Прегрешения богов

Он внимательно на меня посмотрел, вглядываясь в лицо, будто в первый раз видел.

—

Ты бы и без ее просьбы осталась.

— Да, пока они нас не выгонят.

—

Почему?

—

Никто не должен убивать нас безнаказанно.

—

Когда мы узнаем, кто это сделал, ты намерена отдать их под человеческий суд?

—

Ты предлагаешь обойтись с ними на старый манер? — Теперь уже я вглядывалась в его лицо.

Он кивнул.

—

Думаю, лучше под суд.

—

Почему?

Я не стала пропихивать идею о том, что так положено поступать. Мне случалось убивать из мести, и он это видел. Поздно прикрываться словами о святости жизни.

—

Потому что наше изгнание в мир людей становится постоянным, и надо учиться жить по их законам.

—

Проще было бы казнить убийц самим и сберечь деньги налогоплательщиков.

Я улыбнулась, качая головой.

—

Да, так было бы экономнее. Но я не мэр Лос-Анджелеса и за бюджет не отвечаю.

—

А если бы отвечала?

—

Все равно, — сказала я.

—

Потому что теперь мы играем по людским правилам?

—

Да.

—

Нам не удастся обойтись без нарушений, Мерри.

—

Наверное, не удастся. Но пока мы можем, будем их соблюдать.

—

Это приказ, ваше высочество?

—

Если тебе нужен приказ, то да.

Он подумал немного и кивнул:

—

Мне понадобится время, чтобы привыкнуть.

—

К чему?

—

К тому, что я уже не просто несу смерть, и к тому, что ты заинтересована в правосудии.

— Убийца еще может выкрутиться из-за каких-нибудь формальных моментов, — сказала я. — Здесь правосудие борется не столько за справедливость, сколько за букву закона, и многое зависит от адвоката.

—

А если убийца ускользнет от закона из-за формальностей, что ты мне прикажешь?

— Это будет очень нескоро, Дойл. Месяцы или годы. Правосудие здесь неспешное.

—

Вопроса это не снимает, Мередит. — Он снова смотрел мне прямо в глаза.

Я спокойно встретила его взгляд из-под темных очков и сказала правду:

— Убийца, кто бы он ни был, либо проведет остаток своих дней в тюрьме, либо умрет.

— От моей руки? — не унимался он.

Я пожала плечами и отвернулась.

—

От чьей-нибудь. — Я прошла мимо него к двери.

Он поймал меня за руку и развернул лицом к себе:

—

Ты это сделаешь сама?

—

Отец учил меня никогда не требовать от других того, что я не хочу делать сама.

—

Твоя тетя, Королева Воздуха и Тьмы, никогда не стеснялась замарать свои белоснежные руки в крови.

—

Она садистка. Я их просто убью.

Он взял обе мои ладони в свои и нежно поцеловал.

— Твоим рукам я нашел бы занятие менее грубое. Оставь мне эту работу.

—

Почему?

—

Я боюсь, что, если ты окропишь себя кровью, это подействует на детей, которых ты носишь.

—

Ты серьезно? — спросила я.

Он кивнул.

—

С убийством мало что сравнится по воздействию.

—

Очень постараюсь никого не убивать, пока я беременна.

Он поцеловал меня в лоб и наклонился, касаясь губ губами.

—

Только об этом я и прошу.

— А ты знаешь, что дети в утробе на самом деле не чувствуют, что происходит с их матерью?

—

Уважь мой каприз, — сказал он, выпрямляясь, но не отпуская моих рук.

Не знаю, сказала бы я ему, что он суеверен, или нет, но меня отвлек стук в дверь. Холод вошел в офис и сообщил:

—

Там полиция.

Паслена снова завизжала:

—

Не надо полиции! Она не поможет! Ей с магией не справиться!

Мы с Дойлом дружно вздохнули, переглянулись и улыбнулись. Его улыбка была едва заметна, легкое движение губ, и все же мы вышли в дверь, улыбаясь. Но улыбки мигом пропали, а шаг ускорился, когда Холод крикнул, повернувшись:

—

Паслена, не тронь полицейских!

И мы поспешили к нему на помощь — не дать крошечной фее разбросать больших злых копов по углам конторы.

Глава 6

Копы оказались хоть и большими, но совсем не злыми, к тому же один из них был женщиной. Это, впрочем, Паслену не успокоило.

Женщине-полицейской не понравился Фар Дарриг. Он и правда страшноват на вид, если только ты не провел почти всю жизнь в окружении существ, рядом с которыми он кажется мальчиком с обложки глянцевого журнала. А вот Фар Дарригу ее страх нравился. Он не упускал из виду истерящую Паслену, но успевал при этом подбираться все ближе к блондинке в отглаженной полицейской форме. Волосы у нее были увязаны в тугой хвост, а все металлические детали формы просто сверкали. Ее напарник был постарше и куда менее отутюженный. Можно было ручаться, что она в полиции недавно. Новички поначалу очень внимательны к внешней стороне работы.