– Армия Уэйда стоит у Гексэма, – продолжал он через некоторое время, по-прежнему улыбаясь и торопливо пропуская слова сквозь зубы. – Войска Чарли очень близко, они движутся к Манчестеру, поэтому английские ищейки рыщут повсюду. Одним нам не пробраться на гевер, нас непременно остановят и станут допрашивать. Придется прихватить с собой твоего дружка. Он будет говорить всем английским патрулям, что мы его пленники и что он везет нас на допрос к самому генералу Уэйду в Ньюкасл.
– Ты имеешь в виду Бэрка… майора Бэрка? И ты думаешь, он все сделает по-твоему? С какой стати?
Юэн Макнаб заглянул в ее лицо, решив, что она шутит. Но, увидев изумленные глаза, понял, что она ничего не поняла.
– С такой стати, милая моя Кэтрин, – проговорил он раздельно и веско, – что в спину ему будет смотреть мой пистолет.
Только теперь до Кэтрин наконец дошло, что он задумал.
– О, – протянула она, – ты хочешь сказать, что мы заставим его провести нас мимо английских патрулей?
Да-да, конечно. Но мы не сможем отправиться в путь в темноте, Юэн, что же нам делать с майором Бэрком до завтрашнего утра?
– Я ничего делать не собираюсь, а вот что ты с ним сделаешь, это уж твоя забота.
– Но…
– На этот вечер я уже занят.
Он кивнул в сторону смазливой девицы, которая стояла в стороне от танцующих, воинственно подбоченившись и не сводя с них негодующе-ревнивого взгляда.
Кэтрин пришла в ярость.
– Ты недоумок! – воскликнула она, безуспешно стараясь сохранить на лице веселую улыбку. – Могу поспорить, ты был с кем-то вроде нее в тот вечер, когда я пришла в твою комнату с бумагами Моля. Ничего бы этого не случилось, если бы ты…
– Нет, если бы ты пришла на следующий вечер, как тебе и было велено!
Теперь Юэн рассердился не меньше, чем она сама.
– В чем дело, Кэтрин? Моль пришелся тебе не по вкусу? Еще бы! Как-никак он мужчина, а не жалкая тряпка вроде твоего незабвенного Майкла, героя-великомученика. Ну признайся, неужели мой покойный кузен так ни разу и не затащил тебя на сеновал?
Ей хотелось заорать на него, вцепиться ногтями в его злобно ухмыляющуюся физиономию, но он крепко держал ее, не давая вырваться, и кружил в такт музыке.
– Танцуй, Кэтрин, – прошептал Юэн ей на ухо, – что ты топчешься на месте, как недоеная корова? Не ровен час майор тебя подозревать начнет!
Ей страшно было взглянуть на Бэрка, хотя каким-то внутренним чутьем она все время точно угадывала его местоположение в кругу наблюдателей. С величайшим трудом подавив свой гнев, Кэтрин даже заставила себя вновь растянуть губы в улыбке.
– Ладно, Юэн. Приходи завтра утром.
И она торопливо рассказала ему, где им с Бэрком предстояло провести ночь.
– В амбаре, Кэтрин? Как романтично! – усмехнулся он.
Пропустив колкость мимо ушей, она предупредила:
– И помни, ты все еще Юэн Рэмзи, торговец джином из Эдинбурга, спасающий свою… любовницу.
– Что? – искренне изумился Юэн. – Но почему? Уж теперь-то какая разница?
– Не будь дураком! Майор Бэрк конвоирует в Ланкастер женщину, подозреваемую в государственной измене. Если она сбежит с любовником, это одно. А если с другим участником якобитского заговора, тогда совсем другое дело. Тогда нам будет угрожать серьезное преследование после того, как мы его отпустим.
– Ты думаешь, мы его… – Юэн вовремя спохватился. – Да-да, ты права, – плавно продолжал он. – Я об этом не подумал.
Музыка смолкла.
– Приходи рано утром, – попросила Кэтрин, высвобождаясь из объятий, которые Юэн как будто не собирался разжимать, хотя танец кончился.
– Приду когда смогу, – буркнул он в ответ. – Если опоздаю, придется тебе что-нибудь придумать, чтобы его задержать. Ты справишься, я уверен.
Он притянул ее к себе и насильно наградил грубым поцелуем в губы. Кэтрин была слишком ошеломлена и не умела вовремя его оттолкнуть. Вновь ухмыльнувшись, Юэн вывел ее из круга танцующих.
– Улыбайся, Кэт! Твой любовничек с нас глаз не сводит. Ну и вид у него! Просто взбесившийся бык!
Кэтрин попыталась успокоиться и вернуть себе обычное выражение лица, но она плохо соображала, что делает.
Дурное предчувствие охватило ее, когда они подошли к мрачно нахмуренному майору.
– Ну, Кэтти… я хочу сказать, мисс Леннокс, спасибо за прекрасный танец. Вот, приятель, возвращаю ее вам в целости и сохранности. А вы – везунчик, провалиться мне на этом месте. До свидания, Кэтти, может, еще свидимся.
Он отсалютовал, приложив руку к воображаемой шляпе, еще раз одарил их своей нахальной улыбочкой
