Дэвид Осака, намеренно подавшись вперед, заканчивал свою стандартную речь с перечислением выгод программы Торговли и Помощи. Он бросил на меня быстрый взгляд. Да, это моя работа, да, Молли Рэйчел доложат, что я не проявляю должного энтузиазма от имени Компании. Жаль.
Встал один
— …и если мы начнем войну с
Фериксушар взглянула вверх, оторвавшись от разговора с Дэвидом Осакой. Она смотрела на меня.
— Ваш
Прамила нахмурилась. Поймав взгляд Дуга, я заметила в нем полное отсутствие раскаяния. Я подумала: «Побережье — это не Сто Тысяч… а мы сидим здесь и пьем
В равной степени, как себе, так и Фериксушар я сказала:
— Если вы получите здесь Торговлю и Помощь, это изменит вашу жизнь. Не знаю. Прежде я была в Ста Тысячах, а им могут сказать «будьте свободны от Земли», потому что им не нужна помощь. Не знаю, можем ли мы это сказать вам.
Быстро взглянув мимо златогривой женщины, я увидела искаженное лицо
— Сказав это, я должна быть честной. Помощь «ПанОкеании» поступит с ярлыком, на котором указана ее цена. На сей раз это доступ к технике Колдунов, к каналам. Вам нужно решить, можете ли вы заплатить эту цену.
Вспыхнул горячий спор. Джадур, сидя на полу и прислонившись к ногам Сетри, поднял голову и поймал руку своего настойчиво что-то доказывавшего брата по
— Мы не можем торговать мерзостью Колдунов! — сказал
Джадур вскочил.
—
«Черт побери, — подумала я. — Я надеялась не услышать этого вопроса».
В те времена, когда мое правительство контролировало отношения с Ограниченными мирами, я могла совершенно искренне сказать: «Наша политика запрещает это». Теперь мультикорпорации проводят ту же политику, но я опасаюсь того, какой гибкой она может оказаться.
Прежде чем Дэвид и Прамила смогли так или иначе выразить свое мнение, я вмешалась:
— Я не убеждена в том, что вы можете предложить доступ к каналам,
Он неловко почесал гриву и снова сел рядом с Фериксушар.
— Это должно бы было быть незаметным… связано с опасностью… возможно, и тогда нет.
Принужденный высказаться столь откровенно, он смущенно отвел взгляд в сторону.
Когда заговорил Хилдринди, это давалось ему с трудом. Мигательные перепонки прикрывали его светлые глаза.
—
— Это так, — прервал его Сетри-сафере. — Пока мы живем на этой бесплодной земле, мы всегда будем кому-то должны. У нас есть только выбор заимодавцев. Это или Кель Харантиш, или Касабаарде, или жители другого мира —
Снова раздались возгласы, и я прислонилась к холодной стене, наблюдая за происходящим. Сетри заставил слушать себя:
— Послушайте меня! Приближается война между всеми
Ортеанцы замахали руками с ногтями похожими на когти, один незнакомый мне мужчина встал, что-то крича, Чаразир-хил вынула из ножен на своем поясе кривой нож, но Джадур удержал ее. Уже вскочила невысокая Фериксушар. Высокий ортеанец угрожающе закричал:
— Дайте нам оружие, и мы освободимся от колдовского отродья Харантиша!
Другой мужчина лениво поднял голову и произнес:
— Теперь нет чистокровных Колдунов. Наши
— Если в вашем
Сетри-сафере подошел и сел рядом со мной на скамью. Я увидела, как Дуг отошел в сторону, а потом заметила, что он говорите Прамилой. Желтогривый ортеанец ухмылялся, глядя на столь яростную реакцию.
— Это их расшевелило. Они не доверяют мне, потому что я командовал наемниками, а это грязное дело. Но это означает, что я знаю, о чем говорю.
Война между
— Кто же ваши враги, Сетри?
Мигательные перепонки скользнули по его золотистым глазам. Он ответил:
— Если ваша Компания придет с предложением торговли, то все
Некий холодный профессионализм во мне позволил не придать значения его словам, и я лишь подумала: «Благодари Господа за того, кто понимает проблему».
— Допустим, я скажу вам — и это правда, — что у нас существует строгий запрет на ввоз оружия с Земли?
Все равно, что нам будет предложено взамен?
Он посмотрел вниз, на свои сильные, лежавшие на грязной ткани
— Кристи, все — оружие. Скажем, вы продаете нам средство против болезней сельскохозяйственных растений — и вот появится
Сетри-сафере. Привлекательное лицо с обманчивым открытым взглядом, многим обязанное светлой гриве и бровям и совершенно ничем, как я предположила, его темпераменту.
— У вас есть ответ?
Он немного повернул голову таким образом, чтобы никто не мог видеть, что он говорил, и это был
