маскировать истинные цели этой политики, чтобы ни в коем случае США не обвинили в империалистических замыслах. Скажем, программу сокращения рождаемости предлагалось вписывать в программу охраны материнства и детства.
— Только ли внедрению этих программ обязано снижение рождаемости в России, или же демографический кризис в нашей стране имеет и иные корни?
— Безусловно, демографический кризис в России связан со многими факторами нашей жизни. Но программы планирования семьи и сексуального воспитания имеют решающее воздействие на показатели рождаемости. Достаточно обратиться к европейским странам и самим США: там подобные программы были запущены 30 лет назад, и это очень сильно сказалось на демографической ситуации. Снижение рождаемости в этих странах нельзя списать на экономические трудности. Люди просто не хотят рожать. Несмотря на то, что семьям с одним ребенком, с двумя детьми предоставляются многочисленные льготы и материальные поощрения. Почему это происходит? Сексуальное просвещение не просто знакомит детей со взрослой жизнью, а в очень раннем возрасте внедряет в их сознание определенные установки. Ориентация на малодетную семью — это, прежде всего, установка на потребление как таковое: достоин жизни тот, кто много имеет. В такой парадигме ребенок — всегда конкурент, который отнимает у тебя часть достатка и благополучия.
Сейчас, когда Америка на своем опыте почувствовала опасность снижения рождаемости (как известно, сегодня прирост населения там очень низок, и государству приходится прибегать к привлечению эмигрантов, что, в свою очередь, меняет этнический состав населения), она вынуждена корректировать свою демографическую политику. Еще несколько лет назад там стали говорить о том, что необходимо вводить в школах программы целомудрия и семейного воспитания, а вовсе не сексуального просвещения детей. Однако оказалось, что изменить сложившуюся ситуацию не так просто: там сформировалась целая прослойка людей, которая попросту паразитирует на утвержденной ранее программе сексуального воспитания и демографического сдерживания, используя ее в своих интересах.
— Согласитесь ли Вы с тем, что немаловажным фактором, влияющим на снижение рождаемости, является и процесс женской эмансипации, который охватил большинство стран западного мира?
— Дело в том, что такие процессы не происходят сами собой. Гранты на развитие феминизма дают те же организации, которые финансируют и программы планирования семьи. Это комплексная политика, которая предполагает множество инициатив, в том числе — и процесс женской эмансипации. Демографическое сдерживание осуществляется и за счет того, что создаются экономические препоны многодетным семьям. Западные идеологи планирования семьи предлагали даже обкладывать повышенным налогом семьи с большим количеством детей (так, как это происходит сегодня в Китае). Вообще, очень многое из того, что происходило в общественно-политической и культурной жизни мирового сообщества в течение последних 50 лет, необъяснимо, если не принимать во внимание политику демографического сдерживания. Одним из ее составляющих, в частности, является и легализация наркомании, способствующая снижению рождаемости.
Без преувеличения можно сказать, что демографическая проблема — это ключевая проблема современности. На протяжении всей истории человечества главным богатством всегда считались именно людские ресурсы. Недаром во времена варварских набегов завоеватели истребляли мужчин, а женщин захватывали себе, чтобы они пополняли их собственные демографические ресурсы. И только в ХХ веке ценности исказились настолько, что прирост населения стал восприниматься чем-то страшным, угрожающим благополучию государства. Причем, даже в тех станах, где, как, например, в России, численность населения не пропорциональна масштабам территории.
— Татьяна Львовна, казалось бы, Вы говорите об очевидном. Но выходит, что путь вседозволенности и разврата представляется современному человеку привлекательнее, чем традиционные ценности и нравственные ориентиры, на которых зиждилась вся мировая культура. Человечество движется по инерции, не просто слепо принимая навязанные принципы существования, но и защищая их, находя в новом порядке бесспорные преимущества. Существуют ли, по-Вашему, какие-то рецепты, с помощью которых можно остановить этот неуправляемый процесс массовой дезориентации человечества?
— Современный мир находится на перепутье. Не только Россия, но и все человечество стоит перед выбором дальнейшего пути: либо это принятие глобалистского проекта, либо сохранение традиционного и самобытного для каждой страны жизненного уклада. Ведь все сколько-нибудь заметные современные процессы — это результат внедрения проекта по глобальному переустройству жизни. Частью этого же проекта является и крушение института семьи, и свобода любых форм извращений, и абсолютная вседозволенность.
На мой взгляд, единственный путь, который способен остановить движение человечества по инерции, — это обращение к традиционным религиозным ценностям. Ведь человек, который приходит к Православию, открывает для себя целый мир — со своей культурой, историей и системой ценностей, которая в корне противоположна современным установкам. Только приобщившись к этому миру, человек начинает осознавать, насколько далеко мы отклонились от истинного пути.
Сейчас наступил совершенно особый исторический момент. Если несколько десятилетий назад жизнь людей невоцерковленных еще укладывалась в какие-то нравственные рамки (действовала преемственность поколений, было принято дорожить традициями воспитания и семейными ценностями), то сегодня эти крепы распались. Даже в советские, казалось бы, безбожные времена человек жил, сообразуясь с какими-то элементарными представлениями о нравственности, поскольку государство стояло на защите очень многих традиционных ценностей. Невозможно было себе представить такой ситуации, чтобы педофил сексуально просвещал школьников — причем, в обстановке абсолютной свободы и безнаказанности. Нельзя было вообразить и такие подростковые журналы, которые сейчас продаются на каждом углу и доступны любому школьнику. Немыслимой была и направленность нынешних телепередач. Сегодня же традиционные ценности лишись и поддержки государства. Поэтому единственное, что может вернуть современному человеку возможность существовать в русле каких-то нравственных ориентаций, — это опора на религиозные ценности.
У нынешних родителей все еще сохраняется иллюзия, что современная жизнь возможна и вне Церкви: мы же выросли в безбожную эпоху, — рассуждают они, — при этом остались нормальными людьми, извращенцами не стали, учились, работали и создали полноценную семью. Многие не понимают, что сегодня ситуация изменилась кардинальным образом. Понимание приходит тогда, когда в подростковом возрасте ребенок начинает отходить от семьи и руководствоваться собственными представлениями о жизни. И часто бывает уже слишком поздно пытаться что-либо изменить: оказывается, что у ребенка уже сформировались основные предпочтения и установки, и он полностью захвачен принципами глобалистской «философии». Опасность заключается в том, что пока ребенок маленький, родители пребывают в иллюзии, что новые условия жизни, которые предлагает современность (новые игрушки, новые мультики и телепередачи), сами по себе ничего угрожающего для воспитания детей не представляют. В действительности же, все обстоит иначе. Современная индустрия игр и мультфильмов далеко небезобидна и работает на ту же глобалистскую политику: в самом раннем возрасте она формирует у ребенка определенные деструктивные установки, которые потом очень сложно изменить.
Сегодня, в обстановке размытых ценностей, мы больше не можем без опоры на религиозные принципы апеллировать ни к каким аргументам нравственного порядка. Как объяснить девочке, что нужно сохранять целомудрие? Раньше говорили, что ее не возьмут замуж. Сегодня — возьмут. Или как втолковать ребенку, не прибегая при этом к религиозным отсылкам, что нельзя воровать? В мире, где воровство воспринимается как норма, ребенок просто не в состоянии понять, почему ему этого делать нельзя.
— Татьяна Львовна, мой следующий вопрос к Вам именно как к практикующему детскому психологу. Скажите, каким Вам видится православное воспитание? Как научить ребенка существовать в современном мире, сохраняя принципы христианской жизни? И в какой степени следует ограничивать детей в их желании соответствовать духу времени (играть в современные игрушки, смотреть телепередачи, общаться с «продвинутыми» сверстниками, имеющими компьютеры и мобильные телефоны)?
— В первую очередь, принципам христианской жизни должен соответствовать образ жизни самих
