«Признать необходимым не создавать особой боевой еврейской организации», — то есть обсуждался вопрос образования исключительно еврейской военной карательной организации. Там же можно прочитать — «Совнарком предписывает всем совдепам принять решительные меры к пресечению в корне антисемитского движения. Погромщиков и ведущих погромную агитацию предписывается ставить вне закона» — то есть расстреливать. Вот с этого момента и стали расстреливать каждого — у кого находили «Протоколы сионских мудрецов».
«И всего меньше она (новая власть) может допускать нападения скопом на евреев; она хорошо ведь знает, что от разгрома евреев один только шаг до разгрома власти, глубоко ненавидимой и считаемой еврейской. Еврейский погром объявлен, поэтому делом контрреволюционным, то есть направленным против советской власти», — с удовольствием отмечал Бикерман.
Сам Ленин в разгар этой компании наговорил на граммофон «особую речь об антисемитизме и евреях». Этот авторитетный спич внучка Израиля Бланка развозили агитаторы (пластинки и граммофоны) по фронтам, казармам, клубам, рабочим собраниям и т. д.
Что Ленин и ему подобные могли объяснять рабочим и солдатам? Известно что — евреи при царе были самой преследуемой нацией, живущей в гетто, они больше всех настрадались; так как старые власти не давали евреям земли и лишали этим их возможности работать, и чтобы евреи не умерли с голоду — им пришлось заниматься торговлей, а так как среди них оказалось много образованных, то они и заняли естественно много руководящих постов в новой власти и теперь борются за счастье всех бедных классов, и в борьбе за это счастье других их много погибло и было сослано в Сибирь; что евреем был не только Иисус Христос и все апостолы-страдальцы, но и великий теоретик пролетарского счастья, апостол пролетарского освободительного движения — Карл Маркс; и т. п.
При этом Советская власть продолжала «эволюционировать» в грабеже крестьян — 13 мая 1918 г. был принят декрет о продовольственной диктатуре, который наделял Наркомат продовольствия чрезвычайными полномочиями. Для отнятия хлеба у крестьян захватчики создали Продовольственно- реквизиционнаую армию Наркомпрода.
Много было написано и показано фильмов о красной продразвёртке. В 2000 году в России была издана книга И.В.Овчинникова — «Исповедь кулацкого сына», в которой можно прочитать —
«И вот по приказу из еврейского центра совершается «переход от ограничения кулака к его ликвидации». Начался поощряемый сверху дикий разгул грабежей и насилий.
Ленин в вопросе этого грабежа не надеется на революционную сознательность рядовых грабителей, многие из которых сами выходцы из деревни, а исходя из своих чтений Тейлора, — издаёт декрет, согласно которому половина награбленного имущества идёт сельским активистам — наводчикам и вооружённым грабительским отрядам, а другая половина награбленного — направляется в распоряжение правящей еврейской верхушки. Кроме того, — многих ограбленных, самых трудолюбивых крестьян — кулаков выгоняют из домов и ведут под конвоем — всех от стара до мала — к ближайшей железнодорожной станции, там запирают в вагоны для скота и — без воды, без пищи — увозят прочь от родных сёл и деревень в неведомые края на холодную и голодную смерть…
«Не обошла эта операция и наше село… — вспоминает И.В.Овчинников, — Слёзно-кровавая жатва еврейской Чеки была здесь обильной. Выселяемым дали у них же отобранных лошадей, чтобы доехали до ближайшего города — Бийска. Составился огромный обоз, и, когда он тронулся, казалось, небо должно было обрушиться от начавшихся воплей, рыданий, стонов. Я вижу этих бородатых сибирских стариков с аскетическими лицами, в последний раз держащих поводья своих подвод, в чёрных от постоянной работы мозолистых руках,… этих полуголых, кое-как одетых в лохмотья детей, сидящих на телегах, с потемневшими лицами, на которых в безмолвии застыли ужас и недоумение.
И вижу другое лицо: молодой, холёный, надменный жидок… Он смотрит на меня с фотографии тех лет из его собственной книги. Это «маститый» советский писатель Илья Эренбург (приехал на помощь Ленину из Парижа в начале 1918 года).
Я никогда не читал его книг.… Но однажды, сидя в камере на Лубянке и имея весьма ограниченный выбор книг, позволенных Чекой к чтению политзаключенными, спросил среди прочего «Сибирские очерки» этого иудейского сочинителя.
Автор по свежим впечатлениям с упоением и восторгом описывает «раскулачивание» сибирских крестьян. Наша кровь и слёзы для жида радость и торжество. Между прочим, нахожу в его опусе и одну любопытную подробность, приоткрывшую завесу в тайник еврейско-чекистской политики геноцида в отношении русского народа.… Возник вопрос: кого раскулачивать?
В Центральной России было просто: безлошадный — бедняк, с одной лошадью — середняк, с двумя и более — кулак. А в Сибири у каждого крестьянина оказалось по пять и по десять лошадей.
Поэтому, чтобы выделить из массы крестьян сибирского «кулака», пришлось еврейским деятелям повысить «лошадиную квоту», иначе, по марксиско-ленинскому учению, истреблению подлежали поголовно все»,
«Кто был ничем, тот станет всем!» Эта лаконичная формула наилучшим образом отражает суть еврейской агитации, обращённой к социальным низам чуждых им народов. Поверивший их пропаганде становится оружием в их руках. Они ловко направляют его на самые гнусные преступления — на избиение, на убийство своих собратьев… (И. В. Овчинников).
«Вот он, твой враг» — кричат еврейские агитаторы во время революции, гражданской войны, раскулачивания и коллективизации. — Он богаче тебя, у него больше денег, он живёт в лучшем доме, лучше питается, одевается, у него две лошади, а у тебя только одна. Пойди отбери у него это добро, а его самого убей. Это не только позволяется, но даже необходимо, чтобы ты стал ВСЕМ!»
Взбешенный и духовно ослеплённый пролетарий бросается выполнять призыв — жечь, сокрушать, убивать. Когда же страсти успокаиваются, пролетарий обнаруживает, что он не только не стал «всем», но скорее, стал вообще ничем, стал ещё беднее, лишился даже своей последней лошадки и под давлением силы вынужден трудиться больше прежнего — за пайку хлеба и «во имя светлого будущего»…» — сколько было миллионов подобных Овчинниковы?..
Еврейский английский историк и советник Тони Блэра — Пол Джонсон по этому поводу отмечает —
«Евреев-большевиков было много в ЧК, а также в числе комиссаров, налоговых инспекторов и бюрократов. Они играли ведущую роль в продотрядах, организованных Лениным и Троцким для изъятия у крестьян зерна. Вся эта деятельность делала евреев объектом ненависти».
Не хорошо выглядело — когда рабочие и солдаты под командованием комиссаров-евреев грабили крестьян — это сплачивало крестьянство против «родной» власти. Поэтому крестьянство необходимо было расслоить, чтобы одни — бедные, нерадивые и ленивые отбирали труды толковых крестьян — и 11 июня
