Как я столько съем. Четыреста тысяч долларов – это максимум. Мой. Тысячными банкнотами.
– Где вы хотите их получить?
– В Союз можете?
– Вполне. Только они вам там зачем?
– А здесь?- Голубев отпил глоток коньяка.- Если там посадят, мне они так и так не нужны будут. Вы меня ввели в замешательство предложенной суммой.
– Борьба начал разума и безумия,- философски произнёс Сашка.- Многим, Сергей Данилович, не впрок даётся. Вот вождь мирового пролетариата, Владимир Ильич Ульянов, взял власть в свои руки. И всё бы ничего, только ему она не в масть легла, довела человека до безумия. Плохо своего предела не знать. Я грузоподъемность имею в виду.
– Тогда безумия и жадности.
– Брать – безумие?
– Для меня – да. В таких размерах. А в предложенных вами – жадность. Сдохну от несварения.
– Предлагаю лекарство.
– Спасибо. Аспирином и валидолом обойдусь,- Голубев вдруг рассмеялся.- Извините за смех. Вспомнил, что у покойника ноги не потеют. Это из анекдота. Русский юмор. Чёрный.
– Куда доставить?
– Если вы не против и располагаете временем, мне надо обдумать.
– Я закажу ещё и не буду вам мешать. Дело для вас действительно серьёзное,- Сашка встал и отошёл к стойке, где и расположился.
Минут через пятнадцать Голубев дал знак, Сашка вернулся к столику.
– Скажите, какова серьезность сорока миллионов?
– Сергей Данилович, сомнения ваши напрасны, сумму эту я готов уплатить. В любом виде. Даже недвижимостью. Про наличные не говорю.
– Вилла, яхта. Да?
– Да. Вот хотя бы домик на Женевском озере. Счёт в любом банке мира, в любой стране. Причём, каждый доллар для вас лично сделаю чистым. Оформлю контрактом. Скажем, я вам книгу о Советском Союзе закажу. И пошли они все к такой-то матери.
– Не бейте в больное место. Мы с вами в разных положениях. У вас на меня досье в двух томах. А у меня на вас…,- Голубев провёл по столу ладонью, смахивая воображаемые крошки, намекая тем самым на недоверие.
– Если не спешите, то я вам расскажу.
– От этого увольте. На этот товар, боюсь, покупателя не сыщется. А найдётся – плата мне будет не по карману.
– Что решили?
– Четыреста – тут, мелкими. После завершения сделки. При моём отсутствии здесь, такое может случиться, там передадите, но крупными.
– Здесь найдём. Оговорим где и как. Там?- Сашка кивнул головой в направлении востока,- там тоже
